Общество

Умер писатель Георгий Вайнер. Глеб Жеглов и Володя Шарапов осиротели...

Скончался кумир нескольких поколений советских и российских читателей, автор "Место встречи изменить нельзя"

Братья Вайнеры… Звучит, как торговая марка, как название каких-нибудь поставщиков императорского двора. Впрочем, Георгий и Аркадий Александровичи и были поставщиками двора Его Величества Детектива. Товар у них был штучный – сложные психологические сюжеты, интеллектуальный поединок следователя с преступником, и даже противостояние жегловской принципиальности с шараповским гуманизмом. Хватало, конечно, стрельбы и погонь, ибо какой детектив обходится без них…

Но все же книги Вайнеров выгодно отличались от линейных милицейских романов. Возможно, поэтому их прозу столь часто экранизировали в советское время. Берясь за сценарий Вайнеров, режиссер мог быть уверен, что получится фильм умный и непростой, где и актеры могут развернуться со всем своим талантом, и зритель еще долго будет размышлять об увиденном.

Можно спорить, что было в их тандеме главным – милицейский опыт Аркадия, проработавшего несколько лет в уголовном розыске, или журналистское чутье Георгия, трудившегося корреспондентом ТАСС. Главное, что получалось на выходе – проза такого уровня, что ее уже трудно причислить к низкому детективному жанру. Настоящая литература… И эту планку Аркадий и Георгий Вайнеры успешно поддержали, ошеломив в конце 80-х страну своим романом о закате сталинской эпохе «Евангелие от палача», затронув запретную до этого тему «дела врачей»...

В 2005 году старшего из братьев - Аркадия Александровича - не стало. Георгий Александрович попытался один закончить продолжение романа «Эра милосердия», легшего в основу знаменитого фильма «Места встречи изменить нельзя», но не успел… Похоже, в одиночку этакую глыбу не своротить. Может, сейчас где-то на том свете Вайнеры, сидя за призрачной печатной машинкой, обсуждают очередной сюжетной поворот из жизни московской милиции. Милиции Жегловых и Шараповых, а не Евсюковых. А нам остались книги «Эра милосердия», «Город принял», «Лекарство против страха», «Петля и камень в зеленой траве», «Гонки по вертикали» и другие...

А значит, братья-детективщики никуда не ушли из нашей жизни. Каждый раз, когда на телеэкране Глеб Жеглов будет выцеливать грузовик с бандитами, а следователь Тихонов отправляться в длинный путь к Минотавру, мы снова будем воспоминать о Георгии и Аркадии Вайнерах. Место встречи с их творчеством изменить нельзя, можно выбрать лишь способ – телеэкран или томик на книжной полке...

Станислав Говорухин:

"С Аркадием мы сильно спорили, а с Жорой поругаться было невозможно!"

- Мы с Жорой не так много общались, как хотелось бы, - вспоминает режиссер легендарной картины "Место встречи изменить нельзя" Станислав Говорухин (фильм снят по роману братьев Вайнеров "Эра милосердия"). - Лет двадцать мы не виделись. Жора переехал в Америку, и наши пути разошлись (братья Вайнеры уехали из России в США в 1990-ом году. Георгий Вайнер возглавлял издание старейшей русскоязычной газеты Америки "Новое русское слово" - Ред.). - Нас связывает работа на картине "Место встречи изменить нельзя" и пара застолий. Помню первую встречу: мы с Высоцким приехали к Вайнерам договариваться о том, что я буду снимать этот фильм. А Володя хочет играть главную роль. Пообедали. Разумеется, Высоцкий их тут же устроил. И мы обо всем договорились.

Конечно, Жора был талантлив. Но все творческие вопросы, как-то уж так сложилось, решал в основном Аркадий. Жора был добродушным парнем. Этакий эпикуреец. Любитель хорошо поесть! Если на съемках катрины с Аркадием мы ругались, бывало, между нами шли жесткие споры. Особенно по финалу картины. Не буду уточнять. Потому что в итоге Вайнеры согласились с тем финалом, который увидел зритель. С Жорой поругаться было невозможно. Он по природе - добряк.

- Ходили разговоры, что братья Вайнеры были категорически против названия фильма. "Место встречи изменить нельзя" их категорически не устраивало. Актер Станислав Садальский, сыгравший карманника "Кирпича", утверждает, что братья-писатели даже свою фамилию из титров первоначально заменили на псевдонимом. И только после триумфа картины вписали ее обратно.

- Сейчас уже много небылиц вам будут рассказывать! Изначально я хотел назвать картину "Черная кошка". Но кто бы мне на тот момент это разрешил сделать?! А вообще, я никогда не мог понять этот феномен - как люди умудряются писать вдвоем?! Думаю, в авторском дуэте Вайнеров залогом успеха стал литературный талант обоих плюс милицейский опыт Аркадия Вайнера.

"Я - как улитка, таскаю свой дом на себе"

- Уильям Фолкнер сказал замечательные слова, что он никогда не описывал никаких ужасов и страстей человеческих ради одного лишь описания. Только урок, извлеченный из страданий других людей, поможет человечеству найти путь к светлой истине. И литература должна сыграть в этом главенствующую роль.

- Мы (с братом Аркадием Вайнером. - ред.) писали всегда только то, что нас действительно волновало. У творческой интеллигенции нет другой миссии в этой жизни, кроме одной: говорить правду, чего бы это ни стоило.

- Гглавное для нас сегодня - сохранение преемственности культур на стыке времен. Несправедливо было бы говорить о том, что вся советская культура была плоха и нуждается в «тотальной смене». Я глубоко убежден, что такие люди как Солженицын или Войнович - явления советской культуры и целиком принадлежат ей. Поэтому крушение этой культуры - общенациональная драма, сравнимая разве что с гибелью определенной цивилизации.

- Я - как улитка, таскаю свой дом на себе. Потому что человек, сформировавшийся в определенной культуре, в определенном историко-политическом социуме, - он «всегда дома». Тем более что мы отравлены этим сладким ядом пожизненно. Я заметил, что люди, уехавшие из России, - а я их встречал по всему свету, вплоть до Австралии, - всегда хранят в своей душе это удивительное ощущение Родины.

- Меня постоянно преследует чувство огромной досады, боли, огорчения недоумения - почему бытовая, социальная жизнь у нас не устроена так, как во всем мире? Может быть, ответ на этот иррациональный, бессмысленный вопрос и состоит в том, что у нас - особые традиции, особая история, особые отношения между людьми? Мы живем не так, как все. И никаких объективных причин того, почему мы нищенствуем, почему Россия, будучи самой богатой страной мира, живет в войне, раздоре и ненависти, - таких объективных причин не существует. Истоки этих бед в нас самих, в нашей нетерпимости, в неспособности к долгому, целенаправленному труду, в нашей поразительной необязательности, в неумении держать слово, добиваться поставленной цели.

- У нас все - вплоть до политического выбора - страдает отсутствием какой-то заранее обдуманной позиции. Сначала выбираем политического лидера, а потом начинаем раздумывать: того ли мы избрали? Почему он не делает то, что мы хотим?

- Когда приезжаешь в Россию и видишь весь этот разор и огромное горе, то невольно разводишь руками и думаешь: доколе? Почему? Ведь мы страна очень во многих отношениях - в географических, этнических и прочих, - похожая на Америку. Почему же мы не живем так, как она? Возможно, надо пройти еще через какой-то поток испытаний, страданий, потерь, лишений для того, чтобы научиться иной жизни. С другой стороны - народ претерпел столько, что уж куда дальше?

Сериалу по роману братьев Вайнеров на роду написана жизнь в веках

«Место встречи изменить нельзя» был, вероятно, последним великим телесериалом советской эпохи. Настоящее качественное зрительское кино (даром, что снятое для телеэкрана), которое с тех пор фатально разучились производить.

Напряженный приключенческий сюжет охоты милиции за бандой «Черная кошка», мастерски реализованный режиссером Говорухиным, накладывался на жанр, который американцы называют «мужским фильмом» и главное в котором - это отношения между персонажами, постоянное психологическая дуэль и «перетягивание каната».

Эти отношения были прекрасно выписаны братьями Вайнерами в романе «Эра милосердия», ставшем основой телесериала.

Режиссер Александр Атанесян о друге Георгии Вайнере: "Последние годы в Америке Жору называли Гуру"

Люди приходили к Вайнеру за житейским советом: стоит ли жениться, разводиться, менять работу

- Я продюсировал сериал по одному из последних романов Георгия Вайнера "Умножающий печаль". На самом деле Жора, при всей своей жизнерадостности, был внутри себя этаким библейским персонажем, живущим по правилу: познание умножает скорбь, - вспоминает режиссер фильма "Сволочи" и хороший приятель Вайнера Александр Атанесян. - Виделись мы последний раз два года назад. А говорили по телефону совсем недавно. Жора болел, но на эти темы говорить не любил. Он собирался в Москву. Должен был приехать. Да, он умел был веселым но публике. При этом оставался очень печальным внутри. По принципу: чем больше знаешь, тем больше внутри печали. А он о-очень много знал! О его мудрости ходили легенды. Последние годы в Нью-Йорке за глаза его называли Гуру. Наши соотечественники, те, кто имел шанс с ним общаться, приходили к Вайнеру советоваться по любому вопросу: жениться, разводиться, менять ли работу. Он давал невероятно точные комментарии. Имел свое мнение по поводу политических процессов как в России, так и в Америке. Удивительный человек! Про творческие советы я вообще молчу. К нему шли как на консультацию. Жена Георгия всегда была для него ангелом-хранителем.

- Георгий Александрович никогда не говорил вам, что сожалеет о переезде в Америку?

- Нет. Он ведь никогда не терял связь с Россией. А к Америке относился с точки зрения бытового комфорта, не более того. Ему было там удобно. И по климату, и по медицине (последние годы Вайнер пытался излечиться от онкологии - Ред.). И по праву на одиночество, которое он отстаивал много лет.

- Вы имеете ввиду - отстаивал право на публичное одиночество?

- Безусловно, семьи это не касалось. Касалось круга общения. Он любил людей. Но в России ему не хватало возможности сесть и сосредоточится. Слишком много общения. В Америке (Вайнер переехал сюда в 1990-ом году - Ред.) он много писал, много думал…

Писатель Сергей Устинов: Написать третий роман Георгию Вайнеру помешала болезньПисатель Сергей Устинов: Написать третий роман Георгию Вайнеру помешала болезньПисатель Сергей Устинов: Написать третий роман Георгию Вайнеру помешала болезнь

- Георгий Александрович боролся за жизнь до последнего. Он был чрезвычайно силен духом! Еще год назад мы, как всегда, ездили с ним отдыхать на Антигуа, Карибские острова.

Но было заметно, что физически он уже не так силен, - вспоминает Сергей Львович. Болезнь прогрессировала. На вопрос как дела, Вайнер обычно отвечал: "Да нормально!" "Но ведь не нормально же!" - говорил я ему. "А что жаловаться?!" - произносил Вайнер.

Это была его любимая фраза. И продолжал: "Пожалеть не пожалеют, а уважать перестанут".

"Я стараюсь не обременять Всевышнего мелкими просьбами""Я стараюсь не обременять Всевышнего мелкими просьбами""Я стараюсь не обременять Всевышнего мелкими просьбами"

В иммигрантской среде на смерть Георгия Вайнера откликнулись по-особенному, во многой степени еще и потому, что в ней он был известен еще и как пишущий журналист и редактор (в 1992-2001 г.г. Вайнер руководил одной из авторитетнейших на тот момент иммигрантских газет «Новое русского слово»).

- Это был человек жовиальный - умница, очень остроумный. Последний раз мы встречались в Нью-Йорке, в доме нашего друга, замечательного поэта Володи Друка, - поделилась с «КП» воспоминаниями израильская писательница Дина Рубина. – Самым серьезным своим произведением Георгий считал написанный в соавторстве с братом роман «Петля и камень в зеленой траве», посвященный еврейской теме в сталинском СССР. Книга имела особенный резонанс, особенно в иммигрантских кругах, в Израиле целые главы из нее печатали чуть ли не все газеты.

Вайнера похоронили по еврейским обычаям, до захода солнца, на кладбище Mount Moria (Fairview, NJ).

Георгий Александрович несколько раз бывал в Израиле, где живет один из его сыновей.

В свой последний приезд в Израиль Вайнер признался: «Я стараюсь не обременять Всевышнего мелкими просьбами. У меня всегда одна просьба: чтобы те, кого я люблю, были живы и здоровы, в мире и благополучии».

Господь услышал его молитву, ведь Вайнер ничего не просил для себя...

Израильский импресарио Шема Принц: "У Жоры был потрясающий потенциал дружбы"

- Третий день плачу и не могу вымолвить ни слова – столь велика потеря. У Жоры был потрясающий потенциал дружбы. Он приезжал на встречи со своими израильскими поклонниками в 2004 и в 2005 годах, останавливался у меня – ему было крайне важно жить на берегу моря или океана. Каждый раз рвался в Иерусалим, мы туда обязательно ездили. Помню, как-то раз встретили там кинорежиссера Роберта Стуруа, Жора очень был рад этой неожиданной встрече.

Мы познакомились с Жорой на Московской книжной ярмарке в 1988 году, я уже давно жила в Израиле. К иностранцам в СССР еще было «особое» отношение. После ярмарки мне нужно было ехать в Кишинев, и Вайнер вызвался подвезти меня к поезду. По дороге на вокзал он обнаружил за нами слежку, дал по газам и только одному ему известным маршрутом привез меня на какую-то товарную станцию, откуда прямо по рельсам провел до пути, на котором стоял мой поезд. В вагон мы поднялись не с перрона, а с обратной стороны. Начавшая было скандалить проводница узнала Жору, расплылась в улыбке, конечно же, получила книжку с автографом в подарок. Я попала в Кишинев без проблем. Были ли потом проблемы у Жоры – ведь по номеру машины легко было пробить данные водителя – он мне так никогда и не рассказал…

"Честных людей в поле зрения - как эритроцитов"

В Иерусалиме живет друг Георгия Александровича один из мэтров русского детектива Леонид Словин. Написанный им в соавторстве с Георгием Вайнером роман «На темной стороне Луны» включен в знаменитую «Черную серию» парижского издательства «Галимар». Их авторству принадлежит еще один детектив - «След черной рыбы».

- Я до сих пор не могу поверить в смерть Георгия. Он был моложе меня на 8 лет, и я всегда воспринимал его как младшего брата, никогда не допускал даже мысли, что Жора уйдет раньше меня. Последний раз мы разговаривали по телефону полтора месяца назад: я написал эссе «Билет для Вайнера», в котором рассказал об одной реальной истории, произошедшей с нами еще в советские времена. О том, как директор кинокартины, которая снималась по одному из наших произведений под Ташкентом, забыл заказать для Вайнера обратный авиабилет, и как этот билет в итоге удалось добыть. Я не должен был просить у Вайнера никакого разрешения на публикацию, но решил все-таки поставить его в известность. В конце разговора мы заговорили о таком понятии как честность. «Леня, - сказал Вайнер, - честных людей так мало! Как эритроцитов – два-три в поле зрения».

Режиссер, теле и радиоведущий Виктор Топаллер: "Все годы я гордился, что могу называть Вайнера Другом"Режиссер, теле и радиоведущий Виктор Топаллер: "Все годы я гордился, что могу называть Вайнера Другом"Режиссер, теле и радиоведущий Виктор Топаллер: "Все годы я гордился, что могу называть Вайнера Другом"

- Все годы я гордился, что могу называть Вайнера Другом. Подарок судьбы. Его теплый дом, «московская кухня», где хлопочет его любимая жена Шуня, а мы, как два шизофреника, «перепрыгиваем» с политики на кино, с литературы на анекдоты, с живописи еще черт знает на что!

И не можем наговориться. И когда под утро уезжаем, говорим с женой друг другу: «Боже, какое счастье, что есть Вайнеры!» И те же слова мы произносим, когда они уезжают от нас. Шуня за рулем, Жора улыбается и машет рукой.

Кончилось счастье. И вакуум этот невосполним...

Сергей Юрский: "Это был очень яркий человек"

Наш обозреватель Ольга Кучкина сообщила печальную новость Сергею Юрскому.

- Вы ведь его знали...

- Ах, как жаль! - сказал Юрский. - Но знаком с ним я не был.

- Как же так? Вы же снимались у него в фильме "Место встречи изменить нельзя"...

- Я снимался не у него, а у Станислава Говорухина, который в это время был с ним в ссоре... К несчастью. Я могу сказать, что это был очень яркий человек...