
Фото: ru.wikipedia.org.
Милан Кундера так и не получил Нобелевскую премию по литературе, хотя на протяжении многих лет считался одним из самых вероятных претендентов на нее. Правда, речь тут о 80-х и 90-х — в новом веке он все реже входил в букмекерские списки. Но в России как раз на рубеже веков его начали активно переводить и издавать; тысячи студентов и молодых интеллектуалов зачитывались его книгами. «Вальс на прощание», «Книга смеха и забвения», «Неспешность», «Подлинность»...
Милан Кундера (ударение и в имени, и в фамилии правильно ставить на первом слоге) родился в Брно 1 апреля 1929 года. Его отец был пианистом и музыковедом, и любовь к музыке Кундера пронес через всю жизнь; он и сам сочинял музыкальные композиции. Однако в университете изучал не историю музыки, а литературу и эстетику. На третьем году обучения перевелся в другой вуз и начал заниматься кинематографом — посещал лекции по сценарному мастерству и режиссуре. В Коммунистическую партию Чехословакии он вступил, когда ему еще не было двадцати, но вскоре был из нее исключен из-за рискованной шутки (эта история потом ляжет в основу его книги, которая так и будет называться - «Шутка»). В 1956-м его восстановят в партии, чтобы в 1970-м исключить вновь, уже навсегда.
Это произошло после «пражской весны», которая обернулась вводом в Чехословакию советских войск. Кундера надеялся, что танки на улицах Праги — это не катастрофа. И ошибся. В числе многих чешских интеллектуалов он был подвергнут гонениям, его произведения перестали публиковать. Именно на фоне событий 1968 года будет разворачиваться действие его самого знаменитого романа, «Невыносимой легкости бытия».
Через несколько лет Кундеру пригласил на работу университет города Ренна, столицы Бретани. Он принял предложение и уехал во Францию, а в 1979-м был лишен чехословацкого гражданства. В 1981-м Кундера стал французским гражданином, и — самое интересное — сменил язык, на котором писал романы: отныне это был французский, а не чешский. В истории литературы такие кульбиты удавались единицам — приходят на ум разве что Джозеф Конрад и Владимир Набоков. При этом Кундера запрещал переводить свои французские произведения на чешский — ему казалось дикостью, что кто-то начнет перелагать его сочинения с чужого языка на родной (а сам, в отличие от Набокова, заниматься этим не собирался).

Фото: YouTube.
Кундера был затворником, не давал устных интервью журналистам. Но молчание было прервано в 2008 году, когда разразился скандал: Кундеру обвинили в том, что в юности он был доносчиком и сдал чешской полиции некоего Мирослава Дворжачека. Тот в 1948 году сбежал из коммунистической Чехословакии на запад и вскоре вернулся уже в качестве шпиона. Кундере якобы было известно, где Дворжачек намеревается встретиться со своей знакомой, и этим знанием он поделился с полицией. Дворжачека арестовали и он 14 лет провел в тюрьме.
Всплыли полицейские архивы, где четко указано имя стукача: Милан Кундера, студент, родился 1 апреля 1929 года. Чешский журнал Respekt не замедлил поделиться этой находкой с читателями. Кундера тут же заявил, что никакого Дворжачека он никому не выдавал и вообще не знает такого человека. В гневе он сравнил статью с попыткой заказного убийства. От журнала он потребовал извинений, но там не спешили в них рассыпаться. На защиту чести Кундеры встали крупнейшие писатели, такие как Габриэль Гарсиа Маркес, Орхан Памук, Салман Рушди. Скандал утих, но не оставляет ощущение, что осадочек остался — и именно эта история перечеркнула все шансы писателя на «нобелевку».