Звезды8 июля 2014 2:00

Даже вдова двоюродного дяди может запретить издание великого произведения

Как потомки поэтов, писателей или композиторов распоряжаются творческим наследием своих предков
Дальняя наследница Исаака Дунаевского требовала $20 тысяч моральной компенсации за использование его музыки в киноремейке «Волги-Волги».

Дальняя наследница Исаака Дунаевского требовала $20 тысяч моральной компенсации за использование его музыки в киноремейке «Волги-Волги».

Интеллектуальная собственность передается по наследству или завещанию, как дома или бабушкино столовое серебро. И если новые обладатели бесценного имущества не хотят им делиться, насильно не заставишь - их защищает закон об авторском праве. «Комсомолка» решила понять, кто эти люди, которые решают почти что гамлетовский вопрос: быть или не быть творческому наследию гения? Бесстрастно положить его на полку или дать жизнь?

НУЖНО РАЗРЕШЕНИЕ ВСЕХ ПОТОМКОВ

- Несколько лет назад «Фирма Мелодия» была вынуждена отказаться от выпуска аудио­книги Шекспира в переводе Бориса Пастернака, - рассказала нам PR-директор ФГУП «Фирма Мелодия» Карина Абрамян. - Одна из наследниц поэта запросила очень большую сумму за разрешение на издание, и проект стал невыгодным. А всего наследников пятеро. Четверо из них передали свои права Агентству ФТМ (Фильм, театр, музыка. - Ред.). С ними удалось достичь разумного компромисса по стоимости лицензии. Проблемы возникли с Натальей Анисимовной Пастернак, вдовой младшего сына поэта, которая унаследовала права от своего мужа. Та же история повторилась с изданием произведений композитора Александра Локшина «Три симфонии и венгерская фантазия». Там тоже были переводы Пастернака.

Чтобы начать издание CD-диска, необходимо получить разрешение всех (!) наследников. И если между ними пробежала черная кошка, то на проекте, случается, ставим крест. К сожалению, так случилось с изданием записей известного советского музыканта Вагифа Мустафазаде. Он был одним из лучших пианистов мира. Успешный джазовый исполнитель, композитор, которого называли азербайджанским Диззи Гиллеспи. Он умер молодым, в 39 лет, его наследниками стали его мама, жена, дети... И когда мы решили выпустить пластинку с записями музыканта, то договориться со всеми наследниками нам не удалось. Впрочем, эта ситуация скорее следствие того, что согласия, как я поняла, в этой семье не было.

Наиболее комфортный для рекорд-компаний способ очистки авторских прав - через авторские общества и музыкальные издательства: РАО, ПМИ (Первое музыкальное издательство), НМИ (Новое музыкальное издательство) и другие. Там существуют четкие ставки на использование материала.

- Но не все правообладатели состоят в обществах...

- Поэтому и найти их бывает сложно, - говорит Карина Абрамян. - Единой базы не существует. Мало того что они состоят в разных авторских обществах, так еще и кочуют из одного в другое. Одно время мы не могли издавать Шостаковича, потому что вдова композитора изъяла права из управления РАО и мы не знали, где ее искать. Потом принадлежащие ей права обнаружились в специализированном музыкальном агентстве. Чтобы выпустить песни Исаака Дунаевского, даже в составе сборника, приходится договариваться со всеми его наследниками. А их немало, и все они хотят получить свою долю авторского вознаграждения. Однако платить непомерные суммы мы не можем, просто исходя из реалий рынка. Увы, не все понимают законы рынка, поэтому называют заоблачные цены.

Самая запутанная история вышла с наследством Сергея Прокофьева.После смерти композитора Московский городской суд объявил законными обеих его жен: и первую - Лину Ивановну Прокофьеву, и вторую - Миру Мендельсон. Право на получение авторских отчислений за исполнение музыки Прокофьева соответственно получили обе вдовы и сыновья Прокофьева Олег и Святослав. После смерти Миры Мендельсон все авторские достались Лине Ивановне. Потом она уехала из СССР в Лондон, где жил в то время ее младший сын Олег. Когда она умерла, ее права перешли сыновьям. Потом умер Олег Прокофьев. Его доля в наследстве досталась его детям, которых у него семеро. У старшего сына композитора Святослава тоже имеется сын Сергей. И теперь пойди найди всех внуков великого классика, чтобы издать заново его произведения.

РОДСТВЕННИКИ ОБИДЕЛИСЬ - ИМЯ ЗАБЫТО?

Несколько лет назад вышел ремейк легендарной советской комедии «Волга-Волга». В роли почтальонши Стрелки блеснул Влад Мамышев-Монро, тот самый экстравагантный художник, который утонул в бассейне отеля на Бали. Голову Влада приделали к туловищу Любови Орловой... Кому-то этот ремейк показался смешным, кто-то возмущался. Наследники режиссера Григория Александрова умерли и не могли предъявить претензий к автору новой версии. Зато обиделись на режиссера Андрея Сильвестрова наследники Исаака Дунаевского, чья музыка звучит в оригинальном фильме. Для ремейка написали ее современный вариант. В результате потомки композитора потребовали компенсации за моральные страдания в размере 20 тысяч долларов. Мы позвонили режиссеру Андрею Сильвестрову, чтобы узнать, чем закончилась скандальная история.

- Мы не договорились по деньгам, - признался режиссер. - Сумма в $20 тысяч, на мой взгляд, неадекватная. Музыку Дунаевского мы переработали, и она звучала совершенно иначе. Кроме того, это был некоммерческий проект, мы не получили прибыли, все работали на энтузиазме. Но что больше всего меня удивило - инициатором иска была не то племянница композитора, не то вдова его старшего сына. Прямой наследник Максим Дунаевский претензий к нам не предъявлял.

Проблемы с родственниками возникают не только в кино. Когда Большой театр сделал попытку возродить балет Касьяна Голейзовского «Скрябиниана», наследники хореографа заявили, что искажен его творческий замысел. Им не понравилась не только драматургия, но и костюмы, сшитые по эскизам Рустама Хамдамова. Внучка балетмейстера Флена Голейзовская грозилась подать иск, оценив свои претензии к театру в 5 миллионов рублей. И никакие доводы про интерпретацию не помогали. Проект свернули. И кто в этой истории проиграл? Касьян Голейзовский, о котором просто забыли.

Сыновья Сергея Прокофьева Олег (слева) и Святослав родили композитору (справа) восемь внуков. У них тоже родились дети. И теперь, чтобы переиздать произведения Прокофьева, нужно получить согласие всех потомков.

Фото: РИА Новости

КСТАТИ

Два года назад Издательский дом «Комсомольская правда» начал выпускать коллекцию «Великие поэты». Помимо классиков Пушкина, Лермонтова, Тютчева, мы решили опубликовать стихи наших современников. И неожиданно споткнулись на томе Иосифа Бродского. Фонд по управлению наследственным имуществом поэта отказал нам в издании книги нобелевского лауреата. Представитель фонда Алексей Гринбаум объяснил отказ тем, что в России он работает с «определенным кругом издательств» и «Комсомолка» в этот близкий круг не входит. Стали выяснять, в чем дело. Оказалось, в списке «отказников», увы, не мы первые. Говорят, что причина многих отказов заключается в том, что руководители фонда - они живут в Нью-Йорке - недолюбливают Россию. И из-за личных антипатий менеджеров жители нашей страны, скажем прямо, основные читатели поэзии Бродского, остаются без книг любимого поэта.

ЦИФРЫ

Правообладатели получают немалые авторские отчисления. Например, в театре драматургу или его наследникам платят от 4 до 10% от выручки, полученной от продажи билетов. Общие отчисления (драматургу, художнику по костюмам, сценографу, переводчику, если пьеса зарубежная, иногда режиссеру, композитору) могут доходить до 20%. Особенно почему-то выгодно ставить оперные спектакли. Авторские там платят самые большие.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Ирина Тулубьева, управляющий партнер юридической компании по защите интеллектуальной собственности "Тулубьева, Осипов и партнеры":

«Закону все равно: наследуете вы гараж или авторское право»

- Ирина Юрьевна, не кажется ли вам позиция несговорчивых наследников - преступлением против талантливого автора и целой армии читателей?

- Нет, не кажется. Авторское право регулируется законодательством. Увы, но в законе нет различий между наследованием интеллектуальной собственности и общим порядком наследования имущества - квартиры, машины, ковра или гаража. Установленный срок правовой охраны: вся жизнь автора и не менее 70 лет после его смерти, потому как считается, что минимум два поколения наследников должны насладиться плодами его творчества. Самые ревностные правообладатели - чаще всего жены. Реже - дети. Хотя наследником по завещанию может стать лицо, вообще не являющееся родственником. Например, сиделка или аферисты, которые часто вьются рядом с одинокими людьми. В течение срока правовой охраны наследники могут меняться, от прямых родственников права могут переходить к дальним. Например, у Венедикта Ерофеева наследницей стала невестка. Человек не разбирался в творчестве писателя, а стал чуть ли не крупнейшим специалистом по Ерофееву. Например, у Венедикта Ерофеева наследницей стала невестка. Человек изначально не был специалистом в творчестве писателя, а стал чуть ли не крупнейшим специалистом по Ерофееву.

- Но как быть, если творчество автора – фактически народное достояние, а, допустим, наследник отказывает в разрешении на публикацию?

- Надавить на правообладателей - невозможно. Закон для всех един. Благо, большинство обладателей прав на творчество великих и талантливых людей все-таки стараются подходить к вопросу разумно: и с выгодой, и с пользой. Например, если автора активно публикуют за рубежом, на территории России публикация может быть ему невыгодна, а может быть и в принципе запрещена по эксклюзивному договору с западной компанией.

Нужно разбираться. Мои друзья, наследники Беллы Ахмадулиной, например, жалуются, что издательства порой подходят к работе неаккуратно, публикуют стихи с большим количеством ошибок. Но это частности.

То, что не всегда получается договориться с наследниками - исключительно человеческий фактор. Нужно уговаривать. Искать аргументы. Благодаря личному контакту можно добиться потрясающих результатов. Гораздо сложнее, когда авторскими правами обладают не частные лица, а фонды. Если наследника рано или поздно можно разжалобить, то юридическое лицо - фактически невозможно.

Записала Раиса МУРАШКИНА.