2016-07-14T10:30:19+03:00

Военный обозреватель КП Виктор Баранец: «Я не исключаю, что Сердюков вскоре приобретет статус обвиняемого»

Наш военный эксперт надеется, что Шойгу хотя бы наведет порядок на этажах министерства, где сейчас юбок больше, чем лампасов!
Изменить размер текста:

В прямом эфире радио и телеканала КП военный обозреватель "Комсомолки" Виктор Баранец обсуждает с ведущим Михаилом Антоновым отставку Сердюкова и назначение Шойгу.

Антонов:

- Президентом неожиданно было сделано заявление. Анатолий Сердюков отправлен в отставку, со слов президента. Не было удовлетворено ходатайство или прошение об отставке, а именно это увольнение. Мы это так расцениваем.

Баранец:

- Да, безусловно.

Антонов:

- Что произошло? Новое правительство стало работать только в середине весны. И когда говорили, что состав нового правительства будет утверждаться, мы проводили опросы на сайте, на телевидении. Мы говорили: кто должен уйти? Очень многие говорили, что должен уйти Фурсенко, должна уйти Голикова, должен уйти Сердюков. Голикова и Фурсенко ушли, а Сердюков остался, как выяснилось, на полгода. Вы были одним из тех, кто говорил, что Сердюкова оставили для того, чтобы он довел реформы до конца. Делаем ли мы вывод, что реформы до конца доведены?

Баранец:

- Да нет, ни в коем случае такой вывод, на мой взгляд, делать нельзя. Когда я узнал эту радостную новость, у меня возникло желание, чтобы президент сам себя наградил орденом Мужества. Потому что это действительно принципиальный, очень важный и очень правильный шаг. Естественно, здесь возникает вопрос: а что случилось, что Путин отважился на такое кадровое решение? Мне кажется, что здесь целый букет причин.

Антонов:

- Мы сейчас посмотрим сюжет, а потом от Виктора Николаевича Баранца будут рассказаны все причины, которые привели к отставке Анатолия Сердюкова.

В сюжете был назван «Оборонсервис». Это одна из причин?

Баранец:

- Да, безусловно, одна из причин. Суть ее заключается в том, что Анатолий Эдуардович был долгое время председателем совета директоров «Оборонсервиса». И есть у следователей документы, на которых стоят его подписи. Подписи стоят под материалами о незаконном изъятии земель из владения Министерства обороны. Подписи стоят на платежках, когда совершались эти не правовые, мягко говоря, действия, связанные с продажей земель, акций, капитальных строений. И по мере того, как следствие докладывало президенту о том, что происходило в «Оборонсервисе» на самом деле, когда была названа первая цифра 3 миллиарда, по мере того, как на стол Путину ложились документы, которые доказывали определенную вину Сердюкова, настал тот момент, когда этот скандал с Сердюковым стал бросать опасную тень на кремлевские стены, естественно, и на президента, Верховного главнокомандующего.

Но это лишь одна сторона вопроса, это капля, которая переполнила этот бурлящий котел.

Антонов:

- Неплохая капля. Кто-то может сказать: а что же вместо уголовного дела, вместо того, чтобы начать следствие, просто отправляется человек в отставку.

Баранец:

- Мне кажется, что смещение Сердюкова как раз и расчищает дорогу к тому, чтобы Анатолия Эдуардовича пригласить в следствие сначала в качестве свидетеля, а потом я не исключаю, что он обретет статус и обвиняемого.

Антонов:

- У нас на прямой связи Сергей Марков, член Общественной палаты, проректор Российского экономического университета им. Плеханова, политолог. Сергей Александрович, помимо последних событий, о которых мы говорим, с этими документами, с этими платежками, на которых стояли подписи Сердюкова, есть еще причины, по которым его нужно и правильно было бы отправить в отставку?

Марков:

- Да, безусловно. Кроме коррупционных скандалов по поводу Сердюкова возникло еще огромное напряжение в Вооруженных силах, среди офицеров, среди генеральского корпуса. Известно, что у него, мягко говоря, не сложились отношения с большинством офицерского корпуса. Его рейтинг не то что ниже, я бы сказал, что многие офицеры его откровенно ненавидят. Отчасти это плата за достаточно радикальные военные реформы, но отчасти это потому, что многие чувствуют себя, по сути оскорбленными. В частности, кличка Мебельщик. Его считают все-таки торговцем. И многие офицеры были оскорблены. И от этого, собственно говоря, падает моральный дух в Вооруженных силах. Это, конечно, не очень хорошо. Поэтому я думаю, что это не меньшая причина, чем коррупционные дела.

Антонов:

- Можете ли вы привести пример, когда любили министра обороны, поддерживали его большинством голосов? Это кто, маршал Гречко был таким?

Марков:

- Да, может быть, не всех министров обороны любили. Но, во всяком случае, уважали как офицеров. А Сердюкова большинство офицеров считали оскорблением. Я считаю, что они, может быть, не вполне правы были, но вот это сложившееся отношение к министру обороны как оскорбительное по отношению к офицерскому корпусу, оно, конечно, негативную роль сыграло. Я считаю, давным-давно нужно было принять это решение, независимо от того, что он там хорошо делал или не делал. Но не должны офицеры ненавидеть в большинстве своем Министерство обороны. Это неправильно. Это игнорирование важнейшей составляющей морального духа. Я думаю, что Сергея Шойгу они будут очень серьезно уважать.

Антонов:

- Спасибо, что прокомментировали это сообщение. Виктор Николаевич, объясните мне, почему отставка Сердюкова не произошла ранее? Слишком много было претензий, слишком много было критики. Стоило дождаться этого скандала с «Оборонсервисом», чтобы, наконец, Анатолий Эдуардович отправился в отставку.

Баранец:

- Сейчас было правильно сказано, что офицерский корпус не то что не любил, а ненавидел Сердюкова. Но это одна сторона вопроса. Вторая сторона вопроса заключается в том, что многие силовые министры и не силовые министры, и Счетная палата, и Главная военная прокуратура уже давно вошли в конфликт с Сердюковым. Я прекрасно понимаю, что Путину не с руки вот такие отношения между Сердюковым и ключевыми фигурами в правительстве. Я имею в виду и Рогозина, и Фридинского, и Степашина, и Чемезова. Это группа достаточно влиятельных людей, которых Сердюков пестовал как своих врагов. Ведь вы же знаете, за последнее время произошло достаточно много серьезных конфликтов между Сердюковым и этими товарищами. И это тоже было известно в Кремле.

Михаил, вы меня спрашиваете, почему только сейчас. Вот вы представьте себе президента, которому через день на стол кладутся документы на Сердюкова. И вы представляете, после каждой, извините, малявы Путин что, должен снимать человека? Нет, он последовательно, спокойно добивался от правоохранительных органов убедительных, доказательных фактов, в чем вина Сердюкова. И когда эти доказательства были представлены, было и принято, на мой взгляд, это кадровое решение. Но я «Оборонсервис» считаю крайней горькой таблеткой, которую проглотил Путин. До этого он прекрасно знал и давал шанс Сердюкову все-таки исправить то положение с военной реформой, которая происходила в армии.

Теперь давайте вспомним, когда назначали Сердюкова, что говорили? Что это очень классный менеджер, который пришел, чтобы оседлать эти финансовые потоки. Что мы имеем на выходе? Мы имеем то, что коррупция за время владычества Сердюкова возросла в разы. Позвольте привести мои любимые слова Фридинского, который сказал, что воруют уже столько, что не могут вовремя тратить, а коррупция в Министерстве обороны обрела космические масштабы. Вот вам две точки. С одной стороны, надежда президента на то, что он наведет хотя бы экономический порядок в армии, не сложилась, коррупция в разы возросла. Ну и самое крайнее. Оказалось, что в эпицентре этой коррупционной каши оказалась фигура самого министра обороны. Ну и, конечно, негативный настрой армии к самому Сердюкову. Что бы мы ни говорили, объективно ряд его реформаторских решений были правильными. Но зачем нам, Михаил, выпускать в Российскую армию выпускать 18-20 тысяч лейтенантов, если их объективно при штате в 220 тысяч человек достаточно 6-8 тысяч.

Антонов:

- Давайте еще вспомним, при Сердюкове прапорщики были сокращены.

Баранец:

- После Сердюкова в армии много дымящихся развалин. И мне кажется, что Шойгу и был назначен с той целью, чтобы вытащить армию из-под развалин сердюковской реформы. Михаил, на наших глазах Шойгу принял структуру МЧС. Это была такая тухленькая, не работоспособная, плохо организованная структура. И вы посмотрите, что он сделал. Шойгу проявил себя как атомный организатор.

Антонов:

- У меня есть возражения по этому поводу. Если бы не катаклизмы, в которых принимали участие…

Баранец:

- Вы хотите сказать, что Шойгу помогли землетрясения, пожары и наводнения?

Антонов:

- Да, к сожалению.

Баранец:

- А для этого и создана эта служба.

Антонов:

- Как бы это кощунственно ни звучало, но Шойгу появлялся на экранах телевизоров не в кабинетах кремлевских, когда его показывали, а на крушении самолетов, на терактах и т.д. Образ героя.

Баранец:

- Но это видимая сторона вопроса. Он, во-первых, генерал армии. Это тоже просчитывали в Кремле. Будет ли Шойгу в форме ходить, будет ли он в пиджаке ходить, но мы знаем, что этот человек с военной косточкой.

Михаил, мы не должны забывать о том, что осталось в МЧС после Шойгу. Это полноценная, хорошо работающая структура. Причем Шойгу никогда не принимал в отличие от Сердюкова волюнтаристских решений. Он собирал хурал, закрывал генералов в кабинете и говорил: я хочу решить эту проблему, я вас слушаю. Делал это Сердюков? Нет, он плевал на военно-экспертное сообщество.

Антонов:

- Мы не знаем. Все это происходило за закрытыми дверями. Мы не знаем, что говорил Сердюков.

Баранец:

- У «Комсомольской правды» достаточно хорошие информаторы в глубинах Министерства обороны и Генерального штаба, чтобы знать, что происходило. А так это именно и происходило. Я надеюсь, что за Шойгу не придет гарем наложниц из налоговой полиции. Я не знаю, кто придет, но я думаю, что этот, извините за выражение, бабский батальон, который наломал там очень много дров, в конце концов, разбежится. Я думаю, что Шойгу вдохнет в Министерство обороны ту военную жизнь, которая там исстари присутствовала, и он там хотя бы начнет с того, что наведет порядок на этажах Министерства обороны, где юбок больше, чем лампасов.

Антонов:

- Мне больше нечего добавить. Спасибо большое. Александр Гришин появился в студии.

Гришин:

- Миша, я застал частично окончание вашего диалога, когда ты Виктора Николаевича спрашивал, что Шойгу помогли все эти стихийные бедствия и т.д.

Антонов:

- Я, может быть, неправильно выразился. Но это единственный министр, который позиционировал себя реальными делами, то есть где катастрофа, там Шойгу.

Гришин:

- Не только в этом дело. Я хочу подчеркнуть такой нюанс, что стихийные бедствия и катастрофы случаются, но от того, как структура реагирует на них, что называется, и следует плясать. Я был несколько раз в МЧС в центральном зале диспетчерском, я могу сказать, что действительно эта структура работает как часы швейцарские, все отлажено, системно сделано. В Министерстве обороны наверняка в Генеральном штабе есть такие ситуационные центры, но я там не был, мне сравнивать не с чем.

Что касается Сердюкова, то я думаю, что он вернется к какому-то менее значимому посту. Не исключено, что он продолжит трудиться на госслужбе. Но министр обороны, которого цитируют, который не любит тех людей, которыми он руководит, которых называет «зелеными человечками», это нонсенс.

Антонов:

- А начальник должен любить тех, кем он руководит?

Гришин:

- Во всяком случае, он должен любить то дело, которым он занимается.

Антонов:

- 2007 год, год назначения Анатолия Сердюкова на пост министра обороны. С 2007-го по август 2008-го, пока Дмитрий Анатольевич не стал президентом, прошло полтора года. Уже тогда началась критика Сердюкова. Потом были 4 года правления Дмитрия Анатольевича Медведева. Дмитрий Анатольевич вообще никого из министров, по сути, не менял. Но критики накопилось столько, что уже половина срока правления Медведева, 2 года прошло, говорили: снимайте Сердюкова. Медведев ушел со своего поста, пришел вновь Владимир Владимирович на пост Президента РФ. Новый кабинет министров, сменили очень многих, но министр обороны остался. И вот если бы не скандал с «Оборонсервисом», не факт, что Анатолий Эдуардович отправился бы в отставку.

Гришин:

- Где-то я с тобой соглашусь. Все это время перед Сердюковым стояла задача не сделать армию обороноспособной, а сделать армию, скажем так, в финансовом отношении. Потому что пошли большие деньги на армию, в отличие от 90-х лет. Во второй половине десятилетия пошли действительно большие деньги. Им надо было находить наиболее разумное применение. Это же структура гигантская, и есть некий эффект инерции.

Антонов:

- Говорили злые языки, что торговец у нас министр. Вот здесь-то как раз, в обращении с деньгами, и нужен эффективный менеджер.

Гришин:

- Так не получилось же. Два года он по этой инерции шел, пытался что-то сделать, привел своих людей, которые не чужды миру финансов, и т.д. Потом говорили, что это инерция, он еще не развернулся. Потом стало разворачиваться. Потом что-то вроде как-то стало делаться, причем делаться стало то, что многое было непонятно. Закупка «Мистралей» и т.д.

Антонов:

- Новая форма от Юдашкина.

Гришин:

- Итальянские бронемашины и прочее. Но в принципе этот процесс достаточно долгий. Мы авианосец «Адмирал Горшков» Индии продаем и не можем продать. И с подводными лодками, с «Юрием Долгоруким» и с «Булавой», и т.д. Получилась в результате такая картина. Но это все оказалось растянуто во времени. Потому что это делается не день, не два, не месяц.

Антонов:

- У нас на прямой связи Сергей Борисович Станкевич, историк, политолог. Сергей Борисович, мы обсуждаем отставку Анатолия Эдуардовича Сердюкова и назначение министром обороны Сергея Шойгу и пытаемся понять, насколько все это эффективно. Вы же житель Подмосковья, вы уже губернаторство Сергея Кужугетовича могли на себе почувствовать или не почувствовать. Что скажете по этому поводу?

Станкевич:

- Я не знаю, что выиграет наша оборона от этого назначения. А вот то, что проиграют жители области, это мне по факту уже очевидно. Действительно, только что назначили Сергея Шойгу губернатором Подмосковья. Прямо скажем, как житель Подмосковья подтверждаю, начало было благоприятным. Только-только навели порядок, стали, наконец, мусор убирать, стало не так стыдно вдоль дорог ездить, леса передали от федералов в область и стали в лесах порядок наводить, с короедом бороться, больные деревья убирать, дороги стали ремонтировать. Конечно, многое менее чем за год невозможно было сделать, но в любом случае стилистика изменилась. И, самое главное, какие обещания были серьезные даны гражданам области. Теперь все эти обещания улетели вместе с Сергеем Шойгу, и что с ними будет, непонятно. Безвременье наступает более чем на год, а дальше Москва попадает под новый закон о выборах губернаторов, и мы втянемся в избирательную кампанию. Пожалуй, сейчас основная интрига, кто же рискнет взвалить на себя областное наследие Сергея Шойгу.

Антонов:

- Сергей Борисович, вы работали вместе с Борисом Николаевичем Ельциным. В те годы, в начале 90-х, министр обороны насколько имел голос крепкий, вес удельный в кабинете? То есть боялись ли его наши властители или нет? Или все-таки президент подбирал министра обороны под себя, услужливого, понятливого, толкового, который способен выполнять приказы и не способен на самодеятельность?

Станкевич:

- В те годы политическая роль армии была гораздо более весомой. Напомню, что от позиции армии дважды зависела власть, в 91-м и в 93-м годах. И в целом влияние и вес армейского фактора в российской политике был очень существенным. И, конечно, министр обороны был в значительной степени политической фигурой, а не просто назначенцем. Сейчас, конечно, ситуация другая, сейчас министр обороны это назначенец и не самостоятельный политический игрок ни в коем случае. Хорошо это или плохо? Я думаю, что скорее хорошо. И вряд ли это изменится при новом министре обороны. Он показал себя как системный игрок на любой должности, куда его ставили. И наверняка продолжит как лояльный член команды.

Антонов:

- Давайте выслушаем звонки.

- Григорий Викторович из Саратова. Два соображения по сложившейся ситуации. Первое соображение, что Бог все делает к лучшему. Давно пора объединить два региона, а именно Москву и Московскую область, чтобы был единый начальник над Москвой и ее прилегающими территориями, как это было своевременно сделано с Санкт-Петербургом и Ленинградской областью. Как говорится, тут и карты в руки нашему руководству политическому и административному.

Антонов:

- То есть вы приветствуете это?

Григорий Викторович:

- Да, я приветствую. Я поздравляю московскую оппозицию, что в сентябре будущего года она покажет себя во всей красе в борьбе за должность губернатора Москвы и Московской области и выступит достойно.

Гришин:

- Первый раз при мне Путина богом назвали в прямом эфире. Из серии: что бог ни делает, все к лучшему. Вообще-то, Владимир Владимирович это решение принял. При этом есть такой маленький нюанс. Пресс-секретарь Путина Песков сказал, что Шойгу назначен министром обороны по рекомендации Медведева. То есть это их совместное решение.

Антонов:

- То есть тандем продолжает действовать?

Гришин:

- Да.

Антонов:

- Следующий телефонный звонок.

- Я бы хотел в вашу бочку меда насчет Шойгу ложку дегтя добавить. Вы очень хвалите этого человека, который, в общем-то, развалил пожарную службу, и благодаря его деятельности у нас частично катаклизмы, которые были, и пожары, и т.д. Микроскопические зарплаты, бардак, вранье сплошное. Когда люди имеют хоть какое-то отношение к этим службам, они прекрасно знают.

Антонов:

- А вы бывший сотрудник МЧС?

- У меня много друзей.

Антонов:

- Дмитрий Смирнов, специальный корреспондент отдела политики «Комсомольской правды», с нами на прямой связи. Дима, будет ли Сердюков привлечен к ответственности? Какие мысли у тебя по этому поводу?

Смирнов:

- Я не знаю, будет ли привлечен Сердюков к ответственности. Я присутствовал на встрече Владимира Путина с Сергеем Шойгу.

Антонов:

- То есть ты из Ново-Огарева сейчас звонишь фактически.

Смирнов:

- Практически да. На этой встрече президент заявил о том, чтобы не мешать объективности расследования, которое сейчас идет, он принял решение об отставке министра обороны и предложил Шойгу занять эту должность. Шойгу отказываться не стал, сказал, что постарается соответствовать высокому назначению.

Антонов:

- Скажи, в кулуарах были ли какие-то разговоры? Может быть, мы, что называется, нюх потеряли, а об этом говорилось давно, об этом все знали? Или для многих это неожиданностью оказалось?

Смирнов:

- Это было для многих неожиданностью. Никто не знал, что это произойдет, даже тема встречи была неизвестна, поэтому это было решение, о котором публика не знала, скажем так.

Антонов:

- Естественно, ни Путин, ни Шойгу пока ситуацию не комментируют.

Гришин:

- Мне кажется, вполне вероятно, что возникнет фигура Грызлова на посту губернатора Московской области. Мы видим, что происходит, мы видим, что новых фигур нет. Я писал про оппозицию, координационный совет и т.д. Я говорил: нет там новых фигур, нет новых лидеров. Но новых фигур и здесь практически нет. Министрами при утверждении нового правительства стали люди, которые выросли там, в этих структурах, как правило.

Антонов:

- Но для многих эти имена новые, свежие – министр здравоохранения, министр образования, министр культуры.

Гришин:

- А скамеечка-то короткая. Есть некий президентский резерв, но на самом деле, когда доходит дело до чего-то жареного, оказывается, что на посты первых лиц, глав ведомств, структур мощнейших людей брать неоткуда.

Антонов:

- Я удивляюсь. У нас есть генералитет, у нас есть люди, которые армией управляют. То, что мы сейчас видим, такое ощущение, что есть колода, и с мастерством фокусника люди тасуют эту колоду и раскладывают.

Гришин:

- Я, конечно, не знаю, кого изберут губернатором Московской области, но я совершенно уверен, что в этих выборах обязательно будет участвовать Евгения Чирикова, которая потерпела фиаско в Химках. Теперь для нее новая площадка, она будет бороться за экологию Московской области.

Антонов:

- Давай примем звонки.

- Город Владимир. Не так давно Путин ездил к жене Солженицына. И она ему говорит: сейчас мало литературы в школе стало. А он ей отвечает: этот вопрос надо решать в установленном порядке. Я к чему говорю? Шойгу, конечно, в народе ценят, что он спасатель, вроде много сделал. Но если говорить о профессиональной среде…

Антонов:

- Скажите, Шойгу у вас вызывает доверие или нет?

- Шойгу не то что не вызывает доверия, а это устаревший министр. Если сравнивать его позитивные вещи за много лет, которые он сделал, их, поверьте мне, слишком мало. Много пресс-службы, много показанных по телевидению сюжетов, что самолеты летают, вертолеты. Но если реально сложить то, что он успел сделать, и что вообще сделано в той же пожарной охране было за предыдущие годы в порядке совершенствования, улучшения, у него таких улучшений гораздо меньше, чем у профессионалов на том же посту.

Если он придет в армию и будет разбираться так же, как в пожарной охране, то, конечно, и там люди будут относиться с недоверием, будут ругаться. Потому что он должен быть профессионалом своего дела, а не просто политической фигурой.

Антонов:

- Есть такая поговорка, что хороший начальник это начальник, у которого все работают, а его самого незаметно.

Гришин:

- Я хочу обратить внимание на один нюанс. Я не знаю, хороший или плохой начальник Шойгу, но это человек, который создает работоспособную систему. Современные российские Вооруженные силы, несмотря на то, что они должны быть жестко организованы и системно структурированы, производят впечатление абсолютно бессистемного организма, где лодки не плавают, снаряды взрываются не там, где надо, а там, где надо, не взрываются, ракеты не летают и т.д. Вот Шойгу будет отстраивать систему в Вооруженных силах и систему отношений по реализации гособоронзаказа с другими ведомствами. Точно так же, как он это делал в МЧС.

Антонов:

- Новая метла по-новому метет. Сначала всё разрушим до фундамента.

Гришин:

- Он полгода был губернатором Московской области. Что он там такого разрушил? Вот звонил Станкевич, который говорит, что пошли какие-то подвижки к лучшему. Я от Сергея Кужугетовича не млею, честно говоря, по каким-то данным, и у него есть привычки, которые можно счесть и вредными для дикой природы и т.д.

Антонов:

- Сколько Шойгу был на посту губернатора Московской области?

Гришин:

- Чуть больше полугода.

Антонов:

- За это время только понять, что происходит в этой Московской области, можно. Максим Кононенко, политолог, журналист, блогер у нас на прямой связи. Максим, за последние полтора года Шойгу два поста меняет. Был министром МЧС, стал губернатором Московской области, теперь министр обороны. Такое ощущение, что там, где горячо, там Шойгу. Что думаете по этому поводу?

Кононенко:

- Это история на самом деле не про Шойгу, это история про чудовищный кадровый голод. Нет людей. Поэтому затыкают дырки таким человеком, как Шойгу. На самом деле это довольно смешная история. Был министр, потом стал губернатором, потом опять стал министром. Сергея Кужугетовича, конечно, жалко. Он как военный берет под козырек и идет выполнять, но понятно, что не все в порядке с кадрами.

Антонов:

- Вы говорите, что есть кадровый голод. А как же президентский резерв, о котором еще в бытность Дмитрия Анатольевича Медведева часто говорили?

Кононенко:

- Резерв резервом, но вы же не возьмете из резерва человека на пост министра обороны. Резерв есть, а тех людей, которые реально занимали какие-то посты или как-то поднимаются в этот самый верх элиты, их очень мало, они остались на каких-то местах и двигаются параллельно. Эта проблема констатировалась уже очень давно, и сейчас мы видим наглядное проявление этой проблемы. То же самое мы видели, когда Путин стал президентом. Администрация президента ушла в правительство, правительство пришло в администрацию президента.

Антонов:

- Выслушаем телефонные звонки.

- Сергей, Волгоград. Я, конечно, не согласен с тем, что имеется кадровый голод. На самом деле есть голод свободы для допуска специалистов во властные структуры. Вот здесь, конечно, голод существенный. А специалисты, которые понимают структуру, понимают систему и способны мыслить на прогнозирование, в отличие от Сергея Кужугетовича Шойгу, который все время действует постфактум, таких людей достаточно много, но им не даются мандаты в высшие эшелоны власти. Вот в чем вопрос. А системность отсутствует в действиях что у того, что у другого.

Гришин:

- Я с вами не соглашусь по одной причине. Постфактум действует структура, которую он создал, Министерство по чрезвычайным ситуациям. Вот она на 99% действует постфактум. Но для того чтобы она действовала, ее надо было спрогнозировать, развить и сделать. Есть еще один нюанс. Анатолий Сердюков - человек глубоко штатский, его кроме, грубо говоря, финансовых дел реальное состояние армии и чего-то там, я так понимаю, совершенно не волновало.

Антонов:

- Сергей Иванов тоже был сугубо штатским.

Гришин:

- Сергей Борисович – выходец из определенных структур, которые трудно назвать штатскими. И именно при Сердюкове мы получили такой разлад и такие откровения между генералитетом. Он просто генералов не держал в кулаке. И они несли, кто во что горазд. Начальник Генштаба сегодня говорит одно, завтра другое, прямо противоположное. Его замы тоже несут частенько ахинею. Шойгу это все-таки кулак.

Антонов:

- То есть придет, всех построит?

Гришин:

- Да.

Антонов:

- А будет ли он в авторитете среди офицеров, среди генералитета?

Гришин:

- Он генерал армии.

Антонов:

- Просто когда сложная ситуация, взять и организовать работу, - тогда понятно: случилось что-то, упал самолет, оцепление поставить, людей, спасателей. Когда где-то наводнение – людей, спасателей. А здесь вроде ничего не происходит, а делать надо.

Гришин:

- Как ничего не происходит? Чуть ли не ядерный гриб от взрыва снарядов – это что, ничего не происходит? Это не то, что ничего не происходит, там дел – выше крыши, в наших Вооруженных силах и в структурах, которые с ними связаны какими-то отношениями. Но у нас мыслителей до фига и больше, а вот делателей у нас мало. И Шойгу как раз из когорты тех, кто делает.

Антонов:

- Саша, спасибо тебе большое.

ЧИТАЙТЕ И СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ:

Военный обозреватель «Комсомолки» Виктор Баранец: «Кто-то должен был Сердюкова поставить на место!»

Сердюков уволен с поста министра обороны

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для вас ЗДЕСЬ >>

00:00
00:00

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ