2018-08-10T18:05:15+03:00

Заповедники. Внимание, они в опасности!

Из нашего архива: “Комсомольская правда”, 11 декабря 2003 г.
Поделиться:
Комментарии: comments1
Московская область, Серпуховский район. Зубры в Приокско-Террасном заповеднике.Московская область, Серпуховский район. Зубры в Приокско-Террасном заповеднике.Фото: Михаил ФРОЛОВ
Изменить размер текста:

В конце ноября (2003 г. - прим. ред) Дума приняла поправки к лесному законодательству, разрешающие переводить лесные земли в «нелесные» и позволяющие вести на них строительство. Люди, понимающие, что стоит за поправкой к закону, решительно воспротивились. Депутат Сергей Митрохин сказал: «Эти поправки позволяют росчерком чиновничьего пера переводить под коммерческую застройку национальные парки, заповедники, защитные зоны вокруг водоемов и больших городов». Под этими словами подпишется каждый, кто знает, какова ныне роль заповедников в мире и в каждой стране. Рассмотрим кое-что для непосвященных.

Интенсивная деятельность человека на Земле возрастает лавинообразно. Спасти островки дикой природы могут только заповедники. Истину эту не надо доказывать. Американцы свои национальные парки и заповедники считают высшей национальной ценностью. Она неприкосновенна! Политик, который в США попытался бы на нее покуситься, немедленно поставил бы крест на своей политической карьере. Африка, сто лет назад являвшаяся «сплошным заповедником», сегодня сохранила диких животных только на заповедных территориях. Отсталым в своем развитии государствам хватило «цивилизованности» эти заповедники учредить и бережно к ним относиться.

В Советском Союзе реконструкция хозяйства страны в 30-х годах прошлого века заставила создать продуманную систему заповедников. Кое-кому из хозяйственников они мешали. Некоторые (и при Сталине, и при Хрущеве) закрывали, но потом, одумавшись, открывали вновь. И оберегался в неприкосновенности статус заповедного дела. Эта форма охраны природы превосходно работала. Благодаря заповедникам удалось сохранить соболя, исчезавшего в Сибири повсюду. В Казахстане и в Калмыкии строгой охраной почти из небытия удалось вернуть антилопу сайгу. Воронежский государственный заповедник помог сохранить повсюду исчезнувшего бобра и расселить его не только в нашей стране, но и во всех странах Восточной Европы. В европейской части страны в сотни раз удалось увеличить численность лосей. В 1928 году на территориях Московской, Тверской, Калужской, Костромской, Ярославской, Новгородской областей насчитали всего 27 (!) лосей. А в 60-х годах благодаря строгой охране только в московских лесах было их несколько тысяч. Сегодня же тут даже следа лосиного не увидишь! Истребило лосей выделение под садовые участки «лесных болотистых неудобий», где животные имели убежища, и еще – бесконтрольная вольница «охотников-браконьеров». Лоси в серединной России сохранились практически лишь в заповедниках.

Василий Песков. Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Василий Песков.Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

И вот теперь уже не «болотистые неудобья», а самые что ни на есть ценные заповедные земли могут попасть под застройку. И чем? Престижными особняками разбогатевших людей. Слово «заповедник» дразнит их слух так же, как «Рублевское шоссе», как «Барвиха». Денег укорениться в заповедниках у них хватит. И чиновники, готовые положить в карман свой деньги, найдутся везде.

Удивляет логика нашей власти. Это не первый шаг в наступлении на все, что хоть как-то сохраняло природу и не роняло нас в ряду «цивилизованных государств». Нынешняя реконструкция экономики побудила ликвидировать Комитет по охране природы, учрежденный у нас, когда уже в каждом государстве Европы такие комитеты (или министерства) существовали. Следом было ликвидировано Лесное Ведомство, существовавшее в России (лесном государстве!) 200 лет со времен императора Павла. За плечами этого Ведомства – созданная с нуля система лесопользования, лесная наука, обдуманные законы, традиции, кадры лесных работников. Вместо того чтобы повернуть Ведомство лицом к новым проблемам, его упразднили с явной целью убрать все препятствия на путях захвата природных ресурсов. Мы присутствуем сейчас не только при расхищении земных недр, но и при разбойничьих вырубках наших лесов. При такой ситуации логика требует сберечь хотя бы самое ценное – заповедники – как резерв возрожденья природных ценностей в государстве. Увы, поднята рука и на заповедники. Мало того что в руках Министерства природных ресурсов оказались они беспризорными, новый закон позволяет их попросту растоптать. Потери тут будут не только экологические, но и очень большие нравственные.

Понимая наши нынешние трудности, международные организации по охране природы и общественные фонды в разных странах помогают заповедникам выжить. Маленькая Голландия уже многие годы финансирует Союз охраны птиц России, борется за спасение дальневосточного леопарда. Энтузиастами во многих государствах предпринимаются отчаянные попытки спасти амурского тигра. (И леопард, и тигр оказались под угрозой исчезновения из-за пожароподобной, бесконтрольной вырубки леса). Международные фонды охраны заповедников уже несколько лет финансируют наш экологический просветительный центр «Заповедники». Ученые получают международные гранты для поддержанья науки и охранных мер в наших заповедниках. Не стыдно ли принимать эту помощь при том, что сами мы законодательным порядком готовы пройтись по заповедным территориям катком строительства частных особняков?

В Америке я специально интересовался проблемой сохраненья и расширенья оберегаемых территорий. Если там в момент организации заповедника или Национального парка оказалась чья-то постройка или хотя бы маленькое производство, государственные и частные организации стараются выжить «червяка из яблока». И выживают, выплачивая ему компенсацию, часто безмерно завышенную. Мы же хотим законодательно «червоточиной» заповедное дело разрушить.

Как проходила поправка к закону в Думе? Слава Богу, нашлись там люди, объяснившие, какие последствия влечет поправка к Закону «О лесных землях». Поправка вначале не была принята. Но в тот же день, через несколько часов (почему?!), назначили переголосованье. И на этот раз добавились голоса «за». Каким образом за два-три часа перерыва удалось заставить людей переменить свои взгляды на противоположные? Ясно: осуществлялось давление (говорят, «колоссальное»). Кем, чем? Давила исполнительная власть «локтем» или «заинтересованные граждане» тугим кошельком? Возможно и то, и другое. Голосов «Яблока» и КПРФ не хватило противостоять постыдному «подкопу» под заповедники и особо охраняемые территории. Любопытно, что все голосовавшие «за» слова не проронили, что это, мол, заповедникам ничем не грозит. Знают: грозит! Но своего добивались.

Читая о драматическом голосовании в газетах, я вспомнил, как Владимир Вольфович Жириновский весной в «День птиц» на Тверской улице топтался среди детишек, держа в руках скворечник и готовый перед телекамерой даже влезть с ним на дерево – пусть все знают: «Я за охрану природы». Но вот наступил момент истины, и скандальный наш депутат, не задумываясь, сбросил маску – сам и его подручные в партии голосовали за принятие поправки.

Изумляться поведению Жириновского было бы наивным. Таков он всегда. Удивило и, признаюсь, очень огорчило другое – позиция в этом принципиальном споре Председателя Совета Федерации Сергея Михайловича Миронова. С геологическим молотком Сергей Михайлович обошел горы и долы Отечества и, не сомневаемся, хорошо понимает, как раз за разом сдаются позиции в охране природы. Сергей Михайлович создал «Партию Жизни», декларируя защиту всего живого и здоровой среды для жизни людей. И что же? Зажег Сергей Михайлович поправке к закону заградительный свет, объяснил сенаторам, как проходило голосование в Думе, и, как минимум,попросил ли отложить голосование в совете для внимательного изучения проблемы? Ничуть не бывало! Решение Думы в пожарном порядке Советом Федерации было одобрено. Вот тут есть о чем всем нам подумать - о личности человека, о словах и делах его партии, о гражданственности, наконец…

Мне говорят: поздно писать – поезд ушел, президент подпишет закон – и все. Нет, не все! Речь в данном случае идет не только о возможных экологических ранах, но и больших моральных потерях. Мы должны иметь хоть небольшие победы на этом фронте. Иначе двигаться будем не вперед, а назад. Необходимо добиться, чтобы поправка к закону была возвращена президентом на доработку в новую Думу. И чтобы в поправке было четко записано следующее: «Водоохранные леса, леса, окаймляющие большие массивы жилья, территории национальных парков и заповедников, неприкосновенны. В них недопустима никакая застройка – ни государственная, ни частная». Этого достаточно для записи в Конституции. Всех, кто с этим согласен, мы просим немедленно нам написать с пометкою на конверте: «Заповедники». Пакет или мешок ваших писем мы публично передадим в Думу с требованием вернуться к злополучной поправке. И не дадим заморочить нам голову словесами вроде того, что никаким водоохранным зонам и заповедникам поправка не угрожает. Угрожает! Поглядите, что делается возле московских водохранилищ. Когда-то к ним на два километра не подпускали даже сборщиков грибов. И правильно делали: питьевая вода должна быть чистой! Посмотрите теперь на берега этих водохранилищ – какие там бабки с грибами, там и сям – поселки трехэтажных особняков у самой воды! И все, что из этих поселков льется и сыплется, попадает в воду, которую мы с вами пьем. Кто, за какие деньги разрешил это преступное строительство? И как сковырнуть теперь эти «чирьи» у источников питьевой воды? Сами обитатели «замков» пьют воду из бутылок, спокойно наблюдая, как по воде, предназначенной для снабжения огромного города, плавают мусор и фекалии. И так обстоит дело не только вблизи Москвы. Что ж удивляться вспышкам гепатита, дизентерии и всего, чему способствует загрязнение вод. За вилы браться против таких порядков? Попробуем более спокойные средства. Напишите нам непременно! Естественно было бы обнаружить в почте этой и письмо Виталия Григорьевича Артюхова (министра природных ресурсов) – заповедники находятся в его ведении, и он обязан хотя бы по долгу службы их защищать. С удовольствием мы дали бы слово в газете Председателю Совета Федерации Сергею Михайловичу Миронову… Еще не все потеряно. «Поезд» можно остановить – попросить президента не спешить с подписанием закона – и сделать пристальный досмотр груза «в поезде» - не опасен ли он для общества?

В. Песков.

(“Комсомольская правда”, 11 декабря 2003 г.)

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также