2019-10-12T04:31:39+03:00

В октябре 1993 Ельцин победил в гражданской войне блицкригом

Колумнист "КП" Сергей Мардан вспоминает неоднозначные события расстрела Белого дома
Сергей МАРДАНжурналист
Поделиться:
Комментарии: comments63
В гражданской войне в любом случае кто-то должен победить. Ельцин победил в ней блицкригом. Нам повезло.В гражданской войне в любом случае кто-то должен победить. Ельцин победил в ней блицкригом. Нам повезло.Фото: фотохроника ТАСС.
Изменить размер текста:

Октябрьским событиям 1993 года Борис Ельцин постарался сразу подвести итог, объявив 7 октября общенациональный траур по погибшим. Он не праздновал «победу» над мятежниками, сразу взяв курс на умиротворение страны.

Уже спустя 5 месяцев Государственная дума объявила политическую амнистию всем участникам событий. Вожди восставшего Верховного Совета вышли на свободу.

Впоследствии события 3-5 октября 1993 года всегда официально назывались «трагическими». Но в последние годы, обсуждая эту тему, стало почти обязательным указывать на «неоднозначность» позиций обеих сторон, включая конечно и Ельцина. Тем более, что объяснить «по-простому» расстрел российского парламента из танков никогда особо не получалось.

Что же это было? Антиконституционный переворот? Узурпация власти президентом? Или восстание коммунно-реваншистов?

К октябрю 1993 года большинство людей в революции были разочарованы. Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

К октябрю 1993 года большинство людей в революции были разочарованы.Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Любой однозначный ответ будет неверным.

К октябрю 1993 года большинство людей в революции были разочарованы. Романтика перестройки вспоминалась со стыдом.

На окраинах СССР полыхали локальные гражданские войны. Грузия и Таджикистан лежали в руинах, шла война в Карабахе, русские беженцы ехали в Россию ото всюду.

Остатки российское армии в 1992 году ушли из Чечни, а Казань приняла Декларацию о государственном суверенитете. Все это означало распад уже не СССР, а Российской Федерации.

Было полное ощущение, что государство доживает последние месяцы. Существование любых институтов власти включая и Совет народных депутатов и президента казалось какой-то нелепицей. Потому что, никакой реальной власти у них не было, а они продолжали бороться друг с другом за то, чего нет.

И весь этот ураган несся с чудовищной скоростью, которая просто валила с ног. Никто был не в состоянии даже осмыслить, что происходило, не говоря уже о том, чтобы хоть чем-то управлять. Страна погрузилась в хаос всего за два года.

Танки Ельцина, которые 4 октября расстреливали из 155-миллимитровых орудий Белый дом и группа «Вымпел», которая в то же самое время палила из крупнокалиберных пулеметов по невооруженной толпе возле телецентра в «Останкино» - это было что-то совершенно новое, чего москвичи и вся Россия тоже точно не ждали.

За предыдущие 5 лет они видели, распад Варшавского договора.

Хорошо помнили импотентов из ГКЧП, которые остановились перед самодельными баррикадами вместо того, чтобы раскатать их в труху вместе с защитниками. В памяти был Горбачев, который после освобождения из Фороса, вместо того, чтобы расстрелять и членов ГКЧП, и Ельцина добровольно отрекся от власти. Ельцин, который в августе 1990 призывал в Уфе национальные автономии «брать суверенитета столько, сколько переварите».

От решительности и жестокости Ельцина просто захватывало дух.

Думаю, даже большевики были бы впечатлены масштабом карательной экспедиции в собственной столице первого президента России. В 1917 году они смогли обойтись вполне условной артиллерийской бомбардировкой Кремля, которая имела больше психологический эффект. А тут все без сантиментов. Было понятно, что в случае необходимости Борис Николаевич приказал бы стрелять прямой наводкой и по Спасской башне, а не только по сооружению лауреата трех Сталинских премий архитектора Чечулина.

Расстрел Белого дома в октябре 1993 года. Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Расстрел Белого дома в октябре 1993 года.Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

А всё сразу разрешилось.

Ельцин не просто расстрелял непокорный парламент. Это была демонстрация того, что в России есть власть, которая будет бороться с угрозой себе всеми имеющимися средствами.

Эту демонстрацию верно воспринял прочитал татарский президент Шаймиев, сразу ставший тем самым осторожным Шаймиевым, которого мы потом знали все последующие 25 лет. Перестал вспоминать про башкирский суверенитет президент Рахимов.

Октябрьские события 1993 года стали прологом к первой Чеченской войне. Трудно сказать, представлял ли себе Борис Ельцин в каком чудовищном состоянии находится российская армия, но подавив крамолу и запугав непокорных в Казани и Уфе, ему не оставалось ничего другого, как восстановить российскую государственную власть в Чечне.

Он и там был верен себе.

Если его не смутила танковая стрельба в центре Москвы, что уж тут было говорить о Грозном, который подвергли авиабомбардировкам, словно речь шла не о русской крепости Грозной, построенной в 1818 году генералом Ермоловым, а о немецком Кёнигсберге.

Однако, несмотря на пролитые реки крови, «новая Россия» начала кристаллизоваться как государство именно начиная со штурма Верховного Совета РСФР 4 октября 1993 года.

В тот день народ «принял» Бориса Николаевича. Не как советского смутьяна, боровшегося с генеральным секретарем Горбачевым, но как «власть имеющего» распоряжаться жизнью и смертью своих подданных.

Никаких теплых чувств он до конца своей жизни не вызывал. Его принимали как меньшее зло по сравнению с тем, что могло быть.

Я в свои 24 года тогда довольно четко понимал, что если бы Ельцин не раздавил очередную смуту в самом ее зародыше, то вслед за Москвой заполыхала бы вся страна и Россия сгинула бы в очередной гражданской войне, которую точно уже не пережила бы. И меня вместе с моими ровесниками пригласили бы повторно на призывные пункты с военными билетами для дальнейшей мобилизации согласно полученной ВУС (военно-учетной специальности). А я становиться наводчиком реактивной системы залпового огня «Град» больше не хотел. Ни в Красной армии, ни в Добровольческой армии Юга России.

Меня, поэтому, совершенно не трогают умные рассуждения про то, что если бы Россия не отреклась от принципов подлинной демократии и истинного парламентаризма в октябре 1993 года, то все у нас сегодня было иначе. Была гармония, респектабельные политические партии, оппозиция ее величество, а не мордор проклятый.

Если бы Ельцин не оказался таким жестоким и властолюбивым упырем, который плевать хотел на ваш парламентаризм, очень многих сегодня просто не было бы в живых.

В гражданской войне в любом случае кто-то должен победить. Ельцин победил в ней блицкригом. Нам повезло.

КСТАТИ

На Радио «Комсомольская правда» у Сергея Мардана выходит своя авторская программа. Стиль неповторим, юмор непереводим, харизма бешеная. Ну, что вы хотели - это же Мардан! Подписывайтесь на новые выпуски в Apple Podcasts или Google Podcasts и слушайте, когда удобно.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также