Звезды

Владимир Набоков - об Осипе Мандельштаме: «Он был величайшим поэтом из тех, кто пытался выжить при советском режиме»

14 января исполнилось 130 лет со дня рождения автора строк «Мне на плечи кидается век-волкодав»
Русский поэт Осип Эмильевич Мандельштам (1891- 1938). Фотохроника ТАСС

Русский поэт Осип Эмильевич Мандельштам (1891- 1938). Фотохроника ТАСС

Мандельштам - самый сложный и один из самых прекрасных поэтов русского Серебряного века. Его стихотворения нечасто учат наизусть школьники в старших классах: Блок, Ахматова, Пастернак, Цветаева гораздо проще, в первую очередь, для понимания, чем, например, гениальные мандельштамовские «Стихи о неизвестном солдате». Он считал, что «любое слово является пучком, и смысл торчит из него в разные стороны, а не устремляется в одну официальную точку» - и его стихи часто публикуются с комментариями, без которых их смысл поверхностному читателю остается неясен. Его поздние стихи впрямую уподобляются шифрам. «Он абсолютно несовременен и, безусловно, не совсем нормален» - писал о нем Бухарин Сталину. Мандельштам многим казался типичным поэтом «не от мира сего» - нервным, то угрюмым, то смешливым; живущим в своем собственном пространстве, способным написать в 1933 году ядовитые стихи о Сталине и читать их направо и налево, к ужасу слушателей. И судьба его оказалась трагична: за стихи его сначала выслали в Чердынь, а потом - в лагеря, где он скончался от сыпного тифа в возрасте 48 лет. Где находится его могила, не знает (и скорее всего, не узнает) никто и никогда.

«Величие Мандельштама было признано даже Набоковым, который презирал практически всех» - написал один журналист. И действительно, Набоков, крайне критически настроенный, например, к Ахматовой и Пастернаку, называл Мандельштама «удивительным поэтом, величайшим из тех, кто пытался выжить в России при советском режиме, – которого хамское и слабоумное правительство преследовало и умертвило-таки в далеком концлагере. [Его] стихи (…) – восхитительные образцы высот и глубин человеческого разума. И когда я читаю стихотворения Мандельштама, написанные под проклятым игом этих зверей, то испытываю чувство беспомощного стыда от того, что я волен жить, и думать, и писать, и говорить в свободной части мира… Это единственные мгновения, когда свобода бывает горькой».

Набоков перевел одно из самых известных стихотворений Мандельштама на английский. Литературоведы считают, что оно написано под влиянием «Книги джунглей» и ключевой для нее фразы «Мы с тобой одной крови, ты и я». Мандельштам, видимо, читал или перечитывал ее во время создания этого текста, в параллельно написанном «Путешествии в Армению» он сравнивал себя с «мальчиком Маугли из сказки Киплинга».

За гремучую доблесть грядущих веков,

За высокое племя людей

Я лишился и чаши на пире отцов,

И веселья, и чести своей.

Мне на плечи кидается век-волкодав,

Но не волк я по крови своей,

Запихай меня лучше, как шапку, в рукав

Жаркой шубы сибирских степей.

Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязцы,

Ни кровавых кровей в колесе,

Чтоб сияли всю ночь голубые песцы

Мне в своей первобытной красе,

Уведи меня в ночь, где течет Енисей

И сосна до звезды достает,

Потому что не волк я по крови своей

И меня только равный убьет.

1931 г.

(Кстати, вот, если кому интересно, набоковский перевод:

1 For the sake of the resonant valor of ages to come,

for the sake of a high race of men,

I forfeited a bowl at my fathers’ feast

4 and merriment, and my honour.

On my shoulders there pounces the wolfhound age,

but no wolf be blood am I;

better, like a fur cap, thrust me into the sleeve

8 of the warmly fur-coated Siberian steppes,

– so that I may not see the coward, the bit of soft muck,

the bloody bones on the wheel,

so that all night the blue-fox furs may blaze

12 for me in their pristine beauty.

Lead me into the night where the Enisey flows,

and the pine reaches up to the star,

because no wolf by blood am I,

16 and injustice has twisted my mouth *.

* Последняя строка взята Набоковым из варианта стихотворения: «…и неправдой искривлен мой рот»).

Рекомендуемые