Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+25°
Boom metrics
Общество10 января 2024 12:00

Сергей Путреша: никаких исковых требований к кооперативу в уголовном деле нет

В декабре прошлого года Приморский районный суд Санкт-Петербурга удовлетворил жалобу ПК «Бест Вей» на непредоставление следствием кооперативу материалов уголовного дела, с которым следствие связывает кооператив

Необоснованным признано также непредоставление исковых требований, на основании которых в марте прошлого года было издано постановление руководителя следственной группы о признании кооператива гражданским ответчиком на 16 млрд рублей.

В конце декабря следственная группа предоставила адвокату кооператива, члену коллегии адвокатов «Первая адвокатская контора» города Санкт-Петербурга Сергею Путреше материалы дела. О том, что удалось узнать, он рассказал в интервью «КП».

— Сергей Викторович, перед Новым годом ознакомление с материалами уголовного дела состоялось в полном объеме?

— Да, 18–20 декабря я как представитель кооператива был ознакомлен следственной группой ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с материалами уголовного дела — в части материалов, по оценке следствия, затрагивающих кооператив. Все 200 с лишним томов мне не давали, но предоставили те материалы, которые, по мнению следствия, свидетельствуют о связи кооператива с уголовным делом.

То, как в конце концов состоялось ознакомление, отдельная история. Суд по моей жалобе прошел 1 декабря, и уже на суде представитель следственной группы и прокурор заверяли, что ознакомление начнется «прямо в понедельник».

Но в понедельник 4 декабря ничего не началось и в следующий понедельник тоже. Мне удалось получить судебный акт в Приморском суде только в середине декабря, и при получении судебного акта у меня поинтересовались: как, мол, дела с ознакомлением? Никто, отвечаю, не приглашал. Позднее я виделся в суде с прокурором, который участвовал в судебном процессе 1 декабря, и он тоже поинтересовался: ознакомился ли я с материалами дела? Нет, говорю.

Спустя некоторое время мне позвонил представитель следственной группы: что, мол, я не прихожу знакомиться с делом. Отвечаю: назначьте время, я же не могу приходить к зданию ГСУ и ждать под дверью. Время было согласовано, и ознакомление наконец состоялось.

Следственная группа, видимо, не горела желанием провести ознакомление, но на нем настояли прокуратура и суд.

— Кроме того, прокуратура отказалась от подачи апелляции на решение суда, удовлетворившего вашу жалобу, хотя в судебном процессе возражала против ее удовлетворения?

— Да. Апелляция подана не была: решение Приморского суда вступило в законную силу.

Судя по всему, взвесив все за и против, прокуратура решила не упорствовать в позиции, что нарушений следствием допущено не было, которую отстаивала 1 декабря, параллельно признав в судебном процессе, что право ознакомиться с материалами дела кооперативу предоставлено не было.

Там, видимо, решили, что восстановление права кооператива как гражданского ответчика, пусть и с нарушением порядка процессуальных действий — после завершения ознакомления с материалами дела обвиняемых, а не до, как предусмотрено УПК, это лучше, чем выходить в суд для рассмотрения дела по существу с нарушенным правом на ознакомление. Даже с учетом того, что кооператив получит доказательства, которые сможет использовать для пересмотра мер процессуального принуждения, которые к нему применены.

— Вы получили такие доказательства?

— Да. Де-юре мы подтвердили, что исков в деле нет, исковые требования не сформулированы — подтвердили то, что нам было известно, и у нас появились доказательства нашей позиции, которые мы предъявим, например, в суде апелляционной инстанции по аресту счетов кооператива 16 января.

— Нет исков на 16 млрд, как указано в постановлении руководителя следственной группы о признании кооператива гражданским ответчиком?

— Нет вообще никаких исков: ни на 16 млрд, ни на 100 рублей. Есть некие «неформатные» заявления потерпевших: «Я признан потерпевшим, признайте меня гражданским истцом». Но эти документы не могут считаться исковыми заявлениями: они не соответствуют установленным в законе требованиям к исковым заявлениям, в частности, там отсутствуют изложение и обоснование исковых требований.

— Не соблюдена форма исковых заявлений в заявлениях потерпевших?

— Дело не столько в форме, сколько в содержании.

Гражданским ответчиком может выступать либо обвиняемый по делу, либо лицо, которое несет ответственность за действия обвиняемого. Имущество кооператива — это не имущество обвиняемого: потребительский кооператив — отдельно существующая организация, все имущество кооператива принадлежит его почти 20 тыс. пайщиков. То есть первый вариант не проходит.

Если же мы говорим о втором варианте — лице, которое несет ответственность за действия обвиняемого или обвиняемых, то эта ответственность должна быть обоснована. Кооператив объявляется гражданским ответчиком, к ПК предъявляются исковые требования? Истцы обязаны обосновать эти требования: объяснить, почему эти исковые требования предъявляются именно к кооперативу, четко расписать: «Действиями потребительского кооператива мне причинен такой-то вред». Ничего подобного нет — и исков, повторю, никаких нет.

Постановление руководителя следственной группы о признании кооператива гражданским ответчиком незаконно и необоснованно. Оно, по моему мнению, заведомо незаконно, так как руководитель следственной группы, убежден, при его издании осознавал, что оно незаконно.

На мой взгляд, это грубейшая работа, злоупотребление должностными полномочиями в чистом виде. Заявление об этом направлено в Следственный комитет. Кроме того, перед самым Новым годом я подал новую жалобу в суд в порядке ст. 125 УПК о незаконности постановления о признании кооператива гражданским ответчиком.

— Она будет рассматриваться не ранее второй половины января?

— К сожалению, я думаю, рассмотрение всех жалоб — и наших, адвокатов кооператива, и жалоб адвокатов обвиняемых — будет переноситься максимально «вправо», потому что, весьма вероятно, в январе уголовное дело наконец уйдет в суд для рассмотрения по существу.

Моя жалоба, поданная в самом конце июля, была рассмотрена после нескольких переносов только 1 декабря — вот такие сроки рассмотрения в Приморском суде. Так что шансов, что жалобы будут рассмотрены до того, как дело поступит в суд, очень мало. Схемы переноса давно известны. Например, у прокурора просто не будет поручения поддержать позицию следствия в суде, вот и перенос.

Когда дело будет передано в суд, рассмотрение жалоб на следствие в порядке ст. 125 будет автоматически прекращено, поскольку само предварительное расследование будет завершено. Наши жалобы, вероятнее всего, будет разбирать уже суд, рассматривающий дело по существу, и в ходе этого самого рассмотрения по существу.

— Как сведения, полученные в ходе ознакомления с материалами уголовного дела, повлияют на позицию кооператива при апелляции на октябрьское постановление суда первой инстанции об аресте счетов кооператива на трехмесячный срок, которая будет рассматриваться 16 января?

— Кардинально. Раньше мы говорили в судах: «Иски и исковые требования не представлены — постановление руководителя следственной группы немотивированное и необоснованное». А теперь у нас есть документальные основания говорить о том, что кооператив признан гражданским ответчиком явно незаконно.

В нашем распоряжении — доказательства, что ходатайство следствия об аресте счетов кооператива необоснованно. Если раньше мы говорили, что оно не подкреплено доказательствами, то теперь мы уверенно можем заявлять, что у нас есть доказательства, что оно необоснованно.

По сути, единственная претензия к кооперативу, содержащаяся в уголовном деле, что из 16 млрд рублей средств, поступивших в ПК с 2014 года, 1,9 млрд потрачены, по мнению следствия, на нецелевые нужды — то есть не на приобретение жилья.

Но это сумма, которая была необходима для обеспечения функционирования кооператива. Она шла на уплату налогов, заработной платы аппарату кооператива, в частности, бухгалтерии, на правовые и маркетинговые задачи. Квартира же сама себя не купит.

Деньги выделялись из специальных фондов поддержки текущей деятельности, формировавшихся из вступительных и членских взносов. Они не смешивались с деньгами на приобретение недвижимости для пайщиков. Фонды создавались по решению кооператива именно для тех задач, на которые из них тратились средства.

Ни уставом кооператива, ни Законом о потребительской кооперации не предусмотрено, что 100% привлеченных средств должно пойти на приобретение активов, для приобретения которых создан кооператив. Так что деньги потрачены законно и в соответствии с уставными целями кооператива.

Претензия о нецелевом характере расходования 1,9 млрд рублей не может лечь в основу обеспечительных мер в отношении кооператива, так как нуждается в доказывании. Ознакомление с обвинениями в адрес кооператива позволит нам сформулировать аргументированную позицию при рассмотрении уголовного дела по существу.

— Вы предполагаете, что уголовное дело в январе будет передано в суд?

— Думаю, что следствие сейчас будет, кровь из носу, делать все возможное, чтобы в январе передать дело в суд. Прокуратура настроена, как мне кажется, именно на такой вариант.

Обвиняемые получили уточненные постановления о привлечении в качестве обвиняемых: на несколько человек увеличено количество лиц, признанных следственной группой потерпевшими, и немного увеличилась сумма ущерба. Обвиняемые, насколько я знаю, уже ознакомлены с некими финальными дополнительными материалами предварительного расследования — ознакомление с остальными материалами было завершено еще в октябре.

Однако есть серьезная юридическая проблема, которая, судя по всему, будет разрешаться судом при рассмотрении дела по существу. Приморский районный суд установил не только сам факт несоблюдения требования УПК в части ознакомления гражданского ответчика с материалами дела, но установил и нарушение 215-й статьи УПК: не было надлежащего уведомления об окончании следственных действий, из-за чего, например, некоторые гражданские истцы и ответчики, которые, насколько нам известно, планировали ознакомиться с материалами дела, просто не успели подать соответствующие ходатайства.

Кооператив подал такое ходатайство заранее, поскольку мы видели, что следственные действия явно движутся к завершению. А другие гражданские истцы и ответчики не были столь прозорливы, но их права на ознакомление также нарушены.

По-хорошему, такая ситуация должна привести к возобновлению предварительного расследования — с новым предъявлением обвинения в окончательной редакции, уведомлением о завершении следственных действий, о новом проведении ознакомления сначала гражданских истцов и ответчиков, а затем обвиняемых. То есть нужно без нарушений заново выполнить 215-ю, 216-ю и 217-ю статьи УПК и только после этого передавать уголовное дело в суд.

— В нынешней ситуации по закону дело должно пойти на «дослед»?

— Это будет решать суд, когда уголовное дело будет передано для его рассмотрения.

Следствие на «дослед» никогда не согласится, потому что нужно будет сразу отпускать обвиняемых, находящихся под стражей свыше предельного срока содержания под стражей. Оно будет доказывать, что ознакомление так или иначе проведено: этап ознакомления обвиняемых с материалами дела, насколько я знаю, завершен, кооператив также ознакомлен. Прокуратура, думаю, поддержит следствие.

Обвиняемые, по моим сведениям, не заинтересованы в том, чтобы предварительное расследование пошло на новый круг. Они заинтересованы в том, чтобы как можно скорее началось рассмотрение дела по существу. Многое зависит от того, какую позицию займут гражданские истцы и другие гражданские ответчики.

Если бы мы говорили о стандартной процедуре любого дела, я бы однозначно сказал, что это дело пойдет на «дослед». Но с учетом специфики «нашего» дела, например, с учетом количества нарушений, на которые суд уже ранее закрывал глаза, не удивлюсь, если суд выберет некий особый путь.

К примеру, начнет слушать дело по существу, при этом изменив обвиняемым меру пресечения, которая, несомненно, продлена им свыше предельного срока содержания под стражей незаконно, и отменив аресты имущества на совершенно безумные суммы. Таким образом, снимет градус напряжения, сказав: «Давайте разбираться, рассматривать дело в спокойном режиме, будем постепенно вникать в нюансы без репрессивных мер, обгоняющих приговор».