Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+29°
Boom metrics
Общество7 мая 2020 22:00

Бабушки забывают, как открыть дверь, и просят поднять пульт: кто звонит в службу спасения во время самоизоляции

Корреспондент «КП» заступил на дежурство со спасотрядом, в котором сотрудники не получают зарплату
Бойцы «СпасРезерва» выходят на дежурства бесплатно.

Бойцы «СпасРезерва» выходят на дежурства бесплатно.

Фото: Андрей АБРАМОВ

09:30. Крепкий кипяток вспенил кофе в чашках, и тут же забренчал телефон. Рома схватил трубку и стал царапать в блокноте вызов. Остальные уже подорвались: надевали неуклюжие пожарные брюки и затягивали берцы. Через минуту команда загружалась в «Газель» с оранжево-синей лентой на борту. Кофе остался стоять на столе на следующие девять часов.

НОВИЧКОВ ОТГОВАРИВАЮТ

Мы в отряде «СпасРезерв». Все его сотрудники на дежурство заступают бесплатно. Да, совсем ничего не платят, но добровольцев от этого меньше не становится. Все прошли курсы профподготовки и первой помощи. Умеют вскрывать двери, разжимать металл пережеванных в ДТП машин и работать с альпинистским снаряжением.

— По телеку увидел и записался.

— Ошиблась дверью, хотела на курсы первой помощи, а попала сюда.

— Здесь многие ошиблись дверью и остались...

— Это образ жизни, — рассказывают члены отряда.

Старший смены Роман Черниченко показывает полный багажник спасательного оборудования в служебном авто.

Старший смены Роман Черниченко показывает полный багажник спасательного оборудования в служебном авто.

Фото: Андрей АБРАМОВ

Кого-то жизнь помотала, и он начинает все с чистого листа. Иной устает от семьи и сюда приходит на сутки отдыхать. Есть бизнесмены, есть те, кто приходит за адреналином. Двойная жизнь. Участники рассказывают, что командиры поперву всячески отговаривают добровольцев:

— Пару недель названивал, чтобы меня приняли, но руководитель вежливо отказывал: «Оно тебе надо? Мест нет. Подумай...», — вспоминает водитель отряда Рустам, который себя в мирной жизни называет «офисным планктоном». — В первый день нам включили видео обрушения аквапарка «Трансвааль», кровавые аварии — самое мясо. После этого два человека встали и ушли. Затем во время обучения отвалились еще несколько.

Поверх формы многие надевают огнеупорные пожарные брюки. Кто знает, что ждет на вызове?

Поверх формы многие надевают огнеупорные пожарные брюки. Кто знает, что ждет на вызове?

Фото: Андрей АБРАМОВ

После обучения заступать на дежурства остаются в среднем от 4 до 10 спасателей с набора в 25 человек. Экипажи формируются по принципу свободного окна. Всего в «СпасРезерве» числятся 300 человек.

На дежурство в отряд заступают по шесть человек.

На дежурство в отряд заступают по шесть человек.

Фото: Андрей АБРАМОВ

ТЯЖЕЛО, КОГДА НЕТ РАБОТЫ

Самое странное, что дежурить приходят не только увлеченные волонтеры, которые в обычной жизни работают в офисах и на прочих мирных работах. Есть действующие пожарные и спасатели. У кадровых «спасюков» график сутки-трое, и один из выходных некоторые проводят на бесплатном дежурстве. Премий, медалей, выслуги за это не полагается.

В Москве три хода «СпасРезерва»: восток, центр и юго-восток. Ходом называют экипаж. Последние полтора месяца по будням заступает один, а в выходные дежурят все. В каждой смене шесть человек: обязательно водитель, который прошел курсы управления оперативным авто, и старший — наиболее опытный сотрудник.

Смена 24 часа. Вызовы приходят от 112 и 101. Пока едем на первый, падают еще несколько звонков. С наступлением самоизоляции обращений стало больше.

— Тяжелый день — это когда работы нет. Бывает по 15 звонков, и это совершенно не утомляет. Все работать любят, иначе зачем все это? Тяжелее всего вызовы в четыре утра. Считается самым беспокойным временем. Потом уснуть точно не получится, — рассказывает резервист Рома, который работает еще и диспетчером 112.

Иногда работать приходится вот так — в кромешной тьме.

Иногда работать приходится вот так — в кромешной тьме.

Фото: Андрей АБРАМОВ

ЧЕЛОВЕК ЗА ДВЕРЬЮ

Сталинские пятиэтажки во дворах Преображенки. В подъезде чисто, но в кармане мрачный коридор, который ведет к десятку «коммуналок». За хлипкой дверью помощи просит пожилая женщина.

— Нижний замок давно сломан, я им не пользуюсь, он открыт! А теперь верхний заело — не могу выйти, — доносится голос из-за двери.

В щель между дверью и косяком видно защелки замков. Верхний, на который грешит женщина, открыт.

Водитель Рустам в обычной жизни называет себя «офисным планктоном».

Водитель Рустам в обычной жизни называет себя «офисным планктоном».

Фото: Андрей АБРАМОВ

— Вставьте ключ в нижний, — командует спасатель.

— Но он не работает! Я вам говорю, у меня верхний сломан.

— Вставьте ключ!

После минутных препирательств узница последовала совету - и дверь отворилась.

Обработка антисептиком после вызова.

Обработка антисептиком после вызова.

Фото: Андрей АБРАМОВ

— Ой! Как получилось? Вы что-то снаружи сделали?

— Магия и опыт. Всего доброго, — прощаются спасатели и объясняют мне, пока идем в машину: — Забывают, как пользоваться замками. Будут уверять, что он сломан, пока ты им не скажешь покрутить ключ. Иногда спрашиваешь: «У вас точно нет щеколды с той стороны?» «Нет-нет, это замок заело!» Вскрываешь дверь, и оказывается, что ее держала задвижка. Оправдываются: «Так это не щеколда, а шпингалет!»

«ЖАЛКО» НА ВСЕХ ХВАТИТ

Служебный автомобиль проносится мимо метро «Деловой центр». За спиной остаются башни «Москва-Сити». Мы ныряем во дворы и десантируемся возле облупившейся десятиэтажки. Дверь квартиры не заперта. За ней две комнаты. Одно помещение пустое, белый свет из окна торжественно отражается от голых стен. Во втором — вечный сумрак. Советская стенка-шкаф, пара убитых диванов, стертый ковролин.

В комнате двое стариков. Дедок в растянутой майке и семейных трусах подскакивает при виде спасателей, но сделать шага не может. В паре метров от него на полу бабушка — упала с дивана. Неходячая и ничего не соображает.

— Она описалась… Может, соцработник придет завтра и помоет. Помогите поднять, — молит дед.

Крепкие парни махом поднимают тело и укладывают его на кровать.

— Первое время все пропускаешь через себя. Потом этого становится так много, что понимаешь: твоего «жалко» не хватит и начинаешь отсекать — за пределами работы не думаешь об этом, — говорят спасатели.

Состоялся диалог:

— Запах первой бабушки никогда не забыть.

— Особенно когда телу несколько дней.

— Я вообще про живых бабушек, но с мертвыми то же правило работает. На такие случаи с собой бальзам-«звездочка».

Блондинка Маша работает на почте, а в выходные заступает на дежурство.

Блондинка Маша работает на почте, а в выходные заступает на дежурство.

Фото: Андрей АБРАМОВ

МАША НОСИТ НОЖ

Маша — невысокая блондинка с живым взглядом. Каждый раз, когда кто-то из членов команды говорит по работе, она отвечает четким «Принято!», а захлопывая грохочущую дверь «Газели», рапортует «На борту!» — все уселись, можно ехать.

— Первое время не понимаешь, почему между вызовами все весело общаются, а потом приезжаешь на место и приходится нести погибшего. После первой такой картины мне было не по себе двое суток. Старший позвонил, я сказала, что справлюсь. Так и получилось.

Маша работает на почте — выстраивает процессы внутри компании. Она из тех, кто три года назад ошибся дверью и с тех пор ходит на смену несколько раз в месяц. На работе о ее хобби не знают.

Спасатели высматривают, как пробраться на крышу здания, чтобы освободить котят. В этот раз ничего не вышло.

Спасатели высматривают, как пробраться на крышу здания, чтобы освободить котят. В этот раз ничего не вышло.

Фото: Андрей АБРАМОВ

— Я маленькая — без проблем влезаю в форточку. Главное правило: если голова и плечи прошли - значит, пролезешь! Надо только уметь крутиться. У меня есть знакомая — служит в профессиональной части. Она сильная: недавно с пожара на себе вынесла бабушку. Ее представили к награде, но наверху медаль завернули. Сказали: «Не врите, не могла девчонка вынесли на себе человека». Это исключительный случай, но я понимаю недоверие начальства: девочка с мужиком в силе никогда не сравнится.

В кармане Маша носит заточенный нож. На день рождения друзья подарили ей шлем Gallet — самая крутая фирма, на другой — пожарные сапоги и брюки. Маша мечтает о новом альпинистском снаряжении.

А тут котята спрятались в подвале.

А тут котята спрятались в подвале.

Фото: Андрей АБРАМОВ

«МНЕ ДУШНО, ОТКРОЙТЕ БАЛКОН»

Следующий вызов в Лефортово. Мчим с сиреной: бабушка без ног упала на балконе. Дверь в квартиру открыта — врываемся. Зрелище не для молодых и красивых: на кровати стоит безногое тело, облаченное в засаленную ночнушку.

— Так неловко перед вами без штанов. Меня уже дворник с первого этажа поднял, я до него докричалась. Можете мне балкон открыть, а то жарко. Чайку, мальчики? — говорит старуха.

От чая отказались, балкон открыли. Пока спускались, спасатель Рустам бьет себя по лбу. Он вспомнил:

— Я здесь уже три раза был! Одна и та же история: бабушка без ног упала. Приезжаем — она сидит. Как-то раз пульт попросила поднять — за диван упал.

В команде начинается обсуждение, как быть с такими. В конце единогласно решают: ехать без колебаний. Байка про мальчика, который кричал «Волки!», здесь не работает.

Федор работает пожарным, аттестован спасателем-водолазом, учит детей плаванию. Вдобавок заступает в неоплачиваемые дежурства.

Федор работает пожарным, аттестован спасателем-водолазом, учит детей плаванию. Вдобавок заступает в неоплачиваемые дежурства.

Фото: Андрей АБРАМОВ

КОТИКИ ЗАПЛАКАЛИ

Смена оказалась посвящена подъему бабушек и котикам. Пенсионерам всем помогли. Животным не смогли. Котята кричали под крышей на территории частного склада. Ломать чужое спасатели не могут. Решили, что вряд ли они там одни: скорее всего, мамка ушла на охоту.

Второй котовызов от зооволонтеров. Едем в Королев. Кадровые подразделения пожарных и спасателей отказались. К ним без претензий — вдруг авария с пострадавшими или возгорание, а они котиков спасают!

Волонтеры живописали, что в подвале плачут котята. Коммунальщики помогать отказываются. На месте выяснилось, что подвал не заброшен — в нем парикмахерская. Из решетки выскочила мама-кошка. Жильцы с первого этажа рассказали, что она тут каждый год рожает. Сами зооволонтеры на месте не были — им кто-то рассказал. Напомним, отряд ехал с юга Москвы.

Один из самых частых вызовов — поднять упавшего пожилого человека.

Один из самых частых вызовов — поднять упавшего пожилого человека.

Фото: Андрей АБРАМОВ

— Мы не в обиде, что нам выпадает социальная работа. Разгружаем профессиональные отряды. Тем более нас также вызывают на аварии и другие ЧП. Недавно в Орехово-Зуево на обрушении завалы разбирали: приехали в три часа дня, уехали в час ночи, — рассказывают в пути до Королева спасатели.

Только к шести вечера отряд первый раз вернулся на базу. Вылили остывший кофе. Разложили бургеры и картошку — неизвестный благотворитель на время самоизоляции перечисляет отряду 1500 рублей в сутки на дополнительное питание. Умяли фастфуд, сели заполнять бумаги. Телефон снова заиграл. Отряд подскочил и через минуту вновь загружался в «Газель».

— На борту! Едем!

Обед в расположении. Здесь же есть шесть коек, чтобы спасатели могли прилечь ночью.

Обед в расположении. Здесь же есть шесть коек, чтобы спасатели могли прилечь ночью.

Фото: Андрей АБРАМОВ

НА ЗАМЕТКУ

Как попасть в отряд

Динамовская ул., 10, корп. 1. Телефон: (495) 912-98-28, 676-02-06, в будни с 10:00 до 18:00. Занятия проходят по вечерам в будни. Набор три раза в год — осенью, зимой и весной.