Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+16°
Boom metrics
Звезды24 декабря 2023 11:35

Что нужно знать о сериале «Слово пацана. Кровь на асфальте»

Пацанская мужественность до одури нравится цивильным девочкам, чем только и можно объяснить массовые овации сериалу
"Слово пацаны.Кровь на асфальте" — новая криминальная драма от режиссера Жоры Крыжовникова.

"Слово пацаны.Кровь на асфальте" — новая криминальная драма от режиссера Жоры Крыжовникова.

Фото: кадр из фильма.

В 1988-м, которым датированы события сериала, сценаристу Андрею Золотареву было 6 лет, а режиссеру Крыжовникову — 9.

К сожалению, это главное, что нужно знать о «Слове пацана».

Неглавное выглядит так. 88-й стал первым годом т.н. «казанского феномена». Уличный беспредел в стиле Чикаго творился в столице Татарии уже лет десять, но только со статьи в «Юности» (для кого-то — в «Огоньке») о нем засудачили по всей стране. Достигши рубежного возраста 14 лет, пионер Андрей (Леон Кемстач) получает в тыкву, обдумывает житье и решает «пришиться» к ближней группировке «Универсам». Поручителем выступает Марат (Рузиль Минекаев), который и отоварил его впервые, вторично по ходу «прописки», а после стал лучшим другом и проводником в теплый ад. Попутно один влюбляется в скрипачку Айгуль (Анна Пересильд), а другой — в инспекторшу по несовершеннолетним Иру (Анастасия Красовская), обе тают. Тем временем из Афгана возвращается брат Марата Вова Адидас (Иван Янковский) и прогибает под себя кодлу, отжав у замаранного договорняками Кощея (Никита Кологривый). Потеряв забитого на остановке бойца Ералаша, «Универсам» впрягается в бой, разносит непричастную группу «Разъезд», а после зарубается с подлинными виновниками с «Хади Такташа» (названия подлинные, почерпнуты из документального труда Роберта Гараева, по которому сделан фильм).

Главным героем картины является зубодробительный крюк справа, и если собрать все панчи в дыню, в репу, в бубен и в табло, выйдет нарезочка минут на 10 не хуже сборника нокаутов Тайсона. Долбят в картине по-чеснаку, и за артистов боязно: дельная плюха слегка сотрясает мозг, а за одну только серию Кемстачу прилетает раз 12, и даже чемпиона-средневеса Вову часами месят, как грушу. Вся эта пацанская мужественность до одури нравится цивильным девочкам, чем только и можно объяснить массовые овации сериалу. Скрытая теплота старшеклассниц к жиганам когда-то сделала кассу фильму «Сволочи», а тридцатью годами раньше — уже мало кому памятной картине «Несовершеннолетние» (сегодня о ней и не вспомнят, а тогда было 44 с половиной миллиона зрителей).

Отличная (без дураков) постанова бац-бац-шляк-хрясь, узнаваемо юродская униформа бедняцких кварталов (шапки-«фернандельки» как обязательный элемент одежды) и безупречная работа исполнителей слегка затеняют множественные косяки сценария. Даже на страницах этой рубрики автору Золотареву досталась тонна похвал за фильмы Бондарчука про инопланетян и сериал «13-я клиническая» про бесов, но оказалось, что ни в чем, кроме бесов и пришельцев, он как следует не разбирается. Мальчика-пианиста у него берут в орден юных блатарей, топчущих себе дорожку на кичу (понятный ход, автору нужен дилетант для разъяснения ему и зрителю порядков в группировке). Мама его, не нашедшего на кармане восьмидесяти копеек на два билета в кино, сходу ставит наперсточнику на кон сто рублей — вообще-то, месячную зарплату 88-го года (авторам, взрослевшим в 90-е, невозможно вбить в башку, что самый дорогой кинобилет в СССР стоил полтинник). Новобранец моталок заходит в местную ментовку поиграть на компе (и сколько он после такого проживет на улице? день или два?). Инспекторша ПДН прижимает его, несовершеннолетнего и приблатненного, к девичьей груди — что немыслимо ни с милицейских, ни с уголовных позиций. Отец парня, служившего два года в Афгане, спрашивает, что такое ДРА. Пацан, украв бейсболку, является менять ее той же зимой в тот же магазин. И главное: за какие такие грехи «домбытовские» ставят чужих старших на колени и режут ухо малолетке? За несчастный видак, отжатый у стороннего терпилы? Или только потому, что сценаристу Золотареву понадобилось на пустом месте взвинтить градус, довести до огнестрела, сжечь мосты и перебить посуду?

Советское прошлое — чумной заповедник, в котором сгорает любой из авторитетных сценаристов текущего дня. Автор «Горько» Казаков — на «Чернобыле». Автор всего Маловичко — на «Нулевом пациенте». А Золотарев сочиняет чушпанскую историю, как стать своим у блатных и не спалиться.

Рождая законный вопрос: а может, и его сценарии про чертей с инопланетянами не так хороши, как казалось?

Собираются, скажем, те и другие на сход и ну ржать: ну, дурак, ну, учудил!

Ждите, черти. Казанские пацаны идут к вам.

Вместе поржете.