Звезды

Известный тележурналист, ведущий программы «Времена» Владимир Познер: скоро ли Америке придет кирдык?

- Повторю вопрос: нам как реагировать на попытки янки примерить мундир мирового жандарма? Спокойно взирать на происходящее со стороны? - Будем реалистами: от нас мало что зависит. И вообще: с точки зрения национальных интересов пора думать, как сделать привлекательной Россию, а не демонизировать Америку. Глупо отыгрываться на Штатах, из-за этого нас сильнее не полюбят.

(Окончание. Начало в номере за 11 апреля с. г.)

Пожарный случай

- Повторю вопрос: нам как реагировать на попытки янки примерить мундир мирового жандарма? Спокойно взирать на происходящее со стороны?

- Будем реалистами: от нас мало что зависит. И вообще: с точки зрения национальных интересов пора думать, как сделать привлекательной Россию, а не демонизировать Америку. Глупо отыгрываться на Штатах, из-за этого нас сильнее не полюбят. Убежден, если к мозгу среднестатистического жителя любой ведущей страны мира, будь то Англия, Франция, Германия или Япония, подсоединить прибор, фиксирующий реакцию на то или иное произнесенное слово, при упоминании России наверняка кривая эмоций совершит бурный скачок. Да, Россия по-прежнему вызывает шквал чувств. К сожалению, все еще отрицательных. Наша задача - сменить минус на плюс. Для этого, уверяю вас, нет необходимости огрызаться в сторону Америки или Запада вообще. Надо вести себя достойно. Есть понятие класса, которого нам зачастую не хватает. Мы бросаемся из крайности в крайность: то занимаем позу «Чего изволите?», то грозим всем волосатым кулаком. А где золотая середина?

- Хорошо. Как найти ее, когда американцы приходят в Центральную Азию и располагаются там по-хозяйски? Прикинуться, будто не заметили?

- Разве нас больше устраивала ситуация, когда из Средней Азии постоянно исходила угроза мусульманского фундаментализма? Да, сегодня пришли американцы. Но ведь не для того же, чтобы нападать на нас с юга, согласитесь?

- Кто их знает.

- Глупости! Будто у них больше дел нет, как кружными путями подбираться к России.

- Обкладывают. Вот уже и в Грузию гонцов заслали.

- В данном случае Россия сама виновата. Это же мы открыли американцам дверь в Закавказье. Ну кто заставлял нас портить отношения с Тбилиси?..

- А зачем янки на нас ракеты с ядерными боеголовками нацеливают?

- На всякий пожарный случай. Думаю, и наши ракеты на Штаты смотрят. На тот же самый пожарный случай.

- Ладно, а НАТО зачем к нам под бок двигают?

- Не они двигают. Это бывший восточный блок нас боится и спешит кинуться в объятия альянса. Поставьте себя на место эстонцев, латышей или чехов: при виде страшной глыбы, нависающей с Востока и способной раздавить тебя в любой момент, побежишь куда глаза глядят.

- А глядят они на Запад?

- Да, поскольку люди хотят чувствовать себя защищенными. Нам не нравится, что Россию по-прежнему держат за пугало, но мы сами поработали над столь славным образом. При этом та же Америка к России сейчас относится гораздо терпимее, чем раньше, на многие проколы готова не реагировать. Другое дело, что мы сами упорно продолжаем подставляться. К чему, скажите, было устраивать публичные разборки с телеканалами? Сначала скандал с НТВ, потом с ТВ-6... Американцы старались деликатно не вмешиваться в наши дела, но раз уж мы так просим... Нам достаточно мягко намекнули: мол, хорошо бы найти выход из сложившейся ситуации со свободой слова.

- Почему американцы этого выхода у себя не ищут? Или у них с этой самой свободой никаких проблем нет, Владимир Владимирович?

- Проблемы, конечно, есть. Надо лишь понимать, о чем идет речь. Я 6 лет проработал на американском телевидении...

- ...и с треском были изгнаны оттуда.

- Да, именно так.

- Об этом, пожалуйста, поподробнее.

- Мы делали программу с Филом Донахью. Замечу, что Донахью для Америки - величина. Меня там тоже знают, но Фил - звезда, круче не бывает. Так вот, два примера. В 1994 году США очень ругали Японию, которая, закрыв свой рынок для американских автомобилей, продолжала вовсю торговать собственными машинами в Штатах. Американцы сильно обижались и призывали чуть не объявить торговую войну Японии. Мы в передаче откликнулись на актуальную тему, но выступили с иной точкой зрения: мол, надо не японцев ругать, а свои машины делать лучше, тогда их и будут покупать - и здесь, и по другую сторону Тихого океана. Разве вина японцев, что их авто стоят меньше, ездят больше, ломаются реже? Высказались мы с Филом. А среди рекламодателей нашей программы был General Motors, который после эфира снял рекламу с канала. Нас вызвали к телебоссу, и тот, не особенно подбирая выражения, стал объяснять, какая глупость допущена. «Мы же из-за вас теряем деньги!» Я попытался заикнуться о свободе слова и услышал, что свобода - на улице, а здесь совсем иные правила. Когда наступило время продления нашего контракта, новый президент телесети, человек крайне правых взглядов, сказал, что подпишет бумаги при условии, что у него будет право вмешиваться в содержание программ. Мол, вы оба - известные либералы и леваки, за вами глаз да глаз нужен. Я снова открыл рот, стал говорить о цензуре. В этот раз ответ был еще более откровенным: мне плевать, как вы это назовете, здесь я - хозяин! Ничего не оставалось, как развести руками... Программа закрылась. Все! Дело провернули без шума и криков. Когда мы обратились к очень известному в Америке борцу за права потребителей Ральфу Нейдару и рассказали нашу историю, тот, дико возмутившись, позвонил крупнейшему телекритику прогрессивной, как считается, газеты Washington Post и предложил написать о случившемся. Журналист внимательно выслушал Ральфа, пообещал все сделать и... пропал, не захотел связываться.

- Ваш пример, понимаю, не единичен?

- Их тысячи! Вспомните войну в Персидском заливе. Вся информация о «Буре в пустыне» - подчеркиваю: вся! - шла только через военных. NBC отправляет стрингера, замечательного репортера Джона Альперта, в район боевых действий, он пробирается через линию фронта на иракскую территорию и снимает кадры о том, что суперумные американские бомбы иногда оказываются дурами и по ошибке попадают не в танковые колонны и казармы бойцов Хусейна, а в мирные кварталы и школы. Ничего страшного в этом репортаже не было, но его не пустили в эфир, а Альперта уволили с волчьим билетом! Его не брали ни на ABC, ни на CBS! Мы с Филом записали программу с этим несчастным стрингером, пригласив в студию и продюсера NBC News. И этот деятель, глядя на меня чистыми, незамутненными глазами, произнес: «Знаете, у нас возникли определенные финансовые трудности, мы больше не могли содержать стрингеров и расторгли с ними контракты». Я не выдержал и сказал: «Неужели мы с Филом похожи на идиотов?»

- Выходит, теперь Америка делает придурков из всего мира, когда учит нас свободу любить?

- Нет, свобода печати, обращаю ваше внимание, именно печати, в США есть.

- Но?..

- Но в пределах определенного коридора. Иногда он бывает пошире, сейчас, после 11 сентября, его границы существенно сузились, но в любом случае рамки дозволенного нарушать вам никто не позволит. Если попытаетесь пробить стену, головы не сносить. Вас быстренько поставят на место.

Всемирные придурки

- Уотергейтский скандал часто приводится в качестве некого мерила свободы слова. Мол, газетные публикации вынудили президента Никсона уйти в отставку - куда круче. Насколько, по-вашему, корректно это сравнение?

- Не вполне. Шум был поднят статьей в Washington Post. Потом появилось еще много публикаций. Прошло полтора года, пока президент США подвергся процедуре импичмента. К слову, и то, что касается первого материала... Безусловно, чтобы напечатать его, требовалось определенное мужество, но, смею предположить, издателем газеты госпожой Грэхем двигала не только гражданская позиция, но и чувство лютой ненависти к Никсону, который в свое время ее изрядно мутузил. То есть тут была примешана изрядная доля личных отношений. Да, Никсона добила Washington Post, но, возможно, без вендетты этот скандал вовсе не разгорелся бы.

Есть другие примеры. New York Times, понимая, что могут закрыть газету, все же опубликовала похищенные из Пентагона документы, касавшиеся войны во Вьетнаме. По сути, речь шла о разглашении государственной тайны, но редакция пошла на риск. Можно на основании этого факта говорить о независимости американской печати? В определенном смысле. Да, это New York Times, да, это колоссальные деньги и все же... Говоря, что существующий образ свободы прессы в США не соответствует реальности, надо не перегибать палку. Там есть четкие представления о журналистской этике, о том, что можно и чего нельзя. Но, повторяю, тенденция очевидна: все идет к ограничению свободы.

Надо учесть и то, что сейчас в Америке происходит стремительная концентрация средств массовой информации в одних руках, создаются огромные медиа-холдинги. Раньше было как? Существовал закон, который запрещал владельцу телевизионной станции, вещающей в том или ином городе, покупать там же газету. То есть право на информацию и ее распространение не должно было зависеть от воли одного-единственного человека. Теперь закон отменили, и крупнейшие корпорации владеют и телеканалами, и радиостанциями, и газетами. Кроме того, ведущие вещатели Америки - NBC, CBS и ABC - давно уже стали частью гигантских компаний, где главным является уже не собственно телевизионный продукт, а прибыль, полученная от эфира. На смену чистой информации приходит то, что в Америке называют infotainment, то есть симбиоз information и entertainment, информации и развлечения. ABC куплен компанией Disney, NBC - Time Warner, CBS приобрел Viacom. Строго говоря, это уже не журналистика, а нечто другое. В этой ситуации свобода высказывать независимое суждение по тому или иному поводу все более и более ограничивается. Газеты чувствуют себя более раскованно, но и там, повторяю, есть коридор дозволенного. Впрочем, такие коридоры для свободы слова существуют везде, в любой стране.

- Если сравнить российский и американский, чей, на ваш взгляд, будет просторнее?

- Когда речь идет о печатных СМИ, то в России, по-моему, нет особых ограничений. Порой, может, надо и власти волю проявить, а то уж совсем безответственные вещи случаются. В Америке все четко обозначено: это «желтая» пресса, это серьезная. У нас же по-прежнему каша, грани нередко стираются.

Что касается телевидения и политического вмешательства в него, то в США коридор, конечно, шире, хотя и влияние хозяина там ощущается острее. Например, Fox - четвертая национальная сеть в Америке. Ее возглавляет Руперт Мэрдок. Он не гнушается лично позвонить в студию, если ему не нравится какой-то материал, идущий в эфире. Это мне напоминает времена Гостелерадио СССР, когда им руководил Сергей Георгиевич Лапин. Он делал нечто похожее. И все же американцы более внутренне свободны, если можно так выразиться. У нас достаточно цыкнуть, чтобы сработал генетический рефлекс памяти, автоматически включающий самоцензуру. Это в русских традициях: обжегшись на молоке, дуть на воду.

Жажда мести

- С вами такое случалось, Владимир Владимирович?

- И не раз. Меня отстраняли от эфира, я оказывался в положении невыездного... Знаете, нужно было пройти через все это, чтобы сегодня уверенно говорить: я преодолел страх. Нет, на рожон не лезу, не рискую без меры, но и не подыгрываю никому, не подстраиваюсь. Конечно, у меня есть запас прочности, я не боюсь потерять место, поскольку за годы работы в Америке смог накопить денег. Всегда цитирую Евгения Евтушенко, у которого есть такие строки: «Сосед ученый Галилея, был Галилея не глупее. Он знал, что вертится Земля, но у него была семья...» К счастью, ради прокорма семьи мне не приходится врать. Если что-то перестанет меня устраивать на ОРТ, уйду. Могу сделать это тихо, а могу и громко. Допускаю, и по этой причине пока не было ни одной попытки на меня надавить.

- В профессиональном смысле вам где сегодня интереснее - в России или в США? Имея возможность поработать в Штатах, поехали бы туда сейчас?

- В американском эфире я не был с 1996 года. Это срок. Его хватило, чтобы найти себе занятие по душе в Москве. С программой «Времена» мы, кажется, попали точно в цель. Удалось бы нечто подобное сделать в США? Не факт. Страна меняется, чтобы работать на телевидении, надо постоянно чувствовать ее нерв.

- Америка ведь стала другой после 11 сентября?

- Подавляющее большинство населения страны жило в спокойной уверенности, что США недосягаемы для внешних врагов. Эта иллюзия разрушена - раз и навсегда. Да, патриотический подъем, да, звездно-полосатые флаги на каждом углу, да, готовность идти на жертвы ради победы над террором, но вместе с тем есть стойкое ощущение, будто из людей воздух выпустили. Особенно это чувствуется в Нью-Йорке. Город ведь для меня, можно сказать, родной. Травма нанесена глубочайшая. Не знаю, сколько понадобится времени, чтобы хоть как-то оправиться от пережитого. И еще очень важно, чтобы Америка поняла, почему случилось то, что случилось.

- Поймет?

- Не знаю. Пока она мстит, называя это войной с терроризмом. Вернее, даже так: власти США умело использовали в своих целях жажду мести, которой был преисполнен американский народ. Звучит кощунственно, но 11 сентября - подарок для той политики, которую хотел проводить Буш. Теперь у него развязаны руки, и он пытается одним махом решить все накопившиеся за последние годы проблемы. Правда, дальнейшее продвижение американского миропорядка будет наталкиваться на все большее сопротивление. Например, готов ли Вашингтон пренебречь мнением союзников и начать боевые действия против Саддама Хусейна? Ведь такой шаг не поддержат ни Германия, ни Франция, ни Россия. Будет ли Америка действовать в одиночку? Думаю, у нее хватит на это глупости. Упоение собственной силой может сыграть со Штатами злую шутку.

Я уже говорил, что невысокого мнения об интеллектуальном уровне нынешнего американского президента, но все же хочется верить, что он в состоянии услышать разумные слова. Надо ли нам произносить их? Да. Наряду с другими. Вразумление Буша или кого бы то ни было другого не должно входить в список приоритетных задач российской власти. По большому счету нам вообще на время забыть бы о существовании Америки. Зачем без конца оглядываться на Тома или Джона? У них своя жизнь, а у нас - своя. Кстати, именно так когда-то поступал Советский Союз. Я счастлив, что СССР больше нет, но надо признать: коммунисты смогли плюнуть на Запад, перестали на него равняться и занялись внутренними проблемами, строительством собственного государства. Вот и нам бы так сегодня. Не нужно пыжиться. Мы все время стараемся казаться больше, солиднее, весомее, чем есть на самом деле. Порой это выглядит смешно. Хемингуэй когда-то писал, что дураки существуют двух типов - летний и зимний. Первый заходит, и по нему сразу видно: дурень. А второй укутан в теплую одежду, во все эти шапки, шубы, сапоги. Но потом он разоблачается, и все понимают: и это дурак.

- Так мы, по-вашему, какие - летние или зимние?

- Надеюсь, не те и не другие, хотя временами напоминаем... Надо вести себя спокойно, достойно. Когда наведем дома порядок, тогда и вернемся к теме взаимоотношений с внешним миром, тогда и посоревнуемся, кто круче...