Общество10 июня 2021 23:12

Как обломали «стальные руки - крылья». Последний текст легендарного Леонида Репина

75 лет назад раскрутилось «авиационное дело» - первый послевоенный крупный процесс об антигосударственном заговоре
Основным инициатором «Авиационного дела» был сын вождя Василий Сталин, который, пытаясь реабилитироваться перед отцом за своё поведение, заявил, что командование ВВС принимает от авиапромышленности дефектные истребители Як-9. Фото: ТАСС

Основным инициатором «Авиационного дела» был сын вождя Василий Сталин, который, пытаясь реабилитироваться перед отцом за своё поведение, заявил, что командование ВВС принимает от авиапромышленности дефектные истребители Як-9. Фото: ТАСС

Не стало легендарного журналиста «Комсомольской правды» Леонида Репина. Он проработал в газете более шестидесяти лет. И ушел, как настоящий профессионал, успев передать материал в номер.

Публикуем текст из авторской рубрики "Свидетель истории". В последний раз...

Леонид Репин (крайний слева) в своей первой воздушной экспедиции «Комсомолки» (1968 год). Фото: Личный архив

Леонид Репин (крайний слева) в своей первой воздушной экспедиции «Комсомолки» (1968 год). Фото: Личный архив

Хорошо помню, как тогда начинал звучать новый день, когда шла Великая Отечественная. Ровно в 6 утра - хоть летом при восходящем солнце, хоть зимою - в полную темень, у нас дома, из постоянно включенной «тарелки» - сначала звучал Гимн, потом вести с фронтов и всенепременно, раньше или позднее, включали бодрую песню «Все выше и выше!» - про летчиков, про авиацию, которую вождь любил откровенно и считал своим детищем. Потому и неустанно крутили по радио ту бодрую песню. Там были такие слова: «… нам даны стальные руки-крылья, а вместо сердца - пламенный мотор!». Мы понимали, конечно же, что аллегория, но все-таки не хотелось мотора вместо живого-то - сердца… А «стальные руки-крылья…», ну, во-первых, крылья стальными никогда не делали, а вот стальные руки… Это уже по-нашему. И понимай песню, как жизнь подскажет.

СГУЩАЛИСЬ ТУЧИ

Гроза стала собираться за горизонтом гораздо ранее. Шла Великая Отечественная, 1943 год, май. Уже одержаны победы под Курском и Сталинградом. Враг дрогнул как никогда прежде, потому что дошло все-таки: надо ноги уносить, пока они еще ходят.

В Москве жизнь по-прежнему напряжена, войною она живет, но потихоньку кое-где в ней затеплились огоньки прежней жизни - открылись коммерческие рестораны, стали поговаривать о возвращении театров из эвакуации…

В майские дни 1943 произошли события, широко обсуждавшиеся в кругу военных и в газетах никак не отмеченные: командующий Военно-воздушными силами СССР А. А. Новиков представил Верховному Главнокомандующему докладную, где говорилось о «пьянке и разгуле» младшего сына вождя - Василия, и предлагалось снять того с поста командира истребительного полка. Что Сталин и сделал. Сын попытался пробиться на разговор к отцу, но тот встречаться не пожелал.

Иосиф Сталин в 1946 г. Фото: ТАСС

Иосиф Сталин в 1946 г. Фото: ТАСС

Два года в войну отец с сыном не виделись. Вождю было не до него, а Василий затаил жуткую обиду и воспылал жаждой мщения главному своему обидчику - маршалу Новикову. Не будь той докладной…

И только во второй половине 1945 года - за границей - в поверженной Германии Сталин встретился с полковником Василием Сталиным. Это произошло в Потсдаме, куда вождь прибыли на конференцию руководителей трех держав-победителей, чтобы обсудить дальнейшую судьбу побежденной страны. Василий пребывал неподалеку от Берлина, как командир расквартированной там авиадивизии истребителей.

Вот тут Василий и сделал решительный шаг: доверительно - и вполне откровенно - высказал отцу, что в авиационных частях «бьется много летчиков, потому что командование ВВС (а командует-то он, Новиков) принимает в строй истребители ЯК-9 с опаснейшими дефектами и про катастрофы утаивает. Кроме того, раскрывал Василий неизвестную отцу ситуацию, именно Новиков скрыл от вождя факт, что к концу войны Германия опережала Советский Союз в создании реактивных самолетов. Точнее - у нас их не было, а у немцев были.

Истребитель Як-9 в Центральном музее ВВС РФ, Монино.

Истребитель Як-9 в Центральном музее ВВС РФ, Монино.

Фото: ru.wikipedia.org

Москвичи уже видели к тому времени немецкие реактивные истребители на трофейной выставке в парке Горького и недоумевали, на них глядя, как может летать такой самолет - безо всяких привычных моторов и винтов: закопченные огнем до черна отверстия в крыльях и все…

И как отреагировал Верховный Главнокомандующий на возбужденный доклад давно ждавшего такого случая сына? Он поступил дальновидно: решил серьезных мер покамест не предпринимать, услышанное от сына перепроверить. Однако Госкомитет обороны объявил Новикову выговор «за невнимательные отношения к сигналам о серьезных дефектах самолета ЯК-9 с мотором ВК-107А». Поскольку именно из-за этого двигателя и происходили несчастные случаи во время войны. Летчики шли в бой на машине, вверяя ей свою жизнь…

Не тронул Сталин тогда Новикова. И даже наградил его второй Золотой Звездой Героя Советского Союза «За вклад боевой авиации в разгром Японии».

Судя по всему, Василий был раздосадован. Обиду, нанесенную Новиковым, забыть не мог, и к тому же, дело-то было правое! Возможно, он где-то, разговаривая с отцом, и сгустил краски, но по сути-то прав был: гибли летчики в бою не только от вражеских пуль, а из-за скрытой угрозы в своем самолете… Во всяком случае, Василий решил усилить позиции в атаке на Новикова и стал искать союзника. Это не заняло много времени, поскольку такой человек был рядом: конструктор злополучных «яков» Александр Сергеевич Яковлев, по совместительству еще с довоенного времени - замнаркома авиапромышленности по опытному самолетостроению и науке. Знал Василий, что отец к мнению молодого, но давно знаменитого авиаконструктора всегда прислушается.

А у Яковлева были свои резоны объединиться с Василием. Они давно дружили семьями. И Яковлев часто бывал в Зубалове, на даче Василия. Яковлев давно добивался смещения своего непосредственного начальника по Авиапрому Алексея Шахурина. Вместе эта «спарка» (как называли двухместный тренировочный самолет) Василия Сталина и Александра Яковлева сложилась в грозную ударную силу. Цели у них были разные: Василий метил в Новикова, Яковлев - в своего недруга Шахурина, а оба они добивались изменения положения в авиапроме в лучшую сторону - следуя велению времени.

Алексей Шахурин в 1941 г.

Алексей Шахурин в 1941 г.

БЛЕСНУЛА МОЛНИЯ

Яковлев обсуждал со своим непосредственным начальником Шахуриным отставание СССР от Германии в области реактивной авиации. У каждого из них был свой взгляд и свое отношение: Яковлев предлагал конструировать и строить советские реактивные самолеты - как истребители, так и тяжелые. Шахурин же хотел - и о том докладывал Сталину, наладить производство трофейного немецкого самолета МЕ-262 - гораздо быстрее получится, на первом этапе - надежнее.

Мессершмитт Me.262 - немецкий турбореактивный истребитель, бомбардировщик и самолёт-разведчик времён Второй мировой войны. Считается первым в истории серийным турбореактивным самолетом.

Мессершмитт Me.262 - немецкий турбореактивный истребитель, бомбардировщик и самолёт-разведчик времён Второй мировой войны. Считается первым в истории серийным турбореактивным самолетом.

Сталин выжидал до тех пор, пока 6 сентября 1945-го ему не положили на стол записку Яковлева, где прославленный конструктор выражал «серьезную тревогу из-за того, что у нас нет своих реактивных самолетов». И обвинял в том … конечно, Шахурина.

Сделаем здесь небольшое отступление, но по теме. Еще в дни войны, в 1944 году Яковлев напечатал в «Правде» статью под названием «Конструктор и война», где уверял, что немецкие реактивные самолеты - не иначе как «авантюра проигравших», и немцы пошли на это, поскольку не выдерживали мощного наращивания советского самолетостроения. Мог бы Шахурин о статье Сталину напомнить, но он этого не сделал, когда его и Яковлева вождь вызвал в Кремль.

Авиаконструктор Александр Яковлев.

Авиаконструктор Александр Яковлев.

Более часа продолжалась эта встреча и, надо признать, Сталин принял правильное решение: строить свои реактивные самолеты ЯК-15 и МИГ-9.

На том и разошлись. Вполне мирно все это выглядело. И Шахурин облегченно вздохнул, хотя, вероятно и ждал, что этим дело не обойдется. Должно громыхнуть. Не тот человек вождь, чтобы молниями попугивать.

И ГРЯНУЛ ГРОМ…

За два дня до начала первого послевоенного года на Политбюро Сталин неожиданно предложил снять Шахурина с должности наркома. Дабы усилить тяжесть выдвинутого обвинения в отставании советской авиации в области реактивной техники, вождь использовал свой же популярный прием: бывшего наркома обвинили, что тот слишком злоупотреблял трофейным имуществом и, в частности, вывез из Германии для себя лично аж 7 легковых автомобилей. А у супруги нашлась уникальная коллекция западноевропейского и китайского фарфора. Но это только так, к слову. Главный удар был впереди.

В праздничный день 23 февраля Сталин через Политбюро приказал немедленно снять с работы заведующих отделами самолетостроения и моторостроения Управления кадров ЦК ВКПБ А. Будникова, Г. Григорьяна, а также и начальника НИИ ВВС А. Репина - они же проглядели выпуск самолетов с браком! И только 7 апреля пришли за Шахуриным.

Командующий ВВС маршал Новиков понимал, разумеется, что в такой ситуации ему не избежать, как минимум, такой же участи. И не ошибся: маршала арестовали последним, 23 апреля. Ранее взяли члена военного совета ВВС Н.Шиманова и начальника Главного управления заказов ВВС Н.Селезнева. Следствие по авиационному делу Сталин поручил начальнику Главного управления контрразведки СМЕРШ В. Абакумову - дело куда уж серьезнее складывалось, тот подключил свои главные силы, и всего за три месяца развил следствие до конца, приготовив обвинительное заключение, где говорилось: «… вступив друг с другом в преступный сговор, они при потворстве кураторов из аппарата ЦК ВКП(б) в течение предшествовавших 35 лет оснащали военно-воздушные части бракованной авиатехникой, что сорвало 45 тыс. боевых вылетов и привело к 756 авариям и 308 катастрофам самолетов»,

Цифры кажутся ужасающими… И завышенными. Однако поди проверь…

Гром грянул 11 апреля, когда Сталин отправил членам и кандидатам в члены Политбюро письмо с разоблачением «крупного антигосударственного заговора». Суть его: «… фронт получал недоброкачественные самолеты, и расплачивались за это своей кровью наши летчики».

ПОСЛЕ БУРИ

Шахурин, впрочем, как и все остальные, перенес обвинение мужественно, никого за собой не потянул, взял основную вину на себя. Произнес на суде: «Показания в ходе предварительного следствия я полностью подтверждаю. Я совершил приписываемые мне преступления в погоне за выполнением плана и графика… Имея сигналы с фронтов о дефектности наших самолетов, я не ставил в известность Председателя Госкомитета обороны и в этом мое самое тяжкое преступление. Я признаю, что 800 самолетов оказались совершенно негодными».

По ходу следствия выявилась одна из причин брака, которая в тех условиях была неизбежной: на предприятиях, выпускавших самолеты, работало много зеленых подростков. И вообще – детей, которым, чтобы дотянуться до станка, приходилось ставить под ноги ящики. Да еще и опыта никакого, да еще работа без каких-либо норм, ребята часто после смены засыпали тут же, неподалеку от станков. Понятно, что сознательного вредительства не было. А виноватым более всех оказался Шахурин. И Новиков, который знал о неполадках и катастрофах. Но исправить ситуацию во время войны не мог.

Приговор по тем временам, наверное, можно считать достаточно мягким: совершенно спокойно Сталин мог бы всех и расстрелять.

Главному обвиняемому Алексею Шахурину дали 7 лет, остальным от 6 до 2 лет лишения свободы, с конфискацией имущества.

Года через четыре после вынесения приговора по авиационному делу Сталин, у которого видно, в душе все-таки что-то свербело, по воспоминаниям Хрущева, как-то обратился к Берии и Маленкову, которые тоже этим делом занимались: «Ну, что же они сидят, Новиков и Шахурин? Может, стоит их освободить?» А уж эти-то двое знали, когда нужно отмолчаться. Так и сделали, зная подковерные привычки «хозяина», поступили по-своему правильно: как ни ответь, не угадаешь, как среагирует вождь. Прошло еще какое-то время, и снова Сталин спросил их же: «Подумайте, может, их освободить? Работать еще могут».

Не освободили…

Ровно через семь лет, день в день, перенеся в тюрьме тяжелый инфаркт, Шахурин вышел. Ему возвратили все награды и звания. Новикова освободили лишь через год после истечения срока - безо всяких объяснений. После командовал дальней авиацией, был избрал депутатом Верховного совета страны. Ушел из жизни в 1976 году в 75 лет.

Шахурина после смерти вождя назначили замом министра авиапрома СССР. Умер в 1975 году, в 71 год.

Александр Сергеевич Яковлев разработал многие типы реактивных самолетов, военных и пассажирских, всего более ста. И написал множество книг. Умер в 1989 году, прожив 83 года.

Василий Сталин закончил жизнь огорчительно нескладно. После смерти отца повел себя неразумно, попал в заключение, отсидел 8 лет. И умер в 1962 году, одиноким, никому не нужным человеком… Всего 41 год ему был.

О об «Авиационном деле», поломавшем множество судеб, предпочли забыть…

Леня! Как жаль…

Сергей Иванов, руководитель пресс-бюро Службы внешней разведки Российской Федерации, корреспондент международного отдела «КП» в 1989-1997 счастливые годы:

Жаль, что так и не удалось пригласить тебя в уютный особнячок с интереснейшей судьбой на Остоженке. Сегодня, здесь - Пресс-бюро Службы внешней разведки России. Как сочно ты мог бы рассказать читателям любимой газеты об истории этого здания после нападения Наполеона, о судьбах его обитателей и до сегодняшних дней… Как бы ты это сделал потрясающе талантливо!

Жаль, потому что ты искренне любил каждый уголок нашей столицы и страны, и посвятил ей блестящие газетные строки. Сможет кто-то сегодня так писать? Не знаю...

Журналистская Вершина профессии – Репортер газетный, радио или телевидения теперь будет украшена и твоим именем. Там уж собралась добрая компания.

А мы-люди, которые когда-то поднимались на 6-й этаж на улице «Правды», сегодня вспоминаем их как близких родственников и друзей! Теперь и Ты там! Спасибо тебе науку, за золотые газетные строки, за счастье общения с тобой!