Интересное

Максим Сурайкин: С чем идут на выборы «Коммунисты России»

Эфир программы «Госдума-2016: перезагрузка» на Радио «Комсомольская правда»

Яковлев:

- Добрый вечер. Как вы понимаете из названия нашей программы, в центре нашего внимания – предстоящие выборы в Государственную думу, до которых осталось совсем немного. В гостях у нас сегодня председатель ЦК Коммунистической партии «Коммунисты России» Максим Сурайкин. Максим Александрович, спасибо большое, что пришли сегодня к нам в гости.

Сурайкин:

- Добрый вечер.

Карманов:

- Сегодня у нас интереснейший, я думаю, будет эфир, потому что у меня в руках визитка Максима Сурайкина, она абсолютно красного цвета, на ней написано «товарищ Максим», а сам «товарищ Максим» в красном галстуке, передо мной программа «Коммунистическая партия», декларирующая построение коммунизма на всей земле и у нас на самом деле сегодня много вопросов. Первый вопрос, конечно, от меня и от слушателей – чем «Коммунисты России» отличаются от КПРФ?

Сурайкин:

- Это самый популярный вопрос даже с того момента, когда мы были еще общественной организацией. Во-первых, конечно, на сложные вопросы нет простых ответов, но попытаюсь сформулировать вкратце, поскольку мы сжаты эфиром. Во-первых, мы считаем себя настоящей компартий и компартией настоящих коммунистов, потому что рождение и создание альтернативной компартии было связано с тем, что, к сожалению, руководящая часть КПРФ в какой-то момент встала на позиции приспособленчества, а потом это их привело просто к коммерциализации политического процесса. И тогда, еще в 2004 году, в КПРФ на этом фоне произошел, к сожалению, серьезный раскол, мы считаем, что раскол тоже очень плохо, но это была объективная реальность. Поэтому тогда из КП РФ ушли те люди, которые считают, что Компартия должна бороться за власть, Компартия должна выдвигать, прежде всего, не олигархат, она вообще не должна олигархат выдвигать, а выдвигать простых людей – рабочих, пенсионеров, молодежь. И должна стремиться к взятию власти и изменить ситуацию в стране. К сожалению, КПРФ давно к этому не стремится, поэтому наше первое отличие, что члены нашей партии, коммунисты и создатели, - это те, кто хочет бороться за изменение ситуации в стране, возврат страны к социалистическому пути развития. Поэтому это первое принципиальное отличие. Понятно, что по лозунгам и программным тезисам мы не отличаемся, потому что КПРФ их просто 20 лет эксплуатирует – и чем дальше, тем боле эксплуатирует и тем меньше им следует – и мы не можем тут отличаться вот на бумаге, потому что наши ветераны партии, члены ЦК партии, те, кому по 70-80 лет, фронтовики, кто члены нашей партии, это все отцы-основатели КПРФ, они все в 1993 году были делегатами учредительного съезда, и входили в центральные органы, и как раз писали все программные документы КПРФ. Просто потом, когда они поняли, что Зюганов с его командой просто использует это как ширму и совершенно не собирается следовать этим установкам – и программным, и политическим – они начали требовать его смены и, как следствие, пришлось ему уходить тогда из КПРФ. Поэтому мы, прежде всего, отличаемся тем, что мы партия, которая хочет бороться за власть и, кстати, мы от всех партий в России отличаемся тем, что мы единственные с трибуны говорим о том, что наша основная задача первого этапа – это взятие власти в стране. Если вы посмотрите, ни одна из партий, включая даже Жириновского, который еще в 90-х говорил о том, что они собираются власть взять, сейчас, по-моему, сам боится этих слов.

Карманов:

- Вообще имеется в виду то, что цель любой партии – это борьба за власть, в первую очередь. Поэтому не обязательно это записывать в программу.

Сурайкин:

- Это записано даже в законе о политических партиях, но, если вы посмотрите на все около 80 партий, существующих в России, ни их лидеры, ни их программные установки не предусматривают взятие власти. А КПРФ сейчас скорректировала свою программу и устав так, что там даже прихода к коммунизму нет. Там везде что-то про новый социализм и т.д. А у нас прямо написано, что мы собираемся взять власти в стране. Первый этап – социалистический. Второй этап – коммунистический. И это наша задача. Второе, чем мы принципиально отличаемся. У нас очень интересный сплав ветеранов партии – тех, кто создавал КПРФ и потом оттуда ушли – и молодежи. Потому что значительная часть тех, кто создавал новую компартию, это комсомольцы 90-х и начала 2000-х, которые выросли, сформировались как личности, и они сейчас все в руководящем составе нашей партии. У нас и средний возраст партии где-то около 40 лет, а руководящего состава и того моложе. Вот мне в этом году будет только 38. У нас почти всем секретарям ЦК по 35-40 лет.

Карманов:

- То есть, вы из комсомольцев?

Сурайкин:

- Да, мы молодая партия, но мы из новых комсомольцев 90-х, которые прошли ужасы 90-х, я сам в 15 лет был на баррикадах Дома Советов. То есть, мы такие комсомольцы уже нового поколения, которые выкованы были в 90-е. Это совершенно не те комсомольцы, которые, к сожалению, в 80-е, очень многие, все сдали, а потом и украли. Поэтому мы молодая партия. И вот эти принципиальные отличия, мы надеемся, что наши сторонники их заметят, и многие замечают. Ну и потом, водораздел еще по многим вещам проходит… Например, принципиальная позиция отношения к религии. Мы стоим на позиции – да, мы уважаем право верующих и все религии традиционные, особенно конфессии, и право верить человека, но, мы считаем, что, если партия коммунистическая, она должна в принятии своих решений стоять на атеистических позициях. Ну, неприемлемо для лидера, например, коммунистов идти и там подсвечником в церкви работать. При всем моем большом уважении к верующим людям, к российским традициям – у меня и дедушка, хоть и коммунист, православный, и бабушка. Но, если у тебя есть убеждения и ты исповедуешь научное мировоззрение, то ты должен быть атеистом. Невозможно два мировоззрения – вот то, что изобрел Геннадий Андреевич, такой термин интересный «православные коммунисты» - ну, согласитесь, любой грамотный человек знает, что мировоззрение может быть либо религиозным, либо научным. Если оно религиозное, вы истинно верующий. Если оно научное, то вы атеист. Даже если вы всуе употребляете слова «Господи, спаси», ставите свечки по традиции и т.д. Поэтому мы тут занимаем четкую позицию, что мы стоим на атеистических позициях , уважая верующих и их право на веру. Да, мы считаем, что мы должны из этих позиций исходить и соблюдать светский характер нашего государства и то, что записано в Конституции – например, мы видим, что неприемлемо сейчас поведение РПЦ во многих вещах, когда они пытаются влиять на власть, влезать в государственные вопросы, диктовать зачастую атеистам и неверующим, как им себя вести. Поэтому это тоже принципиально. Поэтому много таких различных отличий и я о них могу говорить часами. Например, опять же по выдвижению. Если вы посмотрите списки КПРФ на всех уровнях, то вы там найдете, прежде всего, крупных бизнесменов, крупных представителей олигархата…

Яковлев:

- Максим Александрович, абсолютное большинство политических экспертов, политтехнологов, политологов считают, что вы искусственный проект, может быть, Кремля, может, еще кого-то, основная цель которого отнять голоса у КПРФ как у второй партии в стране, как у главного конкурента «Единой России». То есть, люди приходят на выборы и думают – о, «Коммунисты России», так это Зюганов, мы за него и проголосуем. Тем самым, вы от трех до пяти процентов голосов просто воруете у КПРФ. Что вы на это скажете?

Сурайкин:

- Ну, во-первых, наши эксперты, да и не только наши, они оценивают техническую ошибку, о которой вы говорите, примерно в один процент в среднем. Поэтому, что бы там ни говорили, все остальное – наше сознательное, да. Это любимый тезис Геннадия Андреевича, что все, кто там ему мешаются, это все агенты Кремля, происки Запада и чего он там только не придумывает. Но те, кто знает нашу партию – кстати, в первые годы у нас действительно была проблема с тем, что…

Яковлев:

- Узнаваемость вашей партии, мне кажется, порядка 1%...

Сурайкин:

- Ну, на самом деле опыт показывает, что в последние годы где-то в разных регионах разная ситуация, но там, где прошли выборные компании, где мы имели возможность выступить на телеканалах, поагитировать, рассказать о партии…

Яковлев:

- Вы в выборах губернатора участвовали, я знаю.

Сурайкин:

- Да. Там процентов 10 у нас узнаваемость есть. Там, где не проходили выборы – и почему выборы – вот нас многие наши слева незарегистрированные компартии мелкие критикуют, что вот мы такие-сякие, участвуем в выборах, это буржуазная традиция и т.д. Мы не против. Но баррикады, если сложится такая ситуация, я говорю, если, не дай бог, как в Киеве будет ситуация, мы будем…

Яковлев:

- Максим Александрович, давайте без баррикад. Я хотел бы вернуться из Киева в нашу страну – все-таки вопрос конкретный – вас считают искусственным проектом, созданным для того, чтобы отнять путем не очень достойным голоса у КПРФ. Во-первых, вы говорите, что много вы отнять не можете – 1%. Во-вторых, это аргумент Геннадия Андреевича Зюганова. Это все ваши контртезисы?

Сурайкин:

- Нет, у меня очень много тезисов, поэтому дайте мне хотя бы несколько минут, чтобы я их изложил. Поэтому завершу по узнаваемости. В регионах, где были выборы, а мы в выборах всегда участвуем, прежде всего, для того, чтобы получить эфир, трибуну и т.д., чтобы людям рассказать о том, что есть такая партия, - там узнаваемость выше. Там уже процентов десять, как правило. Там, где не было, у нас нет, к сожалению, средств ни на выпуск газет, ни на покупку телеэфиров, там, естественно, о нас не знают. Почему нас так и боится Геннадий Андреевич – особенно сейчас перед этими выборами в Госдуму – потому что после них-то уж вся страна узнает, что есть альтернативная компартия и что она из себя представляет.

Теперь для тех, кто знает нашу историю. Наша история началась не в 2012 году, когда объявили демократию и появилась возможность регистрировать новые партии, а в 2004-м. Как я уже говорил, к сожалению, с раскола КПРФ, предыстория которого были выборы 2003 года, когда Зюганов протащил в список КПРФ фактически группировку ЮКОСа, порядка там 25-30 олигархов. Тогда еще КПРФ, вот я был делегатом 9-го съезда КПРФ, я 8 лет прошел в КПРФ…

Яковлев:

- То есть, вы восемь лет были в составе коммунистической партии Российской Федерации?

Сурайкин:

- Да, я в 18 лет, студентом нищим по воле души и убеждений вступил в партию, потому что у меня и дедушка, и семья вся коммунистическая, и вообще я всегда считал это правильным, и восемь лет там прошел путь на общественных началах от рядового члена до кандидата в члены ЦК. Был и секретарем райкома по идеологии, и членом горкома, и делегатом городских конференций, съездов, потом мы создавали с ребятами комсомол по приказу партии, воссоздавали его, - хоть мы уже были молодыми партийцами, мы понимали, что это надо сделать. И все наши ребята такие. Поэтому, к сожалению, в 2004 году, по итогам выборов 2003 года, когда Зюганов втащил в список КПРФ несколько десятков олигархов, это привело к тому, что порядка 10% сторонников Компартии от нее отвернулись. А внутри КПРФ, естественно, началось разбирательство, поскольку тогда КПРФ еще не была партией лидерского типа, как сейчас… Половина обкомов сказали – Геннадий Андреевич, за эти дела надо уходить в отставку. И, как следствие, разгорелся внутрипартийный кризис, который вылился летом 2004 году в то, что пленум ЦК КПРФ освободил Геннадия Андреевича от поста председателя ЦК. Абсолютно легитимный пленум, где из 147 членов было 92 членов ЦК, куда Геннадий Зюганов не пришел, зная об этом. Единогласное было решение. Избрали тогда коммунисты губернатора Ивановской области Тихонова Владимира Ильича. Зюганов не подчинился, провел свой бутафорский пленум из нескольких десятков членов ЦК, вышел к прессе и сказал, что все это ерунда, все это вранье и т.д.

Яковлев:

- Ну, вы нам пересказываете историю. Вы разошлись с Геннадием Андреевичем…

Сурайкин:

- Да, я рассказываю историю рождения альтернативной компартии в России. И сама история показывает, что это ничей не проект, а это естественный ход событий. Прошли два съезда, 10-х, КПРФ. Легитимный съезд, который избрал Тихонова председателем ЦК, был не признан Минюстом. После этого стало ясно, что надо уходить из партии, в которой руководитель назначается напрямую из администрации президента. Поэтому тогда около 50 тысяч коммунистов, в том числе, половина первых секретарей обкомов КПРФ, которые создавали региональные организации КПРФ в 90-е, половина комсомола, который мы возглавляли тогда, наша команда, вышли из КПРФ. И была первая попытка создать Всероссийскую Компартию будущего – ВКПБ. К сожалению, наши старшие товарищи не смогли дожать регистрацию и в 2005 году их все-таки ликвидировали. Это породило апатию. Прошло 3-4 года и мы вот, комсомольская часть, подросли, начали что-то зарабатывать и мы собрали всех ветеранов, поэтому вот сама история рождения показывает – это вы можете прочитать во всех экспертных вещах, что мы ничей не проект.

Карманов:

- Максим, я, допустим, верю в то, что вы не проект, допустим. Но смотрите. Я захожу на ваш сайт, я читаю вашу программу и такое ощущение, что я попадаю в секту коммунистов-староверов, которые где-то законсервированные, глубоко в подполье где-то сидели, отсиживались и наконец прилетели в наш 2016 год. Но вы человек молодой, мы с вами ровесники, скажите, что коммунистическая партия под вашим руководством, под руководством ЦК, где там масса приличных людей, что нового вы можете сказать в 2016 году для того, чтобы мы обратили на вас внимание? Мы на самом деле ждем, что коммунисты предложат что-то новое, прогрессивное. Может, по пути Китая уже пора идти? А, может, у вас есть экономическая программа какая-то?

Сурайкин:

- У нас есть экономическая программа, но мы не считаем необходимым, скажем, большей части буржуазного общества что-то предлагать в рамках буржуазного капитализма. Мы считаем, что надо кардинально менять систему и возвращать социалистическую экономическую формацию. Потому что без этого все остальное – это рюшечки и популизм. По поводу выборов. Вот когда говорят, что мы там что-то у КПРФ крадем, чего-то откусываем – да, мы не можем сейчас удержать часто свой результат, его крадут как раз парламентские партии на участках, потому что у них у всех члены комиссии с правом решающего голоса. Да, не всегда мы можем пробиться, но уже даже в первые выборы, в 2012 году, когда мы только зарегистрировались, как партия, не имея опыта, ресурсов, ничего, уже в Карачаевскую гордуму у нас прошел список, мы получили 16,8%. А КПРФ получила 14%. Вот покажите мне того спойлера, который набирает больше, чем тот, у кого он должен чего-то оторвать.

Яковлев:

- Я хотел бы узнать ваше мнение относительно партии КПСС. Дело в том, что недавно в России появилась Коммунистическая партия социальной справедливости. Это проект политтехнолога Андрея Богданова. Любопытно, что первый секретарь ЦК – Андрей Брежнев, внук того самого Леонида Ильича. Вот КПСС – это что? Это спойлер?

Сурайкин:

- Ну, к сожалению, это классический спойлер, в котором, вот когда КПРФ нам пытается прилепить ярлык спойлерства….

Яковлев:

- То есть, те, задача которых просто отнять за счет того, что… То есть, они спойлер, а вы нет?

Сурайкин:

- Точно.

Карманов:

- Я так понимаю, сейчас идет еще судебный иск, судебное дело «КПРФ против «Коммунистов России».

Яковлев:

- Я хотел бы процитировать Геннадия Андреевича. Это заявление он сделал с трибуны Государственной думы. Я не знаю, можно ли это произносить или нет, но с учетом того, что Зюганов это в парламенте произнес, я не понимаю, почему мы не можем это в прямом эфире произнести. «Напороли кучу партий. Так называемую КПСС возглавляет масон Богданов, он сам признавался на выборах, что он выступает за НАТО, против России, что он патентованный русофоб. Кто его поставил на эту партию? А сегодня он позорит то, что было в нашей великой советской истории», - заявил Геннадий Андреевич. И дальше он произносит следующее: «Я уже не говорю о «Коммунистах России». Там нет ничего коммунистического, там то же самое педерастическое. Просто стыдно на это смотреть. Но никто не хочет сделать далеко идущие выводы». Вот что вы можете ответить? Вот что вы в прямом эфире радиостанции «Комсомольская правда» можете сказать в ответ Зюганову?

Сурайкин:

- Ну, я человек интеллигентный, но могу сказать, что, видимо, Геннадий Андреевич по себе меряет – это раз. А был бы я в зале, дал бы ему в рыло. Прямо вам скажу. Потому что вот так оскорбить ветеранов партии – ну ладно, мы молодежь, мы можем просто прийти, морду набить и этим удовлетворимся, да. Когда придем в парламент, если он еще раз свой хавальник откроет так вот, то мы не посмотрим на депутатскую неприкосновенность. Это первое. Но когда в нашей партии ветераны и отцы-основатели КПРФ, люди, которые всей жизнью доказали, что они коммунисты, у нас вон член ЦК генерал Титов, который прошел весь фронт, всю войну, был замначальника штаба стран Варшавского договора и до конца остался коммунистом, ему 90 лет, а он приходит и выступает на пленумах… Поэтому Геннадий Андреевич, сказав это, явно всей стране показал, что он бескультурный хам и как раз такой, как он нас пытался представить. И в его выступлении, если вы заметите – вот спойлеры не спойлеры – как раз КПСС, к сожалению, тем, что это классический спойлерский проект, она помогает КПРФ пытаться очернять настоящую альтернативную Компартию настоящих коммунистов. Они всегда, если вы посмотрите все выступления и Геннадия Андреевича, и всех их аналитиков, и руководителей, они начинают с КПСС, дальше рассказывают, какая она спойлер, а там действительно ни одного коммуниста. Тот же Андрей Богданов, его можно уважать как профессионального политтехнолога, но он всегда был демократом и он глава действительно масонской ложи России. Когда я к нему подошел и спросил – зачем ты это сделал, ты же всегда был антикоммунистом? Он говорит – ну, вот меня в молодости в КПСС не приняли, у меня комплекс остался и я вот решил возглавить КПСС.

Карманов:

- Маленькая, но своя?

Сурайкин:

- Да, маленькая, но своя. И, естественно, это дает козыри в руки КПРФ, когда они сначала долго-долго вот вы даже увидели в этой речи Геннадия Андреевича, про нас он сказал две фразы последних, а предыдущие несколько минут были посвящены КПСС. И там все правда. Это классическая подмена понятий и информационное шельмование, которым Геннадий Андреевич и его бригада занимается регулярно. В свое время, когда его пытались снять с поста председателя за то, что он олигархат втащил в Госдуму под личиной коммунистов, он тут же наклеил ярлыки. Всем, кто выходил и критиковал Зюганова за его смычку с олигархами, он говорил, что это все кремлевские кроты, что это предатели родины и вот только Зюганов спасет Компартию. Типичный враль. Самый настоящий. Ну, понятно, что за сотни миллионов долларов он вынужден отрабатывать, что сделаешь.

Карманов:

- Я бы все-таки хотел вернуться обратно. По поводу экономической программы. У «Коммунистов России» на сегодняшний момент какие предложения? Страна находится в непростой экономической ситуации. Давайте хотя бы три каких-то пункта вашей программы, которые позволят нам эту ситуацию либо улучшить, либо выйти из нее как-то…

Сурайкин:

- Я думаю, что на самом деле, несмотря на не новость предложения со стороны коммунистического фланга, я думаю, что через несколько лет это придется действующим властям страны делать. Без национализации широкомасштабной недродобывающих отраслей и крупных предприятий, являющихся локомотивами тех или иных отраслей экономики, мы страну из этого болота не вытащим.

Карманов:

- Все взять и поделить?

Сурайкин:

- Ну зачем отнять, поделить? Отнять и наполнить бюджет, чтобы можно было платить достойные пенсии, строить больницы, строить социальное жилье, обеспечивать бесплатное образование. Ведь сейчас фактически несколько десятков, может быть, несколько сот семей сосредоточили в своих руках 90% практически экономического потенциала России, который был построен в советское время. И эти деньги года 2-3 назад – вот Владимир Владимирович проводил совещание с топливно-энергетическим блоком и вот мне прямо врезалось в память, он владельцам нефтеперерабатывающих заводов говорит: ребята, вы чего творите? У вас недостаток бюджетирования на реинновации производства 4 миллиарда за 2 года, а вы только за один год 8 миллиардов дивидендов себе выплатили. Люди просто качают из страны и все идет в швейцарские банки, на зарубежные счета, на покупку зарубежной недвижимости. Потому что эти люди своей судьбы с Россией не связывают. Они понимают, что, чем больше они накачают за это время, тем лучше, потому что все равно придется бежать. Потому что либо народ скажет «геть», либо очередная власть, а, может быть, даже действующая, поняв, что у них нет другого пути, чтобы наполнить бюджет, чтобы спасти ситуацию от революционного развития событий и эти шаги сделают. И мы это наблюдали, скажем, по ЮКОСу – это был первый примерчик, да.

Карманов:

- Еще.

Сурайкин:

- А дальше выстраивание социалистической экономики. Потому что государство у нас даже сейчас…

Карманов:

- Как в вашем понимании выглядит социалистическая экономика в 21 веке? Что будете делать в первую очередь? Что это вообще такое – социалистическая экономика?

Сурайкин:

- Социалистическая экономика – это когда доходы и сверхдоходы с недродобывающей промышленности, с крупных предприятий, построенных в основном в советское время, с отраслей экономики, как производство водки, например, сверхдоходы, идут в бюджет. Тогда бюджет российский будет раза в 4-5 полнее, чем он сейчас. Дальше с помощью этого бюджета первое, что мы должны решать – острые социальные проблемы – увеличение пенсий, увеличение социальных зарплат, увеличение социальных выплат. И это, как следствие, породит развитие потребительского сектора экономики. А с другой стороны, тогда у государства тоже появятся возможности сконцентрировать крупные средства для инвестиций в крупные сектора экономики – создание новых производств и рабочих мест. Как мы это видели в Советском Союзе. Опыт-то есть. И опыт Китая есть. Его просто надо использовать. Просто в рамках той системы, зачастую криминально-капиталистической, это сделать невозможно. Поэтому мы, придя в Госдуму, будем добиваться закона о национализации, мы будем добиваться прогрессивной шкалы подоходного налога, мы будем добиваться создания целевых федеральных программ, которые не будут, как сейчас, функционировать, когда разворовываются просто средства, а когда понятно, что будет построен завод, будет такое-то количество рабочих мест, отвечают такие-то люди и, если это не состоялось, они должны сесть, эти казнокрады. Вот это вкратце.

Яковлев:

- В прошлом перерыве вы сказали, что, по вашему мнению, после Геннадия Андреевича Зюганова КПРФ возглавит его внук Леонид. Так?

Сурайкин:

- Ну, я, как человек, прошедший школу КПРФ и эксперт политический в некотором роде, могу сказать однозначно. Потому что это самое логичное. К сожалению, в 90-е в КПРФ было очень много сильных настоящих коммунистов, которые могли на место поставить даже председателя ЦК. Сейчас там много рядовых честных коммунистов, но из практически центральных органов партии они вычищены, потому что с 2004 года, когда произошел раскол, Геннадий Андреевич начал ее строить, как партию лидерского типа, как личный семейный коммерческий бизнес.

Карманов:

- Компартия «Коммунисты России» потребовала возбудить против Хрущева уголовное дело за клевету на великого Сталина. «Результатом доклада было умелое очернение Сталина в глазах миллионов людей, возмутительная клевета, на которую вождь советского народа уже не мог возразить и сегодня, спустя 60 лет после этих событий пришло время для того, чтобы гражданин Хрущев ответил за свои черные дела, подчеркнул Максим Сурайкин». Товарищ Максим, вы серьезно?

Сурайкин:

- Абсолютно. Мы, конечно, не надеемся, что Генпрокуратура этим вопросом займется, но вопрос мы поставили, поскольку тоже еще одно отличие наше от КПРФ – мы ленинско-сталинская партия. То есть, если в КПРФ рядовые члены в большинстве там уважают, конечно, Иосифа Виссарионовича, но руководство, если вы заметите, пытается как-то бочком пройти мимо этого вопроса.

Карманов:

- А вы искренни?

Сурайкин:

- Ну, потому что мы глубоко убеждены, что вопрос сталинизма это вот не то вульгарное понимание, которое вбили псевдодемократы в головы людям, что это там кровавый диктатор и пятое-десятое, а сильная сторона – это хорошая кадровая система воспитания кадров на всех уровнях; это быстрое решение производственных задач. То есть, это целый образ. И мы абсолютно убеждены, что даже те перегибы, которые были, они были либо продиктованы временем, а, кстати, если бы было больше времени, если бы массу исследований провести…

Яковлев:

- Максим Александрович, а можно не о Сталине? Вы знаете, вот в России стремительно дорожают лекарства. Еще у нас вообще в целом серьезная инфляция по потребительским товарам. Проще говоря, продукты питания дорожают. У нас введена плата, по мнению огромного количества людей, грабительская плата за капитальный ремонт. В этот момент вы, когда начинаете оценивать выступление Хрущева много лет назад, превращаетесь в политических клоунов и всю политическую систему превращаете в политическую клоунаду. Может быть, не стоит этим заниматься, когда перед страной реально серьезный экономический вызов?

Сурайкин:

- На самом деле, те, кто внимательно следит за работой нашей партии, знают, что, прежде всего, мы как раз эти вопросы ставим. Другой вопрос, что буржуазные СМИ любят писать о тех вопросах, которые у них вызывают интерес. Поэтому по всем вопросам политическим мы определяем нашу позицию.

Яковлев:

- У вас пять новостей на вашем сайте и я просто хочу попытаться доказать, что вы занимаетесь политической клоунадой. Первая новость – десять пунктов заявлено господином Зюгановым. То есть, вы не предлагаете свою программу первым делом, а вы говорите о минусах программы Зюганова. Второе – телеканал о попытке зюгановцев нас засудить. Новость номер три – день рождения Голикова. Новость номер четыре – «Коммунисты России» призывают правительство сосредоточиться на сотрудничестве с государствами, страдающими от влияния США. Новость пять – это заявление Фиделя Кастро. У вас нет заявлений относительно капремонта, относительно инфляции, относительно действий Центрального банка и т.д. Разве это не клоунада?

Сурайкин:

- Вы сейчас взяли новости за полтора дня на нашем сайте. Если вы посмотрите, у нас каждый день от трех до десяти новостей.

Карманов:

- У меня глубже есть. Товарищ Максим потребовал ареста Горбачева и конфискации имущества «Горбачев-фонда».

Сурайкин:

- Я считаю, что его не только надо арестовать, по нему вышка светит…

Яковлев:

- Вы считаете, что Горбачев, Кастро и Хрущев важнее реальных проблем, с которыми сейчас вся страна столкнулась?

Сурайкин:

- Ну, вы же не смотрите, что в том году мы собрали 120 тысяч подписей за отмену капитального ремонта, о том, что по всей стране мы проводили митинги по этому вопросу. О том, что мы заявляли о том, что…

Яковлев:

- У вас ничего не получилось и поэтому вы ушли в голый популизм, я правильно понимаю?

Сурайкин:

- Почему? Мы эту работу продолжаем и будем продолжать. Просто партия должна заявлять позиции по всем вопросам… Была годовщина ХХ съезда, мы должны были обществу сказать о том, что мы осуждаем то, что сделал Хрущев и считаем это предательством родины и с этого начался крах Советского Союза фактически, да. Мы должны обществу отвечать на все вопросы…

Яковлев:

- То есть, 20-летия ХХ съезда – это важнее, чем изменение минимального размера оплаты труда.

Сурайкин:

- Там не 20-летие…

Яковлев:

- Да, я оговорился. ХХ съезд – это важнее, чем изменение МРОТа в стране?

Сурайкин:

- Вот именно в этот один день, когда мы об этом МРОТе до этого говорили и ведем отдельную работу, конечно, мы должны заявлять позицию на злобу дня. Но, тем не менее, задача партии вести постоянную работу и мы ее ведем. И заявляем и по социальным позициям, и в регионах решаем и социальные проблемы людей, и проводим митинги по этим вопросам, и митинги протеста в разных регионах… Вот в том же Ставропольском крае, когда мы обратились к губернатору с требованием повысить пенсии, хотели провести пикетирование администрации, у нас 15 членов ЦК получили от двух до четырнадцати суток ареста за одиночные пикеты. И на это никто по России не обратил внимания. А ребята отсидели реально. Причем, два муниципальных депутата, а их вообще не имели права сажать. Вот вы же об этом не говорите…

Карманов:

- Я хочу вступиться за Максима. Я обнаружил новость – речь большевика в буржуазном парламенте, как гром среди ясного неба. Слог, стиль…

Яковлев:

- Это цитата или оценка, Роман?

Карманов:

- Это я вступаюсь и за нас, и за Максима тоже… Здесь Максим Сурайкин, выступая в Госдуме, заявил, что необходимо ввести пенсионный налог на недродобывающие предприятия, чтобы вся прибыль, которая в ближайшие десять лет пойдет, перечислялась в пенсионный фонд.

Сурайкин:

- Да, я с трибуны как раз сказал, что, ребята, если у вас не хватает мужества у ворья в стране забрать обратно то, что даст наполнить бюджет, а вы тут нам сказки рассказываете про очередную пенсионную реформу, то давайте введем налог.

Карманов:

- Максим, вот эта новость она же в принципе серьезная достаточно, но зачем эта опереточность? «Речь большевики в буржуазном парламенте»…

Яковлев:

- То есть, вы все-таки процитировали?

Карманов:

- Да, я процитировал, это заголовок новости на сайте «Коммунистов России».

Сурайкин:

- Правильно, потому что борьба в информационном буржуазном пространстве сейчас требует иногда вызова к заголовкам и лозунгам, потому что, чтобы привлечь внимание, люди прочитали, да… вот если бы было написано, что мы там чего-то предложили, внесение поправки к закону…

Карманов:

- Но ведь к этому невозможно серьезно относиться…

Сурайкин:

- Те, кто следят за нашей партией и за всеми нашими инициативами и действиями, они уже серьезно относятся. И в этом как раз причина того, что наши уже и списки, и депутаты избираются. А там, где они точно изберутся, КПРФ через суд пытается их снять и у нас не один десятков списков был снят по искам КПРФ.

Яковлев:

- Максим Александрович, на вашем алом галстуке я вижу автомат Калашникова. Это что означает? Это значит, что вы будете расстреливать, в том числе, и меня, когда придете к власти?

Сурайкин:

- Ну, во-первых, это символ боевого духа нашей партии. Братьев-комсомольцев мы, конечно, пожалеем, но смертную казнь мы в стране введем, потому что она объективно необходима и для преступников, и для предателей родины. А автомат символизирует боевой дух нашей партии и мы говорим о том, что, если, не дай бог, к власти придут такие люди, как в Киеве, и будет возрождение фашизма, мы возьмемся за оружие.

Карманов:

- А красные носки?

Сурайкин:

- Ну, я с детства люблю красный цвет во всем. Ну, так сложилось…

Яковлев:

- Лично ваша мотивация участия в политической жизни, в политической деятельности и в политической борьбе?

Сурайкин:

- Личная мотивация у меня наступила в 1991 году, когда мне было 13 лет и у меня украли мою родину. И я тогда себе поклялся, что, пока я живу и меня ноги носят, пока я не добьюсь возрождения своей советской родины и то, что эти люди ответят по высшей мере наказания за это, я не остановлюсь. Поэтому в 15 лет я был на баррикадах Дома Советов, в 18 лет вступил в КПРФ и с тех пор не останавливаюсь, у меня практически 20 лет политического стажа при моих 38 годах.

Яковлев:

- Спасибо. Максим Сурайкин, ныне председатель ЦК коммунистической партии «Коммунисты России» был с нами в студии. Не путайте с КПРФ. Это была программа «Госдума-2016. Перезагрузка». Встретимся через неделю в это же время.