Общество5 мая 2015 1:00

Философ, политолог Александр Ципко: Перестроить страну по китайскому пути нам помешала интеллигенция

30 лет назад, весной 1985-го, генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев провозгласил в СССР перестройку. Как она готовилась и почему вылилась в развал страны, «Комсомолке» рассказал один из ее «сценаристов»
Перестройку люди приняли за победу настоящего социализма - с человеческим лицом.

Перестройку люди приняли за победу настоящего социализма - с человеческим лицом.

Фото: ТАСС

«РАЗВЕНЧИВАЯ СТАЛИНА, УБРАЛИ СКРЕПЫ СТРАНЫ»

- Александр Сергеевич, вы во время перестройки работали в ЦК. А ее можно было вообще не начинать?

- О перестройке часто не понимают главного - она не появилась из ниоткуда, Горбачев ничего не выдумал.

Перестройка сидела в сознании советской интеллигенции, которая желала довести хрущевскую десталинизацию до конца. Идея гласности, демократизации, раскрытия правды о репрессиях жила в партии. Философски говоря, речь шла о восстановлении морального подхода к истории.

Кроме того, люди просто устали. Есть у философа Степуна воспоминания, как Сергей Есенин по вечерам ездил с приятелем из ЧК смотреть на расстрелы. А после они ехали пить. Степун писал, что так в России долго не может продолжаться. Что большевики заливают этот ужас водкой, но система, основанная на эффективности работы ЧК-КГБ в будущем обречена. Она противоестественна и рано или поздно даст трещину. Система устает, люди становятся гуманнее, умнее, что ли… К тому же большевики боролись с тем, что дорого русскому человеку, - они пытались уничтожить крестьянство, Церковь. И все философы, от Ильина до Бердяева, понимали, что рано или поздно наверху появится человек, который будет понимать аморальность системы. Что наступит день, когда придет к власти тот, кто все изменит.

А так как система централизованная (в ней все смотрят на лидера как на Бога), она крайне уязвима. Ведь когда «Бог» что-то решает - остальные молчат. У нас после Беловежских соглашений, когда распался СССР, никто не вышел на улицу. Потому как наверху решили - значит, правильно.

- То есть Горбачев стал антихристом для СССР? Он должен был появиться - и появился…

- Мы смотрим с точки зрения распада СССР. А это нечестно. Конечно, когда все произошло, можно назвать Горбачева антихристом. Но мы тогда, во времена начала перестройки, этого не знали… Впрочем (задумывается), это действительно загадка.

Как объяснить, почему люди совсем неглупые, прекрасно знающие, что система держится на ограничениях - цензуре, руководящей роли КПСС, железном занавесе, выездных комиссиях, - не понимали до конца, что будет дальше? Ведь, требуя десталинизации, они убирали скрепы системы. То есть, с одной стороны, они верили в социализм, а с другой - мечтали о его разрушении.

- А какой был выход?

- Мы тогда жили иллюзиями, что систему можно изменить. Перед приходом Горбачева соперничали две идеологии - одну отстаивал член ЦК Ричард Косолапов, призывавший не сворачивать с пути строительства коммунизма. И была другая идеология - используя опыт Дэн Сяопина, стран Восточной Европы, уходить от идеологической оценки эффективности к экономической. Вводить семейный подряд, либерализировать рынок…

Тогда, конечно, у нас было «загнанное» сознание - мы, честно говоря, от всего устали - от железных занавесов, идиотских ограничений, а рядом - руку протяни - пример Восточной Европы, где вроде и социализм сохранили, и жили намного лучше. Правда, я тогда не знал (мне потом рассказали в ЦК КПСС), что они жили лучше, потому что мы потратили на них 200 миллиардов долларов.

«ЕСЛИ БЫ Я ЗНАЛ, ЧЕМ КОНЧИТСЯ, НИКОГДА БЫ НЕ НАЧАЛ ЭТО!»

- И Горбачев не устоял перед искушением…

- На мировоззрение Горбачева сильно повлияла его супруга. Ведь будущий генсек оказался в одной компании с друзьями Раисы Максимовны - Левадой, Грушиным, Мамардашвили. Они жили на Стромынке, и бывший комбайнер Горбачев приходил к ним, сидел и слушал этих философов-диссидентов, рассуждающих о возможности построить «социализм с человеческим лицом».

Я больше скажу - мы и «пражскую весну» так породили. Ведь лидер Чехии Дубчек был одним из наследников идей ХХ съезда, и той же веры, что социализм совместим с демократией.

Кроме того, так получилось, что и я немного способствовал началу перестройки.

- То есть?

- В Польше я защитил диссертацию и на ее основе написал книгу, которую в СССР сначала опубликовали (в 1983-м), а потом запретили и чуть не исключили меня из партии. Там не было ничего антисоветского - хитро опираясь на труды Ленина о кооперации, я говорил о том же, что думали в партии многие, - о восточноевропейском опыте, о семейном подряде…

Тут заболел генсек КПСС Черненко, и один из умных людей, соперничавших с консервативным лагерем Косолапова, предложил: давай я передам книгу главному. На хозяйстве тогда был Горбачев. Александр Яковлев (кстати, будучи убежденным антикоммунистом, он был заведующим отделом пропаганды ЦК КПСС, что было абсолютно в духе времени) потом рассказывал. Еще до своего назначения Горбачев сказал: «Прочитал книгу Ципко, надо взять эту концепцию на будущее».

- То есть Горбачев с вашей книги взял перестройку?

- (Пожимает плечами.) Ну да. Но поймите - в партии эти идеи висели в воздухе!

- А вы не жалеете сейчас, что вы написали эту книгу?

- Нет. Система была противоестественной для человека. (задумывается). Но если бы я знал, что будет в 90-е…

- И сколько людей погибло. Сколько не родилось…

- (Мрачнеет.) Я бы никогда не пошел на это. Но поймите - у нас была психология подпольщика. Точно такая же, какая была у большевиков. Ненависть к самодержавию у них была настолько сильна, что они ни черта не думали, чем обернутся для страны их идеалы.

Но, с другой стороны (что еще страшнее), выяснилось, что наши иллюзии о возможности демократизации социализма были чистой утопией. Оказалось, что даже кооперацию у нас нельзя было вводить, не разрушая систему.

Потому что как только появились кооператоры, то следом пришли ходорковские…

Чем в большие трудности перестройка ввергала СССР,тем громче рукоплескали  ей на Западе. На фото - британский премьер Маргарет Тэтчер носила прозвище Железная леди, но к Михаилу Горбачеву  и его супруге Раисе Максимовне она была необычайно благожелательна

Чем в большие трудности перестройка ввергала СССР,тем громче рукоплескали ей на Западе. На фото - британский премьер Маргарет Тэтчер носила прозвище Железная леди, но к Михаилу Горбачеву и его супруге Раисе Максимовне она была необычайно благожелательна

Фото: ТАСС

«ПОЧЕМУ ГОРБАЧЕВ НЕ ВИДЕЛ ДРУГИХ ВАРИАНТОВ?»

- Но почему Горбачеву было не пойти по китайскому пути?

- Китайцы ничего не реформировали. Они просто сохранили советскую административно-командную систему в политике, а рядом построили капитализм. У нас же такое невозможно. В Китае интеллигенция никогда не играла особой роли. Мы же за годы советской власти создали 10 - 15-миллионную армию интеллигентов, которые хотели европейских свобод.

Конечно, в партии готовы были к реформам - я читал лекции об ошибках Маркса перед аппаратом ЦК КПСС в 1989 году, и все были со мной согласны. Мы могли еще cохранить страну, сохранить партию, делая акцент не на идеологию, а на историю, национальные традиции, о чем писал еще философ Ильин.

Не нужно было распускать КПСС, а его аппарат следовало использовать в реформах - ведь советская номенклатура умственно и практически была намного сильнее, чем революционеры-либералы. Что и доказала история - губернаторами становились первые секретари обкомов вроде Эдуарда Росселя или Егора Строева. Нельзя было менять легитимность власти с помощью Первого съезда народных депутатов, что было идеей помощника Горбачева Георгия Шахназарова. Помню, Шахназаров в 1988 году надиктовал мне письмо в Политбюро о необходимости системной оппозиции в Польше. В итоге именно эта записка позволила «Солидарности» взять власть.

- Но почему Горбачев не видел других вариантов?

- Думаю, все это связано со страхами Горбачева не совладать со своим аппаратом. Он искал новую поддержку…

Горбачев не подходил на роль руководителя страны еще по одной причине - из-за своих моральных качеств. Управлять Россией и бояться крови невозможно. России всегда нужен человек, который готов стрелять.

Но даже если бы вместо Горбачева появился другой, старая система не смогла бы продержаться долго. Может быть, лет 15.

- А дальше?

- А дальше надо говорить об экономических причинах перестройки. Возьмем сельское хозяйство. Брежнев очень любил крестьян - он потратил на подъем сельского хозяйства 215 миллиардов рублей. И что из этого вышло? Ничего. 30 процентов урожая как погибало, так и продолжало погибать. Подсобные хозяйства как давали 25 процентов урожая, так и давали. Как мы закупали зерно за границей, так и закупали. То есть был выбор - или осознанно идти на общенациональный голод в будущем, или сворачивать военные программы. Ведь вся эта политка разрядки, мирного сосуществования были именно ради облегчения экономики.

«НАРОДУ ДОСТАТОЧНО БЫЛО БЫ УБРАТЬ ДЕФИЦИТ»

- Почему большинство русских презрительно относится к апрельским тезисам Горбачева? Они же так получили свободу.

- Перестройка не была мечтой всего народа. Для большинства достаточно было убрать глупости вроде запрета на торговлю или дефицит. Свобода передвижения, гласность интересовали народ слабо (не зря 80 процентов россиян до сих пор не имеет загранпаспортов). Сейчас в России, где привыкли пользоваться благами перестройки, сильны антизападные настроения. Поэтому идеи о строительстве единого европейского дома не работают. Пришло осознание, что цивилизационно мы пока не можем догнать Запад - ни по производительности труда, ни по качеству жизни, ни по уровню медицины. Из-за чего, как ни парадоксально, антизападные настроения еще и скрывают правду - кто мы есть.

Перестройка Горбачева в истории России - это попытка наконец-то подкрепить внешнее величие внутренним. Чтобы люди жили хорошо, свободно, достойно. Конечно, это было утопией. И сейчас мы возвращаемся к прежней России, для которой главное, чтобы ее уважали и даже побаивались. Мы возвращаемся в Россию Победоносцева и Леонтьева с его известной фразой - «Хотите великую Россию? Тогда не критикуйте крепостное право».

Я иногда говорю Горбачеву, а он обижается: перестройка - это неосознанная запоздалая контрреволюция. По сути, дело Деникина. Но остается вопрос: можно ли спустя четыре поколения вернуться в Европу, в абсолютно европейскую дореволюционную Россию? Пока не получается.

Политолог Александр Ципко.

Политолог Александр Ципко.

Фото: Михаил ФРОЛОВ

МНЕНИЕ СОВРЕМЕННИКА

Публицист Сергей ДОРЕНКО: Страна нуждалась в своем Дэн Сяопине, а получила Горбачева

- Смысл перестройки заключался в том, что Горбачев бросил вожжи. Он ничего не придумывал и абсолютно ничего ни делал - он просто позволял вещам происходить. Он был не делателем. А созерцателем.

Да, он очень мило общался с прессой, он любил, чтобы им восторгались. Да, он думал, что иного пути нет…

Конечно, Горбачев, объявляя перестройку, понимал, что СССР буксует. На апрельском пленуме 1985-го он заявил, что страна к 2000 году может стать второразрядной, и его слова оказались пророческими. Он говорил, что надо что-то делать, чтобы этого не случилось. Что необходимо ускорение…

Но способ реформ был выбран глупый. Китай сумел пройти через них без перестроечных кошмаров, Китай сохранил страну. А Горбачев СССР просто потерял!

Поэтому к нему и его апрельским тезисам отношение народа и в будущем будет ясным и четким - в то время когда стране нужен был лидер как Дэн Сяопин, к власти пришел беспомощный человек Горбачев. Это огромное несчастье, обернувшееся гибелью страны.