Общество

Мы уговаривали Инну Павловну написать книгу воспоминаний

Как жаль, что не уговорили...
Николай Ефимович и Инна Руденко

Николай Ефимович и Инна Руденко

Фото: Галина САПОЖНИКОВА

Слова горьки и бессмысленны. И все же...

Однажды с Галей Сапожниковой мы рванули к Инне Павловне. Купили цветов – все искали, чтобы хоть чуточку были похожи на полевые. Почему-то казалось, что именно такие должны ей понравиться. Прихватили новые книжки: без них невозможно было появляться на пороге ее квартиры. Она просто-таки требовала держать ее в курсе новинок, особенно если речь шла о мемуарах. Как-то попросила найти воспоминания Азы Аликбековны Тахо-Годи, вдовы философа Лосева. Всё никак не удавалось, и я даже заикнулся, что, может, это скучно – ну что может написать жена философа... Ну что ты?! - услышал в ответ и все понял. Через несколько дней редкая книга была у нее.

Мы с Галей в тот вечер в один голос уговаривали ее написать свою книгу воспоминаний. Ведь даже за те несколько часов в ее рассказах было столько всего удивительного, столько – не побоюсь слова – уникального. А она упрямо отмахивалась, нещадно курила одну сигарету за другой и продолжала не столько вспоминать, сколько расспрашивать обо всем — о редакции, о жизни... Ни разу за весь вечер (мы сидели на уютной кухне с ее прекрасным котом, за рюмкой водки с правильной картошкой-селедкой) она не дала понять, что ей трудно, неинтересно, что давит возраст. А ведь уже не выходила из квартиры. Она была такой компанейской, дружеской и жизнерадостной, такой своей, никакой ни легендой 6-го этажа и всей советской журналистики, что до сих пор чувствуешь привкус этого счастливого настроения. Лишь изредка поглядывала на наш букет. И мы поняли, что он ей нравится.

Инна Руденко и Галина Сапожникова

Инна Руденко и Галина Сапожникова

Фото: Николай ЕФИМОВИЧ

В какой-то момент я решился сделать все же несколько кадров. И она вдруг согласилась, хотя очень не любила фотографироваться. Мы ведь не знали, увидимся ли еще вот так. И долго-долго прощались. Так не хотелось уходить в уличную суету!

Она нас проводила до двери, стараясь незаметно касаться стены. Ноги уже совсем подводили. Это было не в ее характере - показывать слабость. Она была гордой. И очень родной...

И до конца оставалась очень хорошим человеком. Я даже не знаю, что мне больше греет душу — или ее легендарные очерки или вот эта потрясающая хорошесть . Талантливых людей немало, а вот чтобы сразу и талантливые и хорошие — редкость.

Спасибо, Инна Павловна!

Прощание с Инной Руденко состоится 15 декабря в 11:30 в Богоявленском кафедральном соборе (Елоховская церковь) на Спартаковской ул.,15 (м.Бауманская). С 14 до 15 часов пройдут похороны на Троекуровском кладбище (уч.1, мог.168). В 16:30 поминки в Большом зале Центрального Дома журналистов на Никитском бул., д.8-а (м. Арбатская).

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Владимир Мамонтов, директор радиостанции «Говорит Москва»

Умерла Инна Павловна Руденко. Великий наш журналист. "Комсомольской правды". Остались её строки, её смех. Её "Долг". Её потрясающая скромность, человечность, нравственная точность. "В отличие от некоторых других людей, которые себя ставят высоко, я о себе невысокого мнения. С детства мечтала работать в газете. Мечта сбылась - это счастье. Полвека в любимой газете. Бывают разочарования. Иногда думаю: пишешь, пишешь... И все - как в вечную мерзлоту. В опасные минуты вспоминаю Бродского - на свете есть люди лучше тебя..." Как писали в дни её юбилея Александр Куприянов и Владимир Снегирёв, мы точно знаем, что "она лучше нас".

Шеф-редактор журнала «Родина» (бывший заместитель главреда «КП») Игорь Коц:

Инна Павловна, что бы я делал без Вас…

Ушла из жизни легенда советской журналистики, обозреватель «Комсомолки» Инна Руденко

Ушла Инна Павловна Руденко. Это было написано к ее недавнему юбилею. Она читала и смеялась своим неповторимым, заразительным, единственным на весь мир и шестой этаж смехом. (подробности)

Ушла в прошлое серьезная журналистика, в которой было много букв...

Наталья Барабаш, бывший редактор "толстушки" "КП"

Ушла Инна Павловна Руденко. Сейчас все, кто ее знал, будут вспоминать, искать слова. Я тоже задумалась: что, что в ней было самое невероятное? Интерес к жизни. Звучит банально, но некоторые уже в тридцать смотрят на все ленивым взором с поволокой, а к 50 бронзовеют. Инна Павловна, прихрамывая, брела по комсомольскому коридору, пуская драконий дым вечной сигаретки, как пират по своему судну. Они собирались своей разудалой компанией, спорили о заметках, редакторах, временах. Выпивали. Писали очерки. Бились за каждую строчку как за последнюю шлюпку (подробности)

ОЧЕРКИ ИННЫ РУДЕНКО

А за окном твой Большой дом

Мой письменный стол в нашей квартире - предмет постоянных снисходительных усмешек, а то и ворчаний для моих выросших детей. Стол прямо нахлобучен горой писем. Пожелтевшие листочки, слова, писанные ручкой, разный почерк, разные, но всегда правдивые имена. «Зачем тебе эти древние послания, что ты их хранишь?» Вся моя журналистская жизнь связана с письмами (подробности)

Письмецо в конверте, погоди, не рви!

В интернете ширится движение за отказ… от виртуальной переписки

«Доброго времени суток, Марина. Я так рада, что ты у меня есть, мне сложно общаться с людьми в реальном мире, а в интернете особо о своих проблемах не поговоришь. Не знаю, можешь ли ты себе представить, как я рада, что могу с тобой поделиться самым сокровенным…», - это выдержка из бумажного письма, опубликованного «ВКонтакте». Неизвестные авторы юного возраста пишут и пишут, строчат и строчат, но вовсе не стучат пальцами по клавиатуре. Мальчики и девочки, заядлые интернетчики, вдруг взялись за ручки и бумагу и пишут незнакомцам, складывают фолианты в конверты и отправляют их в другие города. Адреса берут не наугад: в группе с прозрачным названием «Бумажные письма» они оставляют несколько слов о себе и указывают адрес почтового ящика, но не электронного, а обычного, того что висит в подъезде между первым и вторым этажом. Да, да, той самой железяки, куда нам еще квитки за квартплату кладут и рекламные буклеты (подробности)

«Долг»

После этого очерка Инны Руденко наше государство впервые серьезно занялось проблемами «афганцев», солдат, десять лет выполнявших «интернациональный долг» в Афганистане. За время той войны погибло, по официальным данным, 13 835 советских ребят... (подробности)

Без любви?

Начну с конца. С последних строк письма, которое давно не дает покоя. Не заморачивающийся поиском замысловатого ника наш читатель Юрий из города Маркс Саратовской области приходит к выводу: «Никто не хочет меня любить. Вот такая высокодуховная жизнь получается». Вывод пугающий - жить без любви, быть может, проще, но как на свете без любви прожить? Старая, но не устаревающая наша песня. Что же произошло с Юрием? Уверена, вы удивитесь, как и я вначале, узнав ответ на этот вопрос по прочтении письма целиком (подробности)

Люди не хотят привыкать к плохому

Книгу для детей и о детстве двух малышек-сестричек. Простое о простом. Но как же все живо, чистосердечно, трогающе душу! Двор не просто место между домами - «он полон голосов, звуков, запахов, как лесная поляна в знойный летний полдень». Обыкновенные малышки-сестрички воплощали собой все детство - «когда каждый день было видно все, что сегодня каждый день не видно». Соседка по коммуналке, раздражающе простонародно грубоватая, каких миллионы, оказывалась наделенной необыкновенной способностью тебя, соседа, любить. А в «мире ничего, ничего нет, кроме любви, - и ничего никому из нас больше и не надо». А потом я прочла его серьезное исследование о нашем знаменитом классике (подробности)

Рекомендуемые