В мире19 апреля 2016 19:19

Глава Международного отдела аппарата президента Чехии: «В наших интересах, чтобы Россия была Европой»

Гинек Кмоничек в интервью «Комсомольской правде» - об исламизации Европы, путях решения проблемы мигрантов и месте России в международной политике
У руководителя Международной администрации аппарата президента Гинека Кмоничка работа - как меж двух огней. Фото: Петр Пирунчик

У руководителя Международной администрации аппарата президента Гинека Кмоничка работа - как меж двух огней. Фото: Петр Пирунчик

Чехия – одна из немногих европейских стран, которая поддерживает Россию. Хотя, наверно, это не совсем правильно сказано. Поддерживает не всецело. Хотя бы потому, что Чехия, в отличие от России, – страна парламентская. И если президент Милош Земан не стесняется открыто поддерживать Россию, то парламент усиленно продвигает политику Евросоюза и запада в целом.

Поэтому у руководителя Международной администрации аппарата президента Гинека Кмоничка работа - как меж двух огней. Впрочем, даже при интервью он не избегает сложных вопросов и умеет деликатно высказаться по самым острым вопросам, за что прославился как видный дипломат.

Знает множество языков, специализируется на исламской средневековой мистике и саудовско- американских отношениях и имеет одну маленькую слабость – бабочки. Которые вместо галстуков.

- Я с утра гадала, какой «мотыль» («бабочка» по-чешски) вы наденете сегодня на встречу. Вы их сами подбираете по настроению или по протоколу ?

Кмоничек смеется. «Ничего особого, говорит, какой под руку попадется, тот и надеваю». С его работой и без того проблем хватает. Вон, про третью мировую войну сколько разговоров…

ПРО ТРЕТЬЮ МИРОВОЮ И ИСЛАМИЗАЦИЮ ЕВРОПЫ

- Пока все раздувают вопрос третьей мировой войны из-за России, чешский президент Земан утверждает, что война уже близко, только идет она не с востока, а с юга. Это он про радикальный ислам?

- Безусловно. Про стремление некоторых радикальных идеологий, в числе которых вооружённый ислам, использовать столкновение в собственных целях. И хотя этот конфликт в большей степени пока еще является внутриисламским между его радикальными и умеренными частями, Европу от всего этого тоже штормит.

- Насколько остро вопрос исламизации стоит на данный момент в Европе?

- В том-то и дело, что сегодня это одна из наибольших наших проблем. Потому что внутренний конфликт ислама разделает в том числе и европейское мусульманское общество. Мы ясно видим, что даже многие мусульмане, живущие в странах ЕС во втором и третьем поколении, все еще ощущают себя частью того бескомпромиссного ислама. А это, собственно, к вопросу о том, в какой степени мусульмане стали европейцами.

- И в какой степени, на ваш взгляд?

- Думаю, что большинство ими стало, но… Послушайте, если парижский террорист Салах Абдеслам сумел в Брюсселе скрываться от европейского розыска шесть месяцев, это, само собой, стало возможным только с помощью местных жителей. Это как партизан, который не может существовать без помощи местных жителей. Абдеслам «партизанил» так полгода, жил в брюссельском квартале Моленбек - значит, у него было лояльное окружение, и эта лояльность относилась вовсе не к Европе, куда они пришли, или где родились, где они живут и где должны были стать европейцами.

- После тех печальных событий в Брюсселе Джон Керри выступил с заявлением, что теперь США будут больше прислушиваться к тому, что говорил Путин относительно радикального ислама.

- Для нас интересна разница во взглядах США и Российской Федерации на эту проблему. Россия, насколько мы знаем, имеет 14 % официального населения, исповедующего ислам, а США – 0,9 %. Это означает, что вопрос для Владимира Путина стоит в 14 раз острее, чем для Барака Обамы. Для США исламская тема – это, прежде всего, вопрос заграничной политики. А для России это вопрос и внешней, и внутренней политики, поэтому нельзя не прислушиваться к словам Путина.

ПРО СИРИЮ

- Сирийский вопрос часто называют российско-американским конфликтом, а вы говорили, что во всей этой ситуации интерес имеют другие страны…

- Это посредническая война, в которой мы видим множество несирийских игроков. И было бы неправильно называть эту войну российско-американской. Там также «играют» Турция, Саудовская Аравия, Катар и так далее. Каждая из них имеет там свои интересы. Нужен устав, при котором у стола остались бы те группы, которые способны договариваться.

- Некоторые политики предлагают исключить Россию из мировой политической арены…

- Думаю, что это не в интересах многих стран, Чешской Республики точно.

- Некоторые считают, что Минские соглашения тормозятся потому, что на их выполнение влияет российская сторона. Но есть сторона, которая придерживается мнения, что западу необходимо «надавить» на Киев, чтобы соглашения все-таки заработали. Вас к какой стороне можно причислить?

- Я отвечу недипломатично: за Украиной нужно внимательно следить, чтобы они помнили, что важнее всего не их личные интересы, а интересы Украины как страны, чтобы она начала функционировать именно как страна со стандартными механизмами, чтобы не была тем, что мы видели совсем недавно - «общество с ограниченной ответственностью».

Возвращаясь же к Минским договоренностям, скажу, что давить нужно на все стороны конфликта.

ПРО БЕЖЕНЦЕВ

- У Европы сейчас и без того есть на кого давить. Я имею в виду постоянно пребывающих беженцев. Вы не думаете, что «ящик Пандоры» уже открыт, повернуть реки вспять будет невозможно. Или все-таки что-то еще можно сделать?

- Многое зависит от того, как решится вопрос с Турцией. Президент Земан делает в этом направлении серьёзные шаги для того, чтобы договорённость решила ряд вопросов. Но даже в случае, если соглашение ЕС с Турцией этот «ящик» прикроет хотя бы наполовину, мы не сможем решить проблему исламизации полностью. Это не решит проблему 20-40 млн человек, которые, дай им только волю, сразу бы начали перебираться через остров Лампидузу из Африки, Ливии, Сирии и так далее.

Гинек Кмоничек в интервью «Комсомольской правде» рассказал об исламизации Европы, путях решения проблемы мигрантов и месте России в международной политике

Фото: Facebook

Поэтому помимо договора с Турцией, нужно подписать договор с Ливией, обезопасить границы Южного Судана, которых de facto не существует. Наконец-то начать интересоваться ситуацией в Эритреи. Потому что это просто абсурд, что 15 процентов мигрантов, которые попадают в южную Италию – они все с Эритреи.

- Если Австрия и Германия, как они грозятся, все-таки закроют свои границы, Чехия автоматически из транзитного государства превратится в страну-накопитель?

- Мы не сомневаемся, что если Германия решит закрыть свои границы, Австрия сделает то же самое. И тогда нам ничего не останется, как поступить точно также, в противном случае все беженцы осядут у нас. Это не тот сценарий, на который мы рассчитываем или к которому стремимся. Конечно, лучше всего не доводить до такой ситуации.

- Каким образом?

- Мы должны донести до ЕС наше мнение о том, о чем я сказал выше. Реальный договор с Турцией, договор с Ливией, контроль границ Южного Судана. И чтобы Турция начала наконец вести себя как член НАТО.

- А как вы собираетесь определять, настоящий беженец или нет? От войны человек бежит или за социальными пособиями? Яркий пример – иракские беженцы (Некоторое время назад Чехия предоставила убежище группе беженцев из Ирака, однако через время те отказались от помощи и, арендовав автобус, направились в Германию за лучшей жизнью. Там их, правда, развернули обратно).

- Да, есть такая проблема. Существует две группы людей – настоящие «военные» беженцы и экономические. Их процентное соотношение никто не знает. Поэтому в данный момент для нас из практики вырисовывается, что легальный беженец – тот, который просит об убежище в первой безопасной стране, на территорию которой он попал, неважно, богатая они или нет. А вот если человек продвигается дальше, ищет местечко «потеплее», то для нас он становится экономическим беженцем.

– Не так давно некоторые члены Еврокомиссии предложили открыть границы и для Украины. Чехия к этому готова? Ведь ваша страна станет одной из первых, куда народ двинет в силу схожести языков и менталитета.

- Это отчасти уже происходит. Мы сейчас впервые в чешской истории столкнулись с тем, что на нашей территории самую большую часть национальных меньшинств представляют именно украинцы. Раньше это были словаки. Это связано и с тем, что украинцы достаточно просто ассимилируются в чешскую среду.

ПРО ЕВРОПУ БОЛЬШУЮ И МАЛЕНЬКУЮ

- В июне в Великобритании планируется референдум о выходе страны из Евросоюза. Насколько вероятен положительный исход, и не запустит ли тогда это «эффект домино»?

- Мне кажется, что Великобритания к этому не придет. Хотя бы потому, что два миллиона её граждан живут не только на острове, у них есть недвижимость по всей Европе. Они не захотят стать иностранцами.

И даже если бы Великобритания всё-таки решилась на такой рискованный шаг, то на следующий же день Уэльс или Шотландия подали бы заявку о вступлении в ЕС. Это могло бы закончиться неприятностями для Объединённого королевства, которое бы перестало быть таким уж объединённым. Так что такой референдум для британцев очень небезопасный манёвр.

И думаю, выход Великобритании из ЕС был бы очень сложным вопросом, решение которого заняло бы много месяцев и даже лет. Это же не просто так: во вторник в ЕС, а в среду уже нет, страна слишком связана с Евросоюзом. Знаете, человек часто не знает, чего на самом деле хочет. Британцы должны помнить одну важную вещь: «Самое худшее, что с вами может случиться – это если исполнятся все ваши мечты». Потом поймёте, насколько глупы ваши пожелания…

- Ваш президент тоже частенько выступает с заявлениями, которые не совсем согласуются с политикой Брюсселя…

- Президент Земан – европейский федералист. Это означает, что он не должен всегда соглашаться со всеми взглядами Еврокомиссии. Он охраняет чешский национальный интерес, и это не стоит понимать, что его точка зрения – атака на Европу или Еврокомиссию.

- И тем не менее…

- …и тем не менее, да – часто мнение Еврокомиссии означает совокупность взглядов наиболее значительных государств ЕС плюс отдельных чиновников.

- Например?

- В первую очередь Еврокомиссия продвигает интересы Германии, Франции, группы «служащих». Это называется «европейским мнением». Но это, конечно же, не так, это не целиком европейское мнение.

– Можно ли это ваше высказывание понимать так, что малые государства ЕС не влияют на решение главных вопросов?

- В какой-то мере. Но мы с этим боремся. Думаю, малые государства ЕС должны создать альянс или даже альянсы для того, чтобы их голос звучал весомее. Как, например, «Вишеградская четвёрка». Четыре европейских государства, согласитесь, это уже сила. И сила, что-то значащая для Европы.

ПРО РОССИЮ

- А Россия, на ваш взгляд, все-таки Европа или?..

- Я думаю, что это основной вопрос и для самой России. И он, как ни странно, очень важен для нас. Американские студенты меня спрашивали, Чехия является Восточной или Центральной Европой? Я им отвечал, что ответ зависит от того, чем является Россия. Потому что если Россия – Европа, то мы – в центре Европы. Если Россия Азия, то мы – восточная граница.

Поэтому, конечно, в наших интересах, чтобы Россия была Европой, не хочу жить на границе (смеётся). Быть Центральной Европой все-таки как-то весомее.

- Тем не менее, немногие чешские и западные парламентарии поддерживают Милоша Земана, который выступает против антироссийских санкций. Вы сами видите в них необходимость? И насколько они выгодны или невыгодны для самой Европы?

- Президент Земан как экономист понимает, что убытки от санкций в любом случае понесут обе стороны. В качестве примера он всегда приводит результат американско-кубинских санкций. Поэтому Чешская Республика и в дальнейшем будет предлагать ЕС договариваться с российской стороной так, чтобы политические разногласия не превращались в экономические.

Гинек Кмоничек

Фото: Twitter.com

- Как в контексте последних событий изменились чешско-российские отношения?

- Наши отношения прошли интересное развитие. В этом вопросе мы должны быть немного ретроспективными. Разумеется, мы никогда не забудем освобождение советскими воинами Чехословакии в 1945 году. Мы понимаем, сколько ваших солдат пало за нашу свободу. Однако 1968 год для многих наших людей стал шоком. Поэтому после 89-го у нас был, скажем так, экстремальный протест против всего русского.

Однако теперь, я думаю, что после всех этих крайностей мы пришли наконец к здоровой «золотой середине».

Понимаете, мы западные славяне, а это не так-то просто: потому что «славяне» подразумевает православие, а «западные» - католицизм. А нам хоть разорвись. Поэтому мы не стали немцами, и русскими тоже не стали. Но нам необходима европейская Россия, чтобы жить в Центральной Европе.

- И все-таки про отношения?

- Мы всегда стремились иметь с Россией дружеские отношения. Вы знаете, что президент Земан в последние годы несколько раз встречался с президентом Путиным.

- За что свои же его «высекли» и назвали агентом Путина?

- Наш президент действует из интересов нации. С другой стороны, мы – члены ЕС и это тоже наш национальный интерес. Поэтому повторю слова президента Земана: «Мы ждём того момента, когда РФ вступит в ЕС».

Потому что из-за санкций наши экономические отношения в последнее время, к сожалению, ухудшились. У нас есть своё место на вашем рынке и интерес к вашим туристам, которые очень помогли нашей курортной индустрии. Но чем дальше мы отдаляемся друг от друга, тем больше становится разница во взглядах и даже валютах…

- Кстати, про валюту. Чехия все-таки перейдет на евро, когда?

- Мы не стали переходить на евро сразу при входе в ЕС, что, однако не значит, что это не случится никогда. Вопрос в том – когда это случится. Это зависит от того, на каком курсе обменной ценности кроны мы договоримся. Пока мы не пришли к консенсусу. Наше беспокойство можно понять: принятие евро автоматически означает подорожание жизни обычного гражданина.

- Но невозможно же оттягивать этот вопрос вечно.

- Невозможно.

- И?...

- Пока наши политики этот вопрос решают просто: они переносят сроки принятия евро до того времени, пока не придёт к власти новое правительство.

- Чехия все чаще стала лишать аккредитации российских журналистов. В списке аккредитованных МИД ЧР от России остались в большинстве своем либо сотрудники «Радио „Свобода“», либо "мертвые души". Если на самом деле причина в шпионах, там ли их нужно искать?

- Конечно, любые подобные случаи я не приветствую. По двум последним (имеется в виду лишение аккредитации Владимира Снегирева и Александра Куранова – Авт.) у меня нет актуальной информации, почему было принято такое решение. Но я постараюсь поговорить с президентом и решить вопрос.

ПРО СЕВЕРНЫЙ ПОТОК, РОССИЙСКОГО ПОСЛА И РЕЙТИНГИ

- Прага все-таки подписала письмо против строительства «Северного потока-2». Вам не кажется, что странам Восточной и Южной Европы следовало бы более активно бороться за прокладку "Южного потока"?

- Это достаточно сложный вопрос для нас. Смотрите, на «Северный поток» можно смотреть как с политических, так и с экономических сторон. Те, кто отдают предпочтение политике, говорят, что в совместной работе с немецкими партнерами можно обойти Украину и Словакию, что никак не выгодно обеим странам. Те, кто смотрит на это с экономической стороны говорят, что те деньги, которые они сейчас платят за транспорт, могли бы платить нам.

Так вот, мнение Чехии должно быть комбинацией обеих сторон. Для нас помимо денежного вопроса очень важно, чтобы принятое решение не затронуло в негативном аспекте Словакию и словацко-чешские отношения. Это та тема, к которой мы относимся очень трепетно, вы сами понимаете почему.

- Вы сказали, что Чехия дружественно относится к России, между тем, недавно вышел рейтинг недружелюбных СМИ разных стран к нашему государству (составлен РИСИ, Российским институтом стратегических исследований). Меня удивило, что на первом месте оказалась Чехия.

- Вы знаете меня эта таблица тоже удивила. И развеселила. Я просто вижу, какие издания учитывались при составлении этого рейтинга… В общем, могу сказать только одно. Поздравляю россиян, что у них есть столько свободного времени на составление такой чепухи!

- А как у вас со свободным временем?

- Пока не могу похвастаться. Только за последнее время у нас побывали польский президент, марокканский король, китайский президент, австрийский президент, завтра ожидаем словацкого премьер-министра.

- А из России?

- Из России у нас побывал министр промышленности, а кто приедет после него, зависит от вашего нового посла.

- То есть встречи в Александром Змеевским у вас пока еще не было?

- Ждем. Господин Змеевский хорошо знает, что этот офис (встреча состоялась в Канцелярии президента Чешской Республики на Пражском Граде ) – то место, куда послы заходят часто.

- В кулуарах поговаривают, что и вы скоро можете принять должность посла в США.

- Не могу это комментировать, потому что послом можно стать только после подписания документов о назначении принимающей стороны. От себя могу добавить, что наша сторона прошения о смене посла в США в последнее время не подавала.