Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+13°
Boom metrics
Общество21 апреля 2020 12:32

Андрей Макаревич объяснил, почему вступился за сериал о Зулейхе

Лидер «Машины времени» расставил точки над «i» в беседе с нашим обозревателем Александром Гамовым
Андрей Макаревич

Андрей Макаревич

Фото: Иван МАКЕЕВ

И вновь высказывание Андрея Макаревича стало яблоком раздора для многих россиян. На сей раз завсегдатаи соцсетей ломают копья под комментарием музыканта в Фейсбуке по поводу сериала «Зулейха открывает глаза», поставленного по одноименной книге писательницы Гузель Яхиной. И под публикациями СМИ - насчет острого поста Андрея Вадимовича...

Мишенью для критики стало даже не само мнение «фигуранта» по поводу книги и телефильма - в принципе, каждый имеет право на собственное видение. Взрыв эмоций спровоцировала тирада, характеризующая аудиторию:

«Просто население наше четко разделилось на два, простите, биологических вида. Одному виду свойственно читать книги. Другой вид смотрит телевизор. Про прочие различия между ними умолчу. Наши пропагандисты за шесть лет провели безупречную селекцию. Плоды, правда, пожинать только начинаем", – написал Макаревич.

Именно в этом зрители и читатели увидели оскорбительные нюансы.

Обозреватель «КП» созвонился с лидером «Машины», чтобы расставить точки над «i»

- Андрей, вот пишут, что Макаревич опять обидел россиян…

- Ну, что с чудаками делать? Они ж не читают ничего. Они видят фотографию и, значит, это я опять кого-то оскорбил. Висит заголовок, а дальше расположен текст, который прямо противоположен этому заголовку… Ну, я плевал на это – и тебе советую.

- Слушай, а ты сам-то эту книгу читал?

- А как ты думаешь? Если я о ней высказываюсь, я ее читал или нет? Ну, мне даже странно, что такие вопросы задаешь.

- Извини. А фильм смотришь?

- И фильм смотрю.

- Я так понял, что россиян обидело то, что ты разделил их на два биологических вида. Один – книжники, другой – телевизионщики.

- И что тут обидного?

- Не знаю.

- Вот и я не знаю.

- А вот ты пишешь, что пропагандисты за последние шесть лет сделали свое дело черное. А почему шесть лет?

- Ну, есть разные мнения. Кто-то считает, что - прямо начиная с 17-го года. Кто-то считает, что последние 20 лет. Это, на самом деле, уже неважно. Потому что в последние годы, особенно после Украины, уж больно насыщенно все происходило.

- Вот ты еще пишешь, что «про прочие различия между ними умолчу – г... закидают». А какие различия ты еще видишь?

- Вот если ты возьмешь одного человека, для которого нормальное состояние - это читать книжки, и второго человека, для которого нормальное состояние – это телевизор смотреть, а книжки при этом не читать, кто тебе интереснее?

- Ну, мне, как журналисту, интересны в принципе все.

- Нет, как человеку, с которым поговорить можно, с которым ты, может быть, совпадаешь в каких-то своих представлениях.

- Ну, наверное, который книжки все-таки… Я телевизор стараюсь не смотреть.

- Смотри-ка, догадался! Вот и я так думаю. Книги, как правило, задают вопросы, на которые твоя голова должна отвечать. А телевизор дает готовые ответы. Причем, не те, которые бы родились у тебя, а те, которые им интересны.

- Слушай, а сейчас же другое у нас телевидение.

- Что ты говоришь? А что там произошло?

- Ну, как? Коронавирус. Макаревич на карантине. Гамов на удаленке.

- Макаревич в телевизоре-то и не появлялся. Хотя несколько дней назад был, как ни странно. Гамов тоже как-то по телевизору не очень. Да нет, все там те же остались... Да все то же самое…

- Скажи про себя. Как ты?

- С момента нашего последнего разговора - без особых изменений. Делаем какие-то смешные совместные музыкальные проекты. С Лешей Кортневым, с Ромарио. Тут поэтический фестиваль ожидается большой. Будем стихи читать просто. Да масса дел.

- Так, когда ты в следующий раз собираешься обидеть россиян?

- Ты думаешь, я это по плану делаю?

- Ну, не знаю… У некоторых складывается впечатление…

- Да, что-то давно никто россиян не обижал… Я не знаю, какой чудак это придумал. Я вообще обижать никого не люблю. И этим не занимаюсь. Если я говорю вещи, которые, на мой взгляд, являются правдой, хотя, может быть, и не всем приятной, это совсем не значит, что я хочу кого-то обидеть. И мне это, честно скажу, смертельно надоело.

- Хотя – «не могу молчать» - так получается?

- Послушай, ну, есть молодые люди, у которых четыре клеточки в голове, которые зарабатывают свои маленькие денежки… О, Макаревич вякнул. Посмотри, чего там? Прочитали. Ни черта не поняли. А как назвать? Ну, как обычно: «Макаревич опять оскорбил россиян». Давай! И пошло.

- Нет, я другой заголовок поставлю. А давай вместе придумаем?

- Не знаю, я не умею придумывать заголовки. Мне кажется, самое простое и самое разумное, что может быть: вот я написал какую-то штуку, если она вам кажется интересной, напечатайте ее. Не надо только объяснять, кого я там и чем обидел. Люди сами разберутся, когда прочитают.