Рожала под лучами снайперов, взяла позывной мужа, стала волонтером: как вдова защитника Донбасса с тремя детьми помогает бойцам

После смерти мужа-героя Яна, оставшись с тремя детьми, посвятила себя волонтёрской работе и помощи бойцам

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

Судьбам людей на Донбассе невозможно не поражаться. И нельзя о них молчать. Они прочищают мозг и совесть, помогая понять - для чего вообще проводится Специальная военная операция.

После смерти мужа-героя, с 2014-го года воевавшего на Донбассе, молодая женщина, оставшись с тремя детьми, посвятила себя волонтёрской работе и помощи бойцам. А себе взяла позывной мужа.

НЕЖЕНСКИЙ ПОЗЫВНОЙ

- Яна, почему у вас такой позывной – «Студент»? Не женский...

- Так называли мужа. Он погиб в бою 8 месяцев назад. Я не знала, как жить дальше. Но мне предложили работу в «Союзе советских офицеров» и сказали взять позывной. Я ничего не стала придумывать, назвала позывной мужа. Он так и остался.

- Что именно вы делаете?

- Занимаюсь волонтерством. Помогаю раненым в госпиталях. Вожу им одежду, тапочки – с них ведь часто просто срезают всю форму и белье, когда они попадают в госпиталь обездвиженные, а осмотреть их надо полностью. У них ничего своего не остается. Отвожу им еду. И на передовую пацанам: маскировочные сети, окопные свечи. Много чего нужно. Ещё больным детям: памперсы, игрушки, книги. Старикам-инвалидам помогаю.

- Расскажите про мужа.

- Костя любил читать. Ребята над ним смеялись, что он вечный студент. Поэтому такой позывной. Он был разведчик-сапёр. Прошёл «Азовсталь». Заминированных парней вытягивал. ВСУ часто тела наших погибших ребят минируют. Попытаешься забрать, подорвёшься... Костя с 2014-го воевал без отпусков, начинал с подразделения «Призрак», ещё когда никаких денег не платили. Несколько ранений перенёс. 31 октября прошлого года во время боя в Павловке, под Угледаром, эвакуировал раненых. И с 9-этажки по ним прямой наводкой ударили из гранатомета. Провожали Костю в закрытом гробу. Он был переломан весь. Похоронили на Аллее Славы рядом с «Корсой». С почетным караулом, с почестями. Он герой: у него три боевых креста. Очень много людей было, я не ожидала. Полная улица.

ПОСЛЕДНИЙ АВТОБУС В КРЫМ

- Вы родом из Славянска. Как это всё начиналось?

- Да, мы всё видели с самого начала. Мой муж брал местное СБУ, оборонял перекрёсток на Семеновку. У меня двойня, мальчики. А тогда я была беременна девочкой. Родить должна была 9 мая. Тогда над городом сбили самолёт, а мы жили рядом как раз. Был взрыв, я выбежала во двор и у меня упал живот. Меня повезли в роддом. Проезжали мимо Семёновки, а там шли бои. В больницу, где я должна была рожать, привозили всех раненых. Их на второй этаж в хирургию, а родильное отделение на третьем. Больницу обстреливали, автоматные очереди не прекращались. Перебили свет и водопровод. Я тогда лежала на полу и рыдала: не знала, как буду рожать? А по окнам красные огоньки бегали, лазерные целеуказатели снайперов.

- Снайперы украинские были?

- Конечно! У наших такого оружия не было. У моего мужа сначала вообще были только нож и бита. Потом уже автомат появился.

- Чем же всё закончилось?

- Спасибо врачам, я родила. Воду нашли в баках. Надела джинсы, замотала дочь в пеленку, и муж повез меня к маме в деревню, где ждали сыновья. У меня едва перестала идти кровь, я забрала детей и успела на последний автобус в Крым. В Славянске тогда шёл бой. Машины горели, Моторола (знаменитый командир батальона «Спарта». - Ред.) бегал, наши ребята отстреливались. Брат Кости, он подполковник сейчас, тогда ранение получил в руку. Муж остался воевать.

Дети помогают Яне собирать продуктовые посылки в больницы и на передовую

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

«С ЖИВОТНЫМИ И ДЕТЬМИ НЕ БЕРЕМ»

- Вы добрались до Крыма?

- Представьте: со мной два пацана по 4 года, а я всю дорогу стояла, держась одной рукой, и качала дочку, только так её можно было успокоить. Когда мы приехали, я вышла из автобуса, то не знала, что делать. У меня с собой только 114 гривен. Я держу Ивана, тот держит Илью. В руках у меня Дашка и пачка памперсов. Такая паника была, что ноги онемели. Присоединилась к беженцам, которых везли в санаторий «Маяк». Тогда я первый раз в жизни покрасила волосы, потому что стала седая. Мы долго скитались по съемным квартирам. Найти жильё было сложно, везде говорили: «С животными и детьми не берем». В остальном люди относились к нам хорошо, помогали продуктами. Через год муж нас забрал.

- Куда?

- Он участвовал в освобождении Дебальцево. Когда бои закончились, его отпустили. Мы уехали в Воронеж и пять месяцев жили вместе. Потом он вернулся на службу, а я поехала за ним в Донецк, как жена декабриста. И сейчас уезжать не хочу. Муж похоронен здесь, я никуда не поеду.

МАТЬ ОСТАЛАСЬ НА «ТОЙ» СТОРОНЕ

- Что было самым тяжелым за годы переездов?

- Осознавать, что своего дома больше нет. Один был родительский, второй мы купили сами. В наш дом было прямое попадание, его разорвало. Родительский ещё цел, но вернуться туда вряд ли получится.

- Когда вы поняли, что ситуация необратима? Что нормальной жизни не будет?

- Когда ночью в роддоме ползла по полу в туалет под лучами снайперов. Мои дети сидели в деревне у мамы, и я не знала, увижу ли их снова. Это вначале мы думали, что Майдан наскачется и затихнет. Что всех успокоят. А тогда в больнице всё поняла окончательно.

- Ваша мать осталась на «той» стороне? Украинской?

- Скучаю по ней. Она старенькая. Живёт в деревне при церкви. Старики там и жили – в подвале церковном, прятались от обстрелов. Иконы снимали, чтобы их не украли и не разбили...

- Надеетесь увидеть маму, когда боевые действия закончатся?

- Не знаю. Как Господь управит.

- Где вы сейчас живёте?

- В общежитии. Квартиру купить не можем. Обещали выплату после смерти мужа, но пока мы её не получили.

- Занимаясь волонтёрством, вы чувствуете, что это ваш бой, ваш вклад в победу?

- Конечно. Если придется делать больше, буду делать больше. Сейчас иду готовить еду для бойцов.

- На детей хватает времени?

- Они мне помогают. К труду приучены. Дочке сейчас 9 лет. Пацанам – по 14. На передовую я стараюсь часто не ездить, чтобы быть ближе к дому. Но каждый день я здесь на работе, комплектую и отправляю гуманитарку. И дети со мной.