2015-02-04T07:15:33+03:00

«Золотая молодежь», гоняющая на автомобилях с риском для нас, остается безнаказанной

Ведущие и гости программы радио "Комсомольская правда" обсуждают то, что происходит на наших дорогах [расшифровка эфира]
Поделиться:
Комментарии: comments8
Изменить размер текста:

Гости - инструктор по контраварийному вождению, основательница стритрейсинга в России, телерадиоведущая Катя Каренина и руководитель общественного проекта «Обеспечение безопасности дорожного движения» Константин Витальевич Крохмаль.

Ведущие – Ринат Низамов и Елена Афонина.

Елена Афонина:

- Сегодня мы поговорим о том, что же происходит на наших дорогах. «Комсомолка» неоднократно писала о бесчинствах, которые творили на трассах в Свердловской области. В начале сентября мальчики-мажоры на трех черных иномарках с тюменскими номерами останавливали водителей, разбивали стекла машин, устраивали небольшой рэкет – тысяч 5 с водителя возьмут и едут дальше. Сейчас основные действующие лица задержаны, от суда они уйдут. Совсем недавно Audi TT сбила несколько машин, включая и автомобиль сопровождения Генерального прокурора России Юрия Чайки. За рулем оказался 23-летний студент дипломатической академии Георгий Бастанидис, известный как Гоша Грек. Молодого человека задержали, потом отпустили, но не явился в суд. Мировому судье была представлена справка, что нарушитель ПДД находится на лечении.

И еще одна громкая история, которая произошла в Кирове. В центре города 13-летний подросток, управляя автомобилем «Лада Калина», сбил на переходе трех пешеходов. По предварительным данным, подросток был пьян, но от уголовной ответственности он ушел – ему еще нет 16 лет.

Итак, мальчики-мажоры и vip-аварии. Вот эта «золотая молодежь», которая, как мы понимаем, от ответственности благополучно уходит. Собственно, почему это происходит? Можно ли привлечь все-таки их к ответственности?

Как вы думаете, этим людям закон не писан, или это уже норма нашей жизни и бороться с этим абсолютно бесполезно, каждый высокопоставленный родитель будет своего ребенка, что называется, как тигр или тигрица защищать.

Я - против!

00:00
00:00

Каренина:

- Мне кажется, любой родитель будет защищать своего ребенка, независимо от того, высокопоставленный он или нет. Здесь все-таки разговор идет о воспитании. Посмотрите, как мы водим автомобиль. Мы так же, наверное, ведем себя и в жизни. Видимо, этим людям не прививали с детства определенные навыки не только в вождении, но и в воспитании. Поэтому я бы не делила на то, что это зависит от статуса. Конечно, статус играет роль, дает больше вседозволенности. Но я считаю, что среднестатистический подросток не может себе даже «Ладу Приору» или «Ладу Калину» в 16 лет купить, не говоря о каких-то более современных автомобилях. Здесь, мне кажется, все идет от родителей. Я считаю, что, наверное, надо там копать.

Афонина:

- Что скажет Константин Крохмаль?

Крохмаль:

- У меня такое впечатление, что война у нас на дорогах ведется. Есть нападающая сторона, которая вероломно действует по каким-то законам, которые не писаны не только у нас в стране, но и вообще в мире. Как вы говорите, мальчики-мажоры – это определенный срез социального статуса, который позволяет делать все, что угодно на дорогах. Это класс вседозволенных товарищей, которые прекрасно понимают, что от ответственности они на 100% уйдут, что бы ни было. В любом случае при желании можно белое выдать за черное, черное - за белое. Все зависит от того, кто принимает решение. Дело в том, что если бы было волевое решение, если бы были приняты законы, которые обязывают в жесточайшем режиме соблюдать правила не только нас, обычных автолюбителей, но и тех, кто приближен к власти, то я думаю, что ситуация в корне изменилась бы.

Афонина:

- То есть вы считаете, что все дело в тех же самых мигалках, с которыми ездят их папы? Эта вседозволенность вас смущает или то, что эти ребята зачастую и права-то не получили? Впрочем, зачем им права? Понятно, и рядовые водители этим грешат. Зачем сдавать какие-то глупые экзамены, учить какие-то глупые правила дорожного движения, когда ты все равно ездишь так, как ты хочешь?

Крохмаль:

- Это люди, которые здесь нарушают правила, выезжая за рубеж, становятся достопочтимыми участниками дорожного движения. За исключением каких-то вызывающих, вопиющих случаев.

Афонина:

- Я напомню вам другую историю. В ночь на 20-е ноября прошлого года на трассе ЖеневаЛозанна четыре дорогостоящих автомобиля…Кто же из нас эту историю не знает? Опять получается, что 4 дорогостоящих автомобиля, не менее дорогостоящие владельцы этих автомобилей. И где в итоге они оказались, в тюрьме? Нет, что вы. Если мы говорим о таких случаях, это действительно, к сожалению, становится не исключением из правил, а правилом?

Низамов:

- Если говорить конкретно о последнем случае с Гошей Греком, я приведу несколько слов из интервью, которое нам дал его папа. Он абсолютно оправдывает своего сыночка, который, на всякий случай напомню, вылетел на встречную полосу движения. Слава богу, он никого не угробил, всего лишь поцарапал несколько машин из кортежа Генерального прокурора России. Отец говорит, что мой сын абсолютно никуда не спешил, ехал домой к маме, еще предупредил ее, что скоро будет, и попросил подогреть ужин. Живем мы на Сретенке, ему ехать всего 2 километра. Кстати, он тут же говорит, что эту «Ауди ТТ» он подарил 2 дня назад. При этом мы вспомнили случай с Екатеринбургом, где мальчики-мажоры ехали специально из Тюмени в Екатеринбург, в ближайший большой город, чтобы погонять. Родители у них – кто-то из дочернего предприятия «Транснефти», кто-то из известного банка.

Мне интересен такой момент. Если их родители ведут себя точно так же на дорогах, если их начальники, отцы гоняют с мигалками, выезжают на встречку, то почему тогда их детям нельзя точно так же вести себя на дорогах?

Каренина:

- Я с этого и начала наш разговор, что все это идет оттуда. Если папа все это делает, а ребенок смотрит на это все, естественно, он тоже хочет мигалку, и он тоже хочет погонять. И у него нет разницы, в Ниццу он поедет на «Феррари» или на «Ладе Приоре» прекрасной или каком-нибудь другом автомобиле въедет в Москве в кого-то.

Низамов:

- И при этом надо отметить, что это уже тенденция какая-то. Этот товарищ Грек буквально недавно закончил экономический факультет МГУ. Почему мы их вдруг называем «золотой молодежью», а не серебряной, не платиновой. Сейчас он уже в академии Министерства иностранных дел. Эти люди родились с ложкой во рту.

У меня вопрос Екатерине. Вы сами сказали, что простой студент не купит автомобиль. Даже стритрейсеры – это не дешевое удовольствие.

Каренина:

- Я занималась организацией стритрейсинга. Что касается представлять стритрейсеров, это некая субкультура людей, которые увлекаются определенными увлечениями, собираются в кучки и гоняются. Поэтому говорить о том, что всех равнять под стритрейсеров…

Низамов:

- Эти кучки гоняются. Скажите, это приличное занятие - цивилизованные гонки?

Каренина:

- Я не могу говорить, что оно приличное, если оно не является безопасным и не проходит на официальной трассе.

Афонина:

- Мне кажется, это все-таки более цивилизованный способ скоростного передвижения по дорогам. Тут еще можно при желании навести какой-то порядок. Мы сейчас говорим о тех, кому закон не писан. В принципе ведь родители отвечают за того же 13-летнего подростка. Вы наверняка помните, с какой горячностью его оправдывала мама, когда говорила, что нет, что вы, мой мальчик не мог сбить этих трех переходящих по «зебре» пешеходов по одной простой причине. Что это еще не доказано, что его машина сбила их насмерть. Может быть, это следующая, которая за ним ехала, по ним проехала, поэтому мой мальчик не виноват. То есть чудовищное оправдание.

Каренина:

- А история-то в чем? Ключи кто дал 13-летнему подростку? Или он с ключами родился?

Афонина:

- Машина принадлежала маме, и то, что он гонял, по сведениям одноклассников, не единожды на этой машине, плюс ко всему еще имелись сведения, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, - это уже вообще не обсуждается. То есть он неподсуден, потому что ему нет 16 лет. А как была наказана его мама, тоже сведений нет. Видимо, никак. Для этих молодые людей нет никаких границ, рамок, норм и пределов. Они изначально понимают, что уйдут безнаказанными.

Ринат:

- Помните историю с Александровским садом, где студент МГИМО катался? Товарища, по-моему, отчислили. Мне очень интересно касательно этого Бастанидиса. Продолжит ли он учиться в академии МИД РФ или нет? И сколько еще таких студентов, которые учатся в самых лучших российских вузах, которые представляют цвет высшего образования в России, могут позволять себе просто безобразно вести себя на дорогах только потому, что…

Афонина:

- В кого еще должен врезаться мальчик-мажор, чтобы все-таки его наказали? Есть ли возможности, не выходя за рамки закона, для того чтобы приструнить эту «золотую молодежь»? Что необходимо для того, чтобы этих людей привести в чувство, в рамки, в норму?

Крохмаль:

- Необходимо волевое решение и совесть. Не надо изобретать новых правил дорожного движения, наши хорошие, уже приближаются к европейским. Вся проблема состоит не в правилах дорожного движения, не в мажоры - не мажоры, кто папа, кто мама и т.д. Проблема состоит в том, что есть люди, к которым можно применить меры воздействия, когда они нарушают, а есть люди, которые от этого уходят в любом случае. Если сделать так, что любой человек, несмотря на паспорт, марку автомобиля, образование, кто он, сколько у него денег в кошельке, если все будут действовать по одному закону на дороге и не будет никаких поблажек…

Например, если чей-то сын на машине нарушил правила дорожного движения, папа здесь ни при чем. Если он не достиг возраста, тоже есть законы, которые привлекают к ответственности родителей и т.д. Любой человек должен получить то наказание, которое заслуживает. У чиновников должна быть ответственность гораздо больше, чем у обычного человека. Он наделен властью, значит, ответственность должна быть в разы больше. Надо ввести коэффициент ответственности чиновника, который поступает на пост. И этот коэффициент распространяется на маму, на папу, на всех родственников и т.д.

Низамов:

- Не только дети чиновников, но дети руководителей крупных нефтяных компаний, банков, да чего угодно. Я думаю, что если там будет ребенок ректора какого-нибудь вуза, какой-то большой организации, ничего не изменится, и ответственность останется той же. Завтра кто-то на улице опять заденет кортеж того или иного чиновника, мы опять об этом поговорим. Поговорим и успокоимся.

Крохмаль:

- Ринат, абсолютно правильно говорите. Несколько лет назад это вообще была закрытая тема. Сейчас чем больше мы говорим, тем больше мы даем импульс наверх, и тем больше мы тему поднимаем. Нужно доводить дело до суда. Можно говорить все, что угодно, но если человек нарушил, и если не довели до суда, надо обязательно поднимать общественность, радиостанции, газеты...Замалчивая это, мы потакаем.

Афонина:

- Мадам Савенкова по-прежнему, даже при всем влиянии общественности и СМИ, осталась практически безнаказанной.

У нас на телефонной связи экс-глава ГИБДД, ныне член Совета Федерации от Законодательного собрания Республики Карелия Владимир Александрович Федоров. Владимир Александрович, за время вашей службы много было случаев, когда дети высокопоставленных людей, чей доход гораздо выше среднего, уходили безнаказанными, совершая такие правонарушения?

Федоров:

- Если честно, то я таких случаев вообще не помню за 12 лет работы.

Афонина:

- Может быть, дела не возбуждались?

Федоров:

- Ну почему? Особенно в 90-е годы говорили и писали значительно свободнее, чем сегодня. Но я таких дел не помню, честно скажу.

Афонина:

- В 90-е годы, насколько мы понимаем, еще не было такого количества людей, как ныне, которые, мягко говоря, финансово выходят за определенные рамки. Точнее они были, но дети их еще не подросли до такой степени, чтобы ощущать себя классическими мажорами в нашем понимании.

Федоров:

- Хотя крутизны тоже хватало. Но каких-то случаев выдающихся, честно скажу, не было, чтобы кто-то за кого-то ходил, отмазывал, отмаливал и т.д.

Афонина:

- А как вы сейчас оцениваете ситуацию? Можно несколько историй сейчас вспомнить, когда дети-мажоры оставались безнаказанными. Закон для них неписан.

Федоров:

- Закон-то писан, другой вопрос, как его претворяют в жизнь. Та же мадам Савинкова. Я, например, считаю, что здесь суд абсолютно неправ. Но что делать, суд есть суд. Не знаю, пойдут ли дальше, я бы пошел.

Афонина:

- Владимир Александрович, вам как человеку, который прекрасно осведомлен, что все начинается с осмотра места аварии и составления правильного протокола, и кому как не вам знать, что если этот протокол исчезнет или будет изменен, то дальше уже можно вообще ничего не делать. В нескольких историях именно так и происходило. Вот здесь-то к кому должны быть вопросы? К родителям, которые сделали все, чтобы эти протоколы исчезли, или к сотрудникам ГИБДД, которые позволили этим протоколам исчезнуть?

Федоров:

- Если тяжкое происшествие, то выезжает не один сотрудник ГИБДД, а оперативно-следственная группа. И группой командует следователь. И, как правило, вопросы в основном идут к следователю. К ГИБДД, к сожалению, вопросов довольно много, но по части неграмотного заполнения или неполного отражения ситуации в схеме дорожно-транспортного происшествия. А в части того, что пропадали документы, - как правило, они уходят из следствия.

Низамов:

- К последней истории, где молодой 23-летний парень врезался в кортеж Генпрокурора Чайки. Примечательно, что в столичном управлении ГИБДД первое время упрямо замалчивали сам факт происшедшей аварии. Владимир Александрович, бывало такое, что вам хотя бы намекали на некое давление со стороны крупных чиновников, высокопоставленных начальников или бизнесменов, чьи дети, возможно, были замешаны в подобных историях? Почему столичная ГИБДД в данном случае пыталась как-то замять эту историю?

Федоров:

- В данном случае, видимо, была соответствующая команда из других правоохранительных органов, коль это был официальный кортеж, официальное сопровождение. Ведь ГИБДД сама по себе сопровождение не организует. Существует закон об охране. Если в соответствии с законом об охране господин Чайка велся ФСО, то и всю информацию дает в этом случае ФСО, а не Госавтоинспекция. Поэтому здесь я своих коллег понимаю целиком и полностью. А так, чтобы замалчивали… Нет, у нас служба гласная, открытая, мы всегда давали информацию о том, что касается нашей службы. Ни разу не было, чтобы кто-то зажимал рот.

Афонина:

- Дай бог, чтобы это было так. Теперь можем перейти к стритрейсингу, как к возможности этим самым мальчикам и девочкам-мажорам, но уже в разумных пределах, рамках и более-менее организованно погонять, получить тот же самый адреналин и все остальное, что они пытаются найти на столичных и прочих дорогах.

Низамов:

- Буквально на днях открывается новый сезон этих стритрейсеров, которые будут гонять по улицам столицы. Господа москвичи, сидите дома и лучше не высовывайтесь. Потому что очень страшно представить, сколько еще людей погибнет в этом году под колесами этих стритрейсеров. Напомню, на закрытии прошлого сезона в конце сентября прошлого года одна спортивная машина врезалась в толпу зрителей, и под колесами машины погиб один человек и шестеро были травмированы. Катерина, экс-глава ГИБДД говорит, что в 90-х такого не было. Вы, наоборот, говорите, что как раз тогда это все и начиналось.

Каренина:

- Я бы не усугубляла, говоря, сидите дома. Это создают не только стритрейсеры. Вы всех гребете под одну гребенку… Мне абсолютно все равно, как они называются, главное, чтобы они безопасно ездили.

Низамов:

- Но они не ездят безопасно, как мы видим. Почему мы их называем мальчиками-мажорами…

Каренина:

- У нас есть и девочки-мажоры. Как эту проблему уменьшить, как сделать, чтобы было больше безопасных водителей, как отправить всех в школы.

Низамов:

- Когда мальчики, девочки-мажорки, которые собираются на «мажорке» (это место на Воробьевых горах), и одни грызут семечки, другие гоняют после 12-ти. И пешеходам лучше в том районе не появляться.

Каренина:

- Мы полтора года пытаемся оттуда 15-ю экипажами ДПС все это разогнать, и ничего не получается.

Низамов:

- А пытаемся ли?

Каренина:

- Пытаемся. Приезжайте в субботу. Всех гоняют. У нас ничего не получается. Дело не в этом. Дело в культуре вождения и воспитании тех самых мальчиков и девочек изначально, чтобы они понимали и имели голову на плечах.

Низамов:

- Скажите, машина для того, чтобы гонять по огромному городу, или для того, чтобы ездить?

Каренина:

- Машина для того, чтобы передвигаться. А для того, чтобы гонять, есть специальные трассы.

Афонина:

- Ринат, 70% тех, кто позвонил нам по телефонам, за то, что нужно наказание изменять (видимо, ужесточать) для тех, кто является таким источником опасности. Ну а 30% считают, что закон и так хорош, изменять не нужно.

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также