Александра Назарова: «Кто же знал, что я приобрету такую дурацкую популярность, именно сыграв бабу Надю в «Моей прекрасной няне»

В гостях у радио КП и радио «Балтика» советская и российская актриса театра и кино, народная артистка России Александра Назарова рассказывает про любовь к Италии, воспитание животных и съемки в сериалах. Ведущие – Арташес Антонян (Москва) и Антон Толстов (Санкт-Петербург).

Антонян:

- Это «Радио двух столиц». Наша главная звезда сегодня – Александра Ивановна Назарова, советская и российская актриса театра и кино, народная артистка России… Мы подсчитали до эфира с Александрой Ивановной, что будет почти уже 50 лет, как вы преданы одному театру имени Ермоловой?

Назарова:

- Да, это так.

Антонян:

- А вы помните день, когда вы пришли туда, в 1965 году?

Назарова:

- Конечно, помню. Между прочим, до этого я работала еще три года в Центральном детском театре. Теперь он называется молодежный театр. В Москве. Ну а потом, так как мой любимый режиссер Эфрос ушел в театр Ленинского комсомола и сразу он забрать всех не мог, а я поняла, что я уже изжила, что ли, работу в детском театре, мне захотелось чего-то другого, я пошла показываться в разные другие театры. И в театре имени Ермоловой был как раз конкурс…

Антонян:

- Жесткий отбор?

Назарова:

- Да, жесткий отбор с двумя или тремя турами. В общем, я там что-то играла. Причем, совершенно по-дурацки. Моя партнерша не пришла, играла я сцену из «Белеет парус одинокий», где я играла девочку Мотю. И у меня была сцена с Петей… В общем, Петя этот не пришел, короче, я поймала какого-то парня, поставила его и сказала – ладно, ты давай читай текст, а я буду вокруг тебя ходить и играть. И первая фраза у меня там была такая: «Мальчик, хочете, я вам покажу свои русско-японские картинки?». И вот когда я только произнесла эту фразу, почему-то все жюри начало хохотать? В общем, так на этой радостной ноте и прошел мой показ. Потом был еще второй тур, но это было уже чисто формально…

Антонян:

- Почти 50 лет прошло. А вы помните, как будто вчера это было.

Назарова:

- Помню как сейчас просто. Помню где это было, помню ребят, которые со мной вместе показывались.

Толстов:

- Александра Ивановна, а в чем секрет притягательности театра имени Ермоловой именно для вас?

Назарова:

- Я не могу вам ответить на этот вопрос. Во-первых, там были очень хорошие спектакли и мне повезло, что у меня было тоже несколько ролей, которые я помню до сих пор. И ставили это замечательные режиссеры, и были такие знаменитые актеры, в частности, вот Всеволод Семенович Якут, потом Галис, Иван Иванович Соловьев. То есть, там было у кого учиться и на кого смотреть, с кем играть. Ну и масса была других актеров…

Толстов:

- А это было или остается?

Назарова:

- К сожалению, все эти гиганты, киты, что ли, все ушли из нашей жизни уже. Но все равно труппа у нас очень хорошая. И потом, климат в театре замечательный.

Антонян:

- Ну, как-то уже надо потихоньку думать о юбилее 50-летнем, а?

Назарова:

- Да ну, я не люблю никакие эти юбилеи. Лучшие роли – они все в прошлом, я бы сказала. Хотя, сейчас тоже что-то такое бывает интересное.

Антонян:

- Но, тем не менее, начиналось-то все как раз в городе Ленинграде, откуда вы родом?

Назарова:

- Да.

Антонян:

- А какие воспоминания о том Ленинграде и о нынешнем Питере?

Назарова:

- Кстати, я была на днях в Питере. Там один человек замечательный, он принимал участие в издании книги про нашего профессора, у меня был учитель в театральном институте, такой знаменитый Борис Вульфович Зон. Это был замечательный педагог. Он и к Станиславскому ездил. И в общем лучшие артисты Питера сейчас – это его ученики. И Алиса Фрейндлих, и Шарко, и Трофимов, и масса других актеров, живых и ушедших уже. И я горда тем, что я тоже училась у такого замечательного мастера. И мы ездили туда с моим сокурсником, Коковкиным Сергеем Борисовичем, который и драматург, и артист, и вот мы ездили на презентацию этой книги, которая была в театральном музее. И там была Алиса Фрейндлих, там был Додин, который тоже его ученик, там был Александр Белинский, так что компания была замечательная.

Антонян:

- А сам город как – преобразился?

Назарова:

- Ну, внешне он, может быть, и преобразился. Но я не знаю, для меня это все равно, в общем-то, родной город.

Антонян:

- То есть, тот самый Ленинград?

Назарова:

- Да, да, наверное, так.

Толстов:

- То есть, вы считаете его своим родным городом, несмотря на то, что во многих городах побывали, много где жили, и вот в Москве уже сколько лет…

Назарова:

- Ну, конечно, конечно. У меня там родители жили, которые работали в театре имени Ленсовета, у меня даже там была квартира, но, к сожалению, мне пришлось с ней расстаться, продать ее. В общем, глупость я сделала большую. Но я даже не могу проходить теперь мимо этого дома – мне обидно до слез, что я там не живу.

Антонян:

- За свою карьеру более 50 ролей в кино вы реализовали.

Назарова:

- Да вы что?

Антонян:

- Да, представляете, подсчитали и получилось такое огромное количество. Но, тем не менее, вы себя пробовали и на театральной сцене, и в большом кино, и в сериалах. Вот эти три понятия насколько отличаются друг от друга?

Назарова:

- Ну, театр – это театр. Это серьезная работа такая, длительная, кропотливая. Кино – то, что было раньше, позволю себе напомнить, что я снималась в такой картине, которая называлась «Софья Перовская», я играла саму Софью, - это была тоже очень серьезная работа. И был замечательный режиссер – такой Лев Арнштам. Когда проходили репетиции, когда мы много разговаривали, мало того, мы в Питере еще по каким-то местам народовольческим ходили и смотрели на них, кое-что там сохранилось. А теперешние сериалы – я не скажу, что это легкая работа, нет, отнюдь не легкая, - но она такая какая-то быстрая…

Антонян:

- А она интересная?

Назарова:

- Когда материал хороший, то, конечно, интересная. А когда так, дежурно, то, в общем-то, и дежурно.

Антонян:

- Если говорить о нашей современности, то вы сыграли в знаковых сериалах. Достаточно такие серьезные актерские составы были представлены в каждом из этих сериалов. Сериалы «Граница. Таежный роман», «Бригада», «Моя прекрасная няня». Вот что вам особенно там запомнилось?

Актриса прекрасна во всех образах (кадр со съемок сериала «Моя прекрасная няня»)

Назарова:

- Например, «Бригада» снималась тоже очень серьезно. Как большое кино, просто как настоящее кино. И я с большим уважением отношусь к режиссеру. То есть, он тоже очень кропотливо, точно зная, что ему надо, работал. И ребята все понимали серьезность материала, хотя были всякие и легкомысленности, в силу возраста. Но, в общем, у меня остались самые хорошие воспоминания. А «Граница. Таежный роман» - ну что, у меня там была роль-то небольшая. Но я очень люблю Митту, поэтому я тоже с большим удовольствием там работала. Ну и замечательные артисты были вокруг. Ну а «Няня»? Кто же знал, что такую, понимаете, дурацкую популярность я приобрету, именно сыграв в «Моей прекрасной няне»?

Толстов:

- Не обидно, что вас многие воспринимают именно как ту самую бабу Надю, а не как известную знаменитую театральную актрису?

Назарова:

- Да ничего не обидно. Меня радует одно – что люди ко мне относятся так – вот в Питере меня особенно это сейчас поразило. Масса людей ко мне приходили и говорили – ой, неужели это вы? Дайте автограф, давайте с вами сфотографируемся. Вспоминают, между прочим, и «Бригаду» тоже. Нет, мне не обидно. Потому что, говорю, все это как-то происходит со знаком плюс. Я ни разу не видела такого в свой адрес какого-то пренебрежительного отношения, какой-то ухмылки. Нет, очень искренне люди ко мне относятся. Поэтому я и благодарна.

Толстов:

- Это если говорить о зрителях, а если говорить о коллегах? Ведь совершенно разное отношение к сериалам, к работе в сериалах.

Назарова:

- Я не знаю, что сказать насчет коллег. Когда мы работали, у всех были очень хорошие отношения друг с другом.

Антонян:

- А с какими коллегами вам особенно интересно было? И вообще – мы видим готовый продукт, готовый сериал… мы, как часть семьи, воспринимаем вот этих героев, да. А вы-то живете непосредственно жизнью героев сериала в данный момент. Нам кажется, что у вас прекрасные у всех отношения, а как это на самом деле?

Назарова:

- Ну, допустим, взять ту же «Няню», мы практически каждый день снимались и, хотя это было довольно тяжело, потому что надо было и текст выучить, и все это было моментально как-то, в общем, надо было как-то собраться. Но вот режиссер Алексей Кирющенко тоже очень серьезно работал, очень требовательно, даже иногда жестко. Мог и накричать, и вообще как-то. Не знаю, мы собирались за столом сначала, репетировали, текст правили, потом выходили на площадку, тоже репетировали. Ну, не знаю, как-то очень даже все подружились. Во всяком случае, что касается меня, то у меня были со всеми очень хорошие отношения.

Антонян:

- А много дублей приходилось снимать?

Назарова:

- Нет. Ну, может, дубля два бывало, если там что-то технически не так. Вот однажды было смешно. Я очень хорошо помню и с тоской сейчас вспоминаю Любочку Полищук в этой же «Няне», мы стояли с ней перед тем, как войти в кадр, перед тем, как все началось, и я курила. И она мне говорит – вот ты куришь, вот сейчас выйдешь и забудешь текст… Ну, все, мы вышли, я говорю свою фразу, она выходит – и забывает свой текст. Как же все хохотали на площадке, потому что все слышали, как она мне это все выговаривала. Ну а так вообще не знаю, замечательные все были…

Толстов:

- Александра Ивановна, может, скажете о том, как работалось с молодыми? Может, даже начинающими актерами…. Вот получается вместе с молодыми режиссерами работать так же?

Назарова:

- Да получается, конечно. Каждый из них пытается выполнить свою работу как можно лучше. Во всяком случае, они стараются. А у меня задача – понять, чего он хочет. Ну, если он хочет совершенно какой-то ерунды, тогда пытаешься как-то возразить. А если понимаешь, что, возможно, режиссер и прав, то я пытаюсь все это выполнить – то, что они просят.

Антонян:

- А вот подходы режиссерские. В советские года одна школа была… вы стольких видели…

Назарова:

- Да нет никакой особой разницы… Ведь все делают одно дело. Вопрос в том, что, понимаете, вопрос такой чисто деловой и, может быть, убыстрение происходит этого процесса. А так, все равно остается все то же самое. И все равно надо играть. Режиссер должен все равно тебе объяснить. Но, правда, не у всех это получается. Но, тем не менее, все равно это одно и то же, в принципе. Просто, может быть, масштаб немного уменьшается.

Антонян:

- Я не знаю, мне сложно это представить, кино – это то искусство, к которому всегда хочется тянуться и предполагаешь, а что да как. А вот если говорить о молодых актерах – какая у них нынче школа?

Назарова:

- Ой, у меня такое ощущение, что я тоже ничего не знаю. Когда я выхожу на площадку, на репетицию первую или на съемку первую, у меня такое ощущение, что я только что закончила институт и я ничего не знаю, и я точно так же волнуюсь и боюсь, что у меня ничего не получится. Несмотря ни на что, до сих пор волнуюсь.

Толстов:

- И происходит такой постоянный процесс обучения чему-то новому, да?

Назарова:

- Ну, конечно, я тоже наблюдаю даже и за молодыми ребятами. Иногда я вижу, чего они умеют, а чего не умеют. А, с другой стороны, вдруг какие-то вещи мне понравятся, и я за ними смотрю внимательно.

Антонян:

- А вы советы даете молодым?

Назарова:

- Нет.

Антонян:

- А почему? Может быть, они сами спрашивают?

Назарова:

- Понимаете, артисты люди очень ранимые, поэтому им советовать надо очень аккуратно. Я понимаю, когда режиссер это говорит, а когда коллеги тебе говорят, тут надо быть очень осторожным, чтобы не обидеть человека и чтобы он, наоборот, не замкнулся. Но иногда вот так скажешь, что, мне кажется, что здесь можно было бы это сыграть так вот. Но это нечасто бывает, поверьте.

Толстов:

- Александра Ивановна, может, вас немного обидит мой вопрос, но вы соглашаетесь на все роли или у вас такой очень тщательный выбор? Вот кого бы вы сыграли, а кого бы не сыграли никогда?

Назарова:

- Да нет, ничего меня не обидит. Вы знаете, в разные периоды по разному отношение у меня тоже возникает. Был какой-то период, когда я могла согласиться на что угодно. Но особой гадости-то мне не предлагали, но какие-то незначительные вещи, а я соглашаюсь, потому что разные причины были. То, понимаете ли, не хочется сидеть без дела, если у тебя какая-то пауза вдруг возникает в театре или просто нет денег. Такая тема тоже возникает.

Антонян:

- Александра Ивановна, а какая роль вам особенно запомнилась? Может, она была небольшая, но оставила какой-то след? Может, наоборот, какая-то большая роль несколько разочаровала?

Назарова:

- Разочаровала – не могу сказать, а вот след оставила – я уже говорила про «Софью Перовскую» - это вот оставила след в жизни. Мало того, в какой-то момент, понимаете, настолько я, наверное, прониклась этим делом, что вот я однажды пришла в Петропавловскую крепость, в собор, и не то что просила прощения, но, во всяком случае, я подошла к могиле Александра Второго и, в общем-то, как-то я винилась, что я каким-то образом повинна в его гибели.

Антонян:

- Героиня такой отпечаток наложила?

Назарова:

- Да, как это ни странно.

Антонян:

- Хорошо. А если брать современное творчество? Что вам особенно запомнилось, может быть, уже в 21 веке?

Назарова:

- Ну, пожалуй, я только о театре могу сказать. У нас очень хороший спектакль, он идет, правда, на малой сцене, называется «День космонавтики». Нас там всего три актрисы и один мужичок. Там три женских судьбы, так, что ли. И вот я даже не могу сказать, что мы это дело играем – мы, наверное, там живем… Я там играю такую замученную жизнью женщину, которая влюблена в Гагарина и которая там приютила какого-то там человека, который уже умер, правда, но вот она говорит девочкам своим – а я вот все время думала, может, это он Гагарин и есть? Может, думаю, он спасся тогда, а теперь скрывается от всех. Вот такая вещь. Или вот я играю в антрепризном спектакле, который называется «Девочки из календаря», замечательный просто спектакль. Люди, посмотрите его. Во-первых, он очень гуманный. Он и смешной, и трогательный, и очень серьезный, и очень имеет положительное влияние на людей и работает на благотворительность, кстати, тоже. А у меня там в роли есть замечательная фраза. Я говорю своей приятельнице: «Возраст никогда меня не раздражал, это я постоянно его раздражаю».

Толстов:

- Александра Ивановна, а приедет ли театр, может, этим летом в Петербург?

Назарова:

- Да сейчас вообще театральные гастроли как-то сократились. А вот антрепризный спектакль, я не знаю, чего-то там не получается. Почему – не знаю. Хотя я думаю, что в Петербурге он имел бы очень большой успех. Потому что там играют замечательные актрисы. И Галина Петрова, и Анна Каменкова, и Александр Сирин.

Антонян:

- Вот мы говорим о жизненных ролях, скажите, а были ли какие-то роли, может, вам хотелось бы сыграть негативную роль? Или ту из ролей, которую вы сыграли, она на самом деле, так скажем, скользкая?

Назарова:

- Так что-то я не очень припомню.

Антонян:

- Так в том-то и дело, что и я не нашел таких. А было бы желание попробовать себя со стороны не совсем доброй женщины, например?

Назарова:

- Ну, если там материал хороший и, если в результате это можно как-то обосновать, как-то оправдать, - ведь суть актера в том, что он всегда оправдывает свои роли, своих персонажей, то почему нет?

Толстов:

- А, может быть, из современной литературы какое бы произведение, на ваш взгляд, можно было бы сейчас поставить в театре Ермоловой?

Назарова:

- Ой, не знаю. Я ничего не понимаю в том, что можно поставить, что нельзя поставить.

Толстов:

- Но ведь спектакли, которые идут сейчас с вашим участием, я так понимаю, что это иностранные авторы все-таки?

Назарова:

- Да, пожалуй. И «Фотофиниш». Нет, а вот «День космонавтики» это Унгард. И я занята еще во второй же его пьесе, которая называется «Не все так плохо, как на самом деле». Это современные пьесы. И мне очень этот автор нравится, но он, к сожалению, больше ничего для театра не пишет.

Антонян:

- Александра Ивановна, а какие фильмы и постановки предпочитаете вы? Есть какие-то предпочтения? Может, любимое кино, любимый спектакль, на который вы ходили неоднократно?

Назарова:

- Даже не знаю, вы меня в тупик поставили… Я сейчас так сразу вам не скажу, хотя у меня такое бывает. Ну, не могу я вспомнить просто.

Толстов:

- Может, тогда расскажете о другом? У вас ведь большая коллекция озвученных иностранных фильмов, мультфильмов. Вот какой ваш самый любимый иностранный актер, кого больше всех нравится озвучивать? Может, актера, а, может, мультперсонажа?

Назарова:

- Во-первых, я актеров-мужиков не озвучиваю. А актрис? Нет, я не знаю даже фамилий. Но я когда-то, не тай давно, кстати, «Дневник гейши» было такое кино. Я ведь за нее разговаривала, за этого персонажа, от автора – вот все это я была. Как-то женщин-то я не очень, я почему-то мальчиков озвучивала и мульты. Очень много ребят в свое время на киностудии именно Горького – это была просто моя вторая жизнь… Ну, а сейчас меня старух даже вызывают озвучить, хотя я удивляюсь – думаю, почему?

Антонян:

- Действительно… Мы знаем, что у вас дома уживаются кошка и собака. Как вы приучили их к дружбе, к союзу? Вы прекрасный воспитатель?

Назарова:

- Ой, да что вы! Оно как-то само получилось. Во-первых, у меня собака очень миролюбивая, очень добрая и ласковая. Но, если кошка подходит к ее миске, она может на нее гавкнуть. А так – нет, они играют. Кошка совершенно отчаянно нападает на собаку – ой, это так забавно смотреть.

Антонян:

- А кто из них старше по возрасту?

Назарова:

- Я так думаю, собака. Но кошка отчаянная просто. Ну, она вообще такая – она ловит мышей, если мы вдруг за город выезжаем. Она ловит мышей, приносит и раскладывает их на крыльце.

Антонян:

- Вам весело в такой компании…

Назарова:

- Ой, что вы, конечно, это такое счастье, такая радость, когда тебя они встречают обе – две девчонки…

Антонян:

- А они за ваше внимание как-то борются?

Назарова:

- Не знаю. Ну, кошка – чуть что, она сразу сваливает подальше куда-нибудь, чтобы ее было не видно. А так, когда я сижу одна на кухне, смотрю телевизор, она тут же ко мне вскакивает на колени, чтобы ее ласкали и т.д. А собака ревнует.

Толстов:

- А как они обходятся без вас, когда вы путешествуете? Я знаю, что вы очень любите путешествовать, любите Италию, Испанию.

Назарова:

- Ой, да. Ну, так как-то обходились… были разные варианты. А вот сейчас я серьезно озаботилась. Мне надо уехать на две недельки, а вот куда их девать – большая проблема.

Толстов:

- А куда на сей раз собираетесь ехать?

Назарова:

- В Грецию. На море. Я хочу погреться немножко. Я так тепло люблю.

Антонян:

- Вы любите там, где море есть? Или, может, вам нравятся парижские улочки, лондонский Тауэр, что-то еще?

Назарова:

- Я не была в Англии, хотя мне очень хочется. А вообще я люблю очень Италию. Очень.

Антонян:

- Темпераментные мужчины?

Назарова:

- Да дело не в мужчинах, дело в стране, дело вообще в древней культуре. Мне так все нравится.

Антонян:

- То есть, Италия – ваша страна?

Назарова:

- Да. Нравится Сицилия очень. Я там несколько раз была и с удовольствием еще бы раз поехала.

Толстов:

- Александра Ивановна, совсем недавно прочитал, что вроде как в апреле художественный руководитель театра имени Ермоловой Олег Меньшиков уже?

Назарова:

- Да. Мы еще с ним никто не разговаривал. У нас 8 июня будет общее собрание театра, когда нам его официально представят. А так он ходил, смотрел спектакли. Но мы-то его многие знаем, потому что он работал в нашем театре. У нас был период, когда у нас работал Фокин Валерий Владимирович, кстати, ваш, ленинградский, он теперь в Александринке. Мой вообще любимый режиссер, мне он так нравится. И в этот момент и Олег Меньшиков у нас работал и играл замечательные роли, кстати.

Антонян:

- А вы с ним работали на одной сцене?

Назарова:

- Работала.

Антонян:

- Ну, мы не сомневаемся, что еще и вторые 50 лет вы в обязательном порядке разменяете в этом замечательном театре. В 1965 году Александра Ивановна Назарова продолжила свой творческий путь в театре имени Ермоловой и вот до сих пор так это и продолжается. Нам было очень приятно видеть вас в нашей студии…

Толстов:

- Александра Ивановна, спасибо большое, ждем вас в Петербурге, будем очень рады видеть вас. Долгих лет творческой жизни вам!

Назарова:

- Спасибо, дорогой! Привет моему любимому Питеру!