Василий Песков5 марта 2021 17:33

Благодать на пепелище: печальная история подшефной мельницы Василия Пескова

Василия Михайловича по праву можно считать мотором всех мельничных возрождений по стране
Журналист, путешественник, обозреватель "КП" Василий Михайлович Песков. Фото: из личного архива В.М.Пескова

Журналист, путешественник, обозреватель "КП" Василий Михайлович Песков. Фото: из личного архива В.М.Пескова

Вся журналистская судьба Василия Михайловича Пескова тесно связана с любимыми им мельницами (и ветряками, и особенно - водяными), которых в предвоенное его детство всюду по колхозам работало еще немало. В окрестностях Воронежского заповедника было три. Теперь нигде ни одной. А Песков мельницы обожал. По разным причинам.

Как стихийный деревенский клуб, где всегда собирался народ, общался, обменивался новостями.

Как удивительно целесообразный инструмент, дающий сельскому жителю муку и крупы, масло и даже перемолотый в пыль табак.

И, конечно, как своеобразную ландшафтную красоту - с деревянными домиком и колесами над заводью, с плотинкой и струящимся на колесо ручьем.

Когда повзрослел и стал экологом, то не раз подчеркивал, как полезны малым речушкам такие водяные мельницы, которые накапливают и сберегают воду, сохраняют речную живость - рыб, лягушек, стрекоз, уток с гусями.

Чижовская мельница обладала сразу тремя водяными колесами и перемалывала до 400 пудов зерна в сутки. Фото: из архивов Трубчевского краеведческого музея

Работая в «Комсомольской правде», годами искал такую работающую мельницу. Отыскал в 1988-м (год указан им самим). Вот как написал об этом в очерке «Ночлег на мельнице», ставшем хрестоматийным.

«Уже несколько лет в разных местах я спрашивал: "А не осталось ли где-нибудь водяной мельницы?" Ответ был всегда одинаков. И я решил уже: увидеть мельницу невозможно. А очень хотелось. И как некоторым чудакам кажется, что не все мамонты вымерли, что где-нибудь в недоступных лесах остался все же ну хоть один из этих покрытых шерстью слонов, так и я верил в чудо. И не напрасно!

Недавно в Брянске поплавок моей наудачу заброшенной удочки вдруг шевельнулся. Вместо обычного "нет, не помню" один человек сказал: "Мельница?.. Да хотите, сегодня же съездим ..." В тот же час мы и тронулись».

Так появился в коллекции Василия Михайловича этот фотографический шедевр: чижовская водяная мельница под городом Трубчевском на Брянщине.

1988 год. Чижовская водяная мельница под Трубчевском на Брянщине. Фото Василия Пескова.

Мельница эта пережила свою полуторавековую поучительную историю. С весны до первых заморозков исправно работала на свой район, перемалывая зерно тоннами. Срубы и жернова менялись по мере износа. В 30-е годы ее обновил уже местный колхоз. И еще сорок лет крутила три своих колеса, пока не стала рассыпаться. Тогдашний молодой председатель колхоза Алексей Верховец уговорил селян восстановить мельницу. При уговорах нажимал, как пишет Песков, на такой нематериальный аргумент как «благодать»: мол, вернутся в наши места умиротворение, покой, красота и умиление. И Василий Михайлович недаром, конечно, заострил в очерке этот момент: он не раз называл мельницу «душой русского человека». Видимо, за это ее благодатное свойство нести людям не только пищу, но и мир.

И второй подчеркнутый им момент. Строили сами, по памяти. Пастух колхозный Григорий Степанович Купреев был сыном мельничного строителя и слыл в деревне «профессором» по этому делу. Он и контролировал обновление. Поставили новый сруб, сменили колеса, своими силами насыпали новую дамбу, смастерили затворы на плотинку. И вот уже без малого двадцать лет до приезда сюда Пескова снова работала мельница, смалывая в сутки до четырехсот пудов зерна.

С того времени наш легендарный коллега стал изо всех сил инициировать восстановление мельниц по России. Акцент, правда, делал уже не на производственной пользе, а именно на культурно-исторической ценности: «... пусть не в хозяйственных целях, но как выразительные, дорогие человеческому сердцу памятники народного быта восстановить бы мельницы хотя бы в усадьбах-музеях». И сам взял как бы негласное шефство над этим процессом.

Вот рассказывает о марийских последователях: «Рассказ мой в газете об этой находке побудил жителей одной деревеньки на марийской земле восстановить мельницу. И я получил приглашение приехать к мельнику на блины. Мельница хорошо, с пользой работала (и поныне работает!)».

Вот сообщает в «Комсомолке» о пушкинском Михайловском на Псковщине: «Хранитель усадьбы Семен Степанович Гейченко прислал письмо, что «как только стает снег, построим ветряк». Я приглашен был в Михайловское, когда мельница уже красовалась над Соротью. И все, кто в Михайловском был, знают, как оживила она, «приблизила к временам Пушкина» здешний пейзаж». А потом и в селе Бугрово, входящем в музейный комплекс Михайловского поставили водяную мельницу, кормят туристов блинами из свежего помола.

Еще пишет: «Когда решили восстановить водяную мельницу в толстовской Ясной Поляне, я был на месте с проектировщиками - реставраторами из Саранска. Они у себя в мастерских соорудили большую действующую модель водяной мельницы. Принимают теперь заказы».

Сообщает, что появилась водяная мельница в музее «Коломенское» в Москве. Что и на Брянщине, в музее-усадьбе Тютчева восстановлены обе мельницы - ветряк и водяная. На реставрацию усадьбы ушло 23 миллиона рублей.

2012 год. Пепелище на месте сгоревшей чижовской мельницы на Брянщине.

Фото: Архив "КП"

Так что Василия Михайловича Пескова по праву можно считать мотором всех этих мельничных возрождений по стране. И последний прижизненный, но неосуществленный пока проект его был именно таким же: он добивался восстановления водяной мельницы в оренбургской усадьбе писателя Сергея Аксакова, собирался ехать на Псковщину, где отыскал тоже работающую водяную мельницу. Но об этом проекте напишу отдельно.

А вот первой открытой им чижовской мельницы под Трубчевском больше нет. В новые времена оказалась не нужна никому, хотя и была внесена в реестр памятников областного уровня. Да, как оказалось, местные власти дело до конца не довели, в список включили, а как госимущество не оформили. Зависла мельница «ничьей»... Старый мельник дед Василий до 90 с лишним своих лет следил за ее состоянием, но потом отошел по немощи. Стали мельницу дачники разбирать на свои нужды: кто доски пола, кто двери. А в 2012 году под утро она вспыхнула со всех сторон сразу, сгорела еще до пожарной машины. Поджог? молния? Нет виновных.

Нет теперь и благодати, одно пепелище.

Но остались нам в завещание размышления на эту тему Василия Пескова: «Конечно, как всюду сегодня, дело упирается в средства. Министерство культуры у нас всегда небогатое. Уповая на него, подумаем о помощи, откуда ее естественно ожидать. Самые состоятельные из нынешних промышленных компаний - нефтяные, газовые. Почему бы руководителям их не «скинуться», а может быть, и одна какая-нибудь компания могла бы взять на себя патронаж над проектом, который, несомненно, будет замечен и оценен всеми. Мельницы были когда-то главными поставщиками энергии. Кому же, как не современным производителям энергии, и позаботиться о памятных символах минувшего?»

Думаю, и сегодня его призыв не потерял актуальности. Но вот насколько он осуществим? Не знаю. Судя по судьбе подшефной песковской чижовской мельницы, чиновный люд из живых людей с благодатью в душе выродился в равнодушных бумагодержателей, которые благих дел довести до конца не умеют. Только разве, если получат под свое начало очередные 23 миллиона...