2016-08-24T02:15:51+03:00

Разговоры в кабине пилотов разбившегося самолета Качиньского: Что это? Пивко!

Дополнительные расшифровки записей "черных ящиков" показали, что там были посторонние, выпивка и конфликты
Поделиться:
Комментарии: comments9
В канун пятой годовщины гибели самолета президента Польши Леха Качиньского под Смоленском появились подробности страшной авиакатастрофы, унесшей жизни 96 человеВ канун пятой годовщины гибели самолета президента Польши Леха Качиньского под Смоленском появились подробности страшной авиакатастрофы, унесшей жизни 96 человеФото: Илья ДЕМЕНТЬЕВ
Изменить размер текста:

В пятую годовщину гибели самолета президента Польши Леха КачиньскогоP { margin-bottom: 0.21cm; }под Смоленском появились подробности страшной авиакатастрофы, унесшей жизни 96 человек. «Комсомолка» уже писала, что польские следователи в феврале 2014 года летали в Москву сделать еще одну копию записей «черных ящиков» с помощью других технологий. Это позволило расшифровать новые фрагменты записи, которые подтверждают: в кабине пилотов до последнего находился главком ВВС Польши Анджей Бласик, настаивавший на посадке именно в окутанном туманом Смоленске.

- Это факт, мы должны это сделать, до конца! - давил генерал на пилотов.

- Поместишься. Смело, - говорил он уже на высоте 300 метров над землей.

Помимо этого широкоцитируемого куска польская радиостанция RMF FM в апреле опубликовала и другие выдержки из стенограммы, описывающих последние минуты жизни президентского борта номер один.

ПИВО В КАБИНЕ

Магнитофон регистрирует приглушенные голоса посторонних:

- Что это?

- Пивко. А ты не пьешь?

- А у нас есть топливо до двадцати? — спрашивает немного громче бортинженер.

- Есть, — отвечают ему.

«КОГДА ТОРЖЕСТВА?»

- Десять часов — и туман? — удивляется метеоусловиям второй пилот.

- У тебя тут, *****, приближение. Есть ли визуальный контакт, они не понимают этого вообще, — отвечает штурман.

- Что, *****? — говорит неидентифицированный человек.

- Когда начинаются эти торжества? — спрашивает штурман.

- Через час? — отвечающий не уверен в том, что говорит.

- Не знаю, но если мы не спустимся до минимума, эти рыбки не прыгнут, — частично непонятное высказывание командира самолета. (В рубрике «заметки» эксперты добавляют: «нервозность в голосе, легкое заикание»).

«У НАС НЕТ ВРЕМЕНИ»

Микрофоны в кабине регистрируют слова стюардессы Баси.

- Выпьешь?

- Даааа, — отвечает кто-то, названный «третьим лицом».

Командир передает информацию в кабину об условиях полета.

- Бася! — вызывает он главу персонала.— Выглядит не очень, появился туман. Неизвестно, приземлимся ли мы!

- Да? — удивляется женщина. Они не успеют, — говорит она.

- Sorry! — отвечает командир.

- Они должны там быть! — утверждает Бася или кто-то из посторонних.

- А если мы не приземлимся, тогда что? — спрашивает посторонний голос.

- Команды нет, — обращает внимание голос «третьего лица», записанный немного тише.

- Тогда уйдем, — отвечает второй пилот.

- Подождем полчаса. У нас нет времени, — добавляет капитан.

- Жарко будет! — говорит позднее штурман. Заметка к этому высказыванию объясняет: «в смысле, что будет горячая обстановка».

- Этого нельзя простить, — неясно утверждает второй пилот, после чего звучит не приписанное никому высказывание, которое может иметь связь с более ранним замечанием об отсутствии команды.

- С этим Яком я бы вернулся.

ПОСТОРОННИЕ В КАБИНЕ

Третьи лица и шум в кабине. На протяжении всей последней фазы полета в кабине звучат призывы к третьим лицам соблюдать тишину. Слышно слабое «Тихо там».

В кабине пилотов впервые появляется присутствующий до конца полета предположительно главнокомандующий ВВС Польши. Голос дважды спрашивает штурмана, говорит ли тот по-английски. Летчик отвечает «Так точно».

Экипаж ведет разговор с пилотами Як-40, который приземлился в Смоленске. Сообщение о нахождении облаков на высоте 50 метров и видимости в 400 метров вызывает беспокойство.

В кабине звучит вопрос:

- У них было так же?

- Нет, у них получилось, — отвечает второй пилот.

- Видишь! — отмечает «третье лицо».

«БУДЕМ ПЫТАТЬСЯ, ПОКА НЕ ПОЛУЧИТСЯ»

Разговор командира самолета с главой протокольной службы:

- Господин директор, появился туман, — говорит капитан, — При таких условиях мы не сможем приземлиться. Попробуем подойти, сделаем один подход, но, скорее всего, ничего из этого не получится. Следовательно, прошу обдумать, что будем делать дальше.

- Будем пытаться, пока не получится, — отвечает глава протокола.

- Нам бензина не хватит до тех пор, пока не получится, — говорит капитан самолета.

- Значит, у нас проблема! — констатирует дипломат.

- Можем полчаса повисеть и уходим на второй запасной, — предлагает командир.

- Какой запасной? — спрашивает неидентифицированное «третье лицо».

- Минск или Витебск, — отвечает капитан.

- Тогда, может, в Минск, — говорит тот же человек, который спрашивал про второй запасной.

- Господин директор, давайте вернёмся, — слышен женский голос.

«ЗНАЧИТ, БУХ...»

Во время подготовки к подходу в сложных условиях микрофоны в кабине регистрируют:

- Пошел, *****, отсюда!

- Да.

- Иди, *****.

- Спроси Артура (из экипажа Як-40), плотные ли тучи, — просит капитан.

Второй пилот докладывает, что плотность облаков составляет 400-500 метров.

- Такая плотность?! — спрашивает штурман. В заметках приписано «удивленно».

- Ну такая! — подтверждает второй пилот.

- Это издевательство! — утверждает кто-то, после чего второй пилот выходит на связь вновь и проверяет данные.

- Судя по тому, как было у нас, на 500 метрах мы были над облаками, — отвечает Як-40.

- Значит, бух, — констатирует бортинженер.

P.S. Главная военная прокуратура Польши заявила, что к журналистам документы попали незаконно и обвинили их в неточностях. И в итоге уже сама обнародовала записи на 200 страницах, чтобы «прервать спекуляции и объяснить недоговорки». Документы на польском языке можно посмотреть на официальном сайте прокуратуры.

«В кабине самолета, без сомнения, находились третьи лица. Уверенно можно заявить, что некоторые фразы принадлежат директору Мариушу Казане - главе дипломатического протокола МИД Польши. Нельзя исключить, что неидентифицированный голос, в конце полета произнесший фразу «сто метров», принадлежит генералу Анджею Бласику или иному лицу с похожим голосом. Другие неопознанные высказывания с большой долей вероятности не принадлежат экипажу», - говорится, в частности, в заключении на сайте прокуратуры.

ЕСТЬ МНЕНИЕ

Пляски страха на костях

Почему к очередной годовщине авиакатастрофы под Смоленском в Польше начался новый приступ антироссийской истерии?

Ровно пять лет назад, 10 апреля 2010 года, Ту-154 с президентом Польши Лехом Качиньским, его супругой и еще 86-ю ВИП-персонами на борту рухнул, не дотянув несколько сотен метров до взлетно-посадочной полосы аэродрома «Смоленск-Северный». Все пассажиры и члены экипажа (общим числом 96 человек) погибли. (подробности)

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Авиакатастрофа под Смоленском»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также