Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-6°
Boom metrics
Политика9 декабря 2014 18:20

На высокой ноте. Как живется донецкому оперному театру в военное время

Анна Нетребко и Владимир Вьюров организовали помощь «Донбасс Опере», продолжающей работать под обстрелами
Ольга ГОРДО («КП»-Донбасс»)
Посещение театра всегда событие, а поход в городе, где идут военные действия – это возможность ненадолго вернуться в мирную жизнь.

Посещение театра всегда событие, а поход в городе, где идут военные действия – это возможность ненадолго вернуться в мирную жизнь.

Попасть в закулисье театра - это как осуществить детскую мечту – «когда остаются игрушки одни, во что, интересно, играют они?». Посещение театра всегда событие, а поход в храм Мельпомены в городе, где идут военные действия – это возможность ненадолго вернуться в мирную жизнь, на пару часов сбросить с плеч постоянное напряжение.

Мне назначено на девять утра. Захожу с черного хода - чувствую себя особенной. Проходная, звонок директору, к кабинету директора меня провожает красивая строгая женщина. Главное не упустить провожатого из вида. Это только снаружи театр четырехугольное здание, а внутри тот еще лабиринт.

В кабинет гендиректора «Донбасс Оперы» Евгения Денисенко уютно и никакого официоза: вазы, картины, красивый письменный прибор

В кабинет гендиректора «Донбасс Оперы» Евгения Денисенко уютно и никакого официоза: вазы, картины, красивый письменный прибор

«Нетребко - умничка»

Захожу в кабинет гендиректора «Донбасс Оперы» Евгения Денисенко. Импозантный мужчина с улыбкой идет мне навстречу. Оглядываюсь – никакого официоза: вазы, картины, красивый письменный прибор, витрины с наградами и кубками.

Беседу начинаем с дара, полученного театром от оперной дивы Анны Нетребко. В минувшее воскресенье она передала «Донбасс Опере» миллион рублей. Все сумма из ее личных средств.

- Анна Нетребко – умничка, сама по природе украинка, хоть из Краснодарского края. Конечно, ее взволновало, что театр столько времени работает без денег. Это душевный порыв - поддержать коллег.

- На что пойдут эти деньги?

- На восстановление спектаклей. Это наша жизнь. Средства пойдут на декорации, которые сгорели (в склад, где хранились декорации, попал снаряд. - Ред.). Часть суммы выдадим как материальную помощь особо нуждающимся работникам театра.

- Зарплату давно не платят?

- С июля месяца ничего не получали. Живем с женой на то, что откладывали на отпуск, растягиваем как-то. Есть сотрудники, которым совсем туго. Вот их поддержим.

- Когда ближайший спектакль?

- На 13 декабря готовится «Евгений Онегин». Серьезный спектакль. Начались репетиции. В антракте пройдет благотворительный аукцион. Его организует художник-реставратор Галина Журавлева. Сама она из Донецка, но работает в Питере. Мама ее здесь живет.

- Много зрителей сейчас на спектакли ходит?

- Да! Народ пошел. Людям надо хоть немного восстановить свое внутреннее состояние. А чем восстановишь? Только культурными мероприятиями. В воскресенье был детский спектакль, в антракте детвора резвилась на ковровой дорожке в фойе. Здесь дети раскрепощаются. Для них открывается другая сторона жизни.

- Кстати о детях. Театр готовится к новогодним праздникам?

- Обязательно. 24 декабря с гастролей возвращается наша труппа с «Щелкунчиком» и уже 27-го покажут спектакль. Еще будут «12 месяцев», «Золушка», «Волшебник изумрудного города», «Царевна-лягушка». Обычно у нас представления по выходным, но в январе спектакли будут идти практически каждый день.

- С началом боевых действий много работников покинули театр?

- Человек 50 из 509 штатных сотрудников. Оркестр почти полностью на месте, 20 человек покинули хор, почти половина балета разъехались. Уверен, будет зарплата, будет стабильность, и большинство вернется. Их можно понять – семьи, дети. Пока они в бесплатном отпуске, связь с театром не обрывают, просто где-то подрабатывают. Мы их ждем, потому что труппа нашего театра знаковая, востребована везде.

- Есть у вас сотрудники, у которых пострадало жилье? Помогаете им?

- Да, у многих повылетали окна. Стекла вставили, но в домах пока нет тепла. Поэтому договорились с общежитием музучилища, пока они живут там, - поясняет Денисенко,

После этого идем смотреть, чем живет театр.

«Дирижеры разбежались, прихватив фраки»

Сопровождает меня худенькая скрипачка Наташа. много лет играющая в оркестре. Сейчас она занимается переводом партий на итальянский. С первых слов чувствуется, что Наташа гордится своей работой:

- Когда театр возводили, город назывался «Сталино». Строители постарались, чтобы было чем гордится. Он открылся 12 апреля 1941 года постановкой «Иван Сусанин». Я в оркестре с 1981 года и за это время «Сусанина» только один раз ставили, - рассказывает Наташа.

Идем по красивым фойе. Сетую, что давно тут не была.

- Вы, кстати, пропустили знаковый спектакль – «Риголетто». Представляете, из Санкт-Петербурга звонит Владимир Вьюров (российский оперный певец. - Ред.)и говорит: «Давайте к вам приеду, спою спектакль? Гонорар мне не нужен, билет сам куплю». Опомниться два дня не могли. Некоторые расплакались. И вот 7 декабря он спел. Надо сказать, что наши молодцы – расстарались. Не стыдно было перед гостем, горжусь! Особенно потому, что с началом войны из театра сбежали все дирижеры.

- Как?

- Ну вот так, разбежались. Все четверо. Причем очень нехорошо, прихватив фраки и смокинги. Один даже партитуру готовящегося спектакля увез. Сейчас восстанавливаем.

- Новых дирижеров нашли?

- Да. Они наши, из оркестра. Один вокалист, он совмещает. Трое духовиков и один струнник.

- Получается, когда Вьюров пел – дирижировал наш, местный?

- Да, солист-вокалист и дирижировал. Здорово получилось! Все продемонстрировали чудеса профессионализма! Зал аплодировал стоя! Вьюров приедет сюда снова, возможно, уже после 10 января и споет несколько спектаклей. Сказал ставить репертуар с учетом его визита.

А в «Евгении Онегине» дирижер-солист будет солировать. Так и живем. С уходом дирижеров оркестр зазвучал по-новому! Теперь звучит как свободные люди.

- Горжусь вами, - не удерживаюсь я.

- И я горжусь коллегами. Вот опера «Риголетто», например. Наш тенор Евгений Удовин мог сказать: ребята, я спел больным«Травиату» и «Севильского цирюльника», три месяца сижу в подвале в Куйбышевском районе, и если не хочу потерять голос, то должен сделать перерыв и вылечится. Но он пришел и спел. Все прошло замечательно.

Мастерская-бомбоубежище

Оркестр начинает репетировать «Евгения Онегина». Прошусь зайти сфотографировать это действо. Меня пускают. Оказывается, кресла в зрительном зале накрывают белым полотном. Вы знали? Я - нет.

Проходим мимо танц-класса, где занимается балетная школа Вадима Писарева, которая открылась, как и положено в сентябре, и работает без перерыва. Но утром дети в школах, класс пустует.

Периодически нам попадаются рабочие с лестницами, актеры, сотрудники – здороваются все и не по одному разу. Сразу видно - культурное заведение. Особенно приятно, когда здороваются оперными голосами. Наташа поясняет «Это наш тенор, а это бас».

Прошу показать цеха. Начинаем с пошивочного. Заходим, и ахаю от восторга. На манекенах висят новехонькие королевские наряды. Вся эта красота — дело рук двух мастериц.

Хорошим спектаклям - красивые платья

Хорошим спектаклям - красивые платья

- Это костюмы для «Бал-маскарада», который пока откладывается. Это совместный проект с итальянцами. В связи с нынешними событиями – не знаем, когда к нему вернемся, но вернемся обязательно. А сейчас вынесем пока и займемся реставрацией костюмов к «Щелкунчику», - рассказывают рукодельницы.

Поднимаемся в цех, где рисуют декорации. Огромное, хорошо освещенное помещение. Повсюду банки с красками, эскизы, макеты. На полу расстелена декорация к «Летучему Голландцу». Над ними «колдуют» два художника. Недавно ребята нарисовали новые декорации к «Севильскому цирюльнику», которые потрясли и труппу, и зрителей.

Идем дальше. Следующий цех - бутафорский. Ребята показывают реквизит для «Бала-Маскарада» - трости-шпаги, красивый стол той эпохи. Мраморный лев при ближайшем рассмотрении сделан из пенопласта, а керамическая амфора – из папье-маше. Ребята из цеха единственные, кто посетовал на происходящее за стенами театра.

- Тесно у нас. Нашу мастерскую под сценой пришлось отдать под бомбоубежище. Вот, посмотрите, - показывают на соседнюю открытую дверь, которая ведет в помещение под сценой. Там стоят лавочки, запас воды, свечи.

Их реплика возвращает меня на землю. Путешествуя по театру, совершенно забыла о действительности. До этого ничего не напоминало о том, что творится вокруг. Никаких жалоб на страх, бомбежки, невыплаты зарплат. Как будто бы война сюда не проникла. Пусть она и дальше она обходит это место стороной, а мы туда еще не раз придем.