Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-4°
Boom metrics
Экономика14 сентября 2023 12:35

Реваз Юсупов, «Честный знак»: «С маркировкой люди начинают по-настоящему влиять на то, что им продают»

Эксперт рассказал, какие эффекты дает система обязательной маркировки потребительских товаров

Система маркировки расширяет свое действие. Специальный знак маркировки появляется на новых товарах, охватывает все больше отраслей. Что это означает для бюджета, бизнеса и граждан? И самое главное – как маркировка влияет на цены? Об этом в студии «Комсомольской правды» на ВЭФ-2023 рассказал Реваз Юсупов, заместитель генерального директора Центра развития перспективных технологий (ЦРПТ), оператора системы «Честный знак».

- Думаю, многие покупатели уже знают про маркировку и видели этот квадратный значок на различной продукции. Давайте расскажем, зачем он нужен и что он дает?

- Цифровая маркировка вводилась, в первую очередь, для обеления рынка. Это понятие, которое включает в себя и качество, и безопасность продукции для потребителей, и защиту интересов легального бизнеса, который, честно и добросовестно работая, не может конкурировать полноценно с теми, кто работает не так. Их «серые коллеги» занижают цены, экономят на всем, в том числена на качестве. За счет маркировки государство снижает издержки легального бизнеса, а для себя получает новые возможности госуправления в онлайн-режиме.

- Как это может помочь государству?

- Простой пример: в момент пандемии, когда надо было распределять вакцины, мы в онлайн-режиме видели, как они доходят до каждого пункта вакцинации, потому что для каждой упаковки есть уникальный код. Таким образом у каждого товара появляется свой цифровой паспорт, который можно отслеживать и понимать, где создается профицит или дефицит, кто пытается манипулировать ценами и многое другое.

- Грубо говоря, когда я сканирую на кассе этот квадратик, где-то загорается, условно, какая-то лампочка или ставится единичка…

- Да, появляется информация, что в данном магазине товар с этим квадратиком продан, что говорит о завершении пути этого товара на рынке. Он дошел до потребителя. Во-вторых, этот код гасится в системе и с таким кодом другого товара больше появиться не может. Нигде. Соответственно, если появляется товар с попыткой скопировать такой код, мы тут же получаем сигнал о том, что кто-то пытается продавать поддельную и нелегальную продукцию.

- Как это влияет на обеление рынка?

- Напрямую. Сокращение серого рынка мы видим во всех отраслях, где маркировка уже заработала. Я напомню, что порядка 15% несырьевого ВВП страны уже сейчас маркируются. Это лекарства, молочная продукция, вода, шубы, обувь, фототехника, парфюмерия, шины, легкая промышленность и другое. С этого года у нас началась маркировка первой пивной категории, то есть пиво в кегах. А дальше в конце года будем внедрять маркировку пива в пластиковых и стеклянных бутылках, затем в алюминиевых банках – и таким образом весь пивной рынок и слабоалкогольные напитки тоже будут в маркировке. Кроме того, с 1 сентября произошло очередное расширение товарных категорий: добавились БАДы, медизделия, антисептики, кресла-коляски, сладкие напитки, соки и детская вода. Тенденция к расширению системы есть, потому что как легальный бизнес, так и государство видит реальные эффекты – снижение нелегального оборота и рост оборотов легального бизнеса. Таких примеров много. И что важно именно люди становятся той силой, которая начинает по-настоящему влиять на то, что им продают. Это происходит благодаря общественному контролю с помощью приложения «Честный знак», которое уже скачали более 11 миллионов человек.

- Получается, даже если какой-то предприниматель, владелец магазина, захочет сэкономить и взять какую-то левую партию, то сама касса его даже не пропустит?

- Совершенно верно. Во-первых, товары без маркировки сейчас нелегальные. Если должна быть маркировка на том или ином виде продукции, а ее нет – все, сам факт отсутствия кода говорит о нелегальности товара. Далее можно проводить все необходимые действия контрольно-надзорным органам. И касса сама может блокировать попытку продажи товара с нарушениями.

Сейчас, кстати, проходит эксперимент по блокировке кассой просроченной продукции. В итоге на четверть сократилась продажа просроченной молочной продукции. И это хорошо. Потому что, во-первых, это не всегда злой умысел магазинов, а просто периодически возникает ситуация, когда работник торгового зала не успел вовремя убрать какой-то товар. Система маркировки позволяет эту учетную систему внутри магазина совершенствовать – то есть, человек понимает, что там лежит какая-то продукция, у которой уже или истек срок годности, или вот-вот истечет. И даже если он это где-то не проконтролировал, то сама касса заблокирует продажу такого товара. Кассир должен будет по закону убрать этот товар у вас и заменить его на что-то другое. То есть защита интересов покупателя происходит почти без участия потребителя, на автоматическом уровне. В системе у нас сейчас работает 600 тысяч юридических лиц, компаний: это все магазины, огромное количество производителей, импортеров и дистрибьюторов во всех отраслях, которые маркируются.

- Вы уже сказали, что расширяется список. Я так понимаю, что икра тоже в какой-то момент должна будет в него попасть?

- Да. Оценка доли нелегального рынка икры – минимум 20-30 %. А для тех регионов, которые профилируются на икре, мы понимаем, что это довольно серьезная статья дохода регионального бюджета, помимо этого, еще имидж и бренд страны. Икра – это такая продукция, которую мы с вами в основном покупаем на праздники. Поэтому регионы, которые добывают эту икру, очень заинтересованы в том, чтобы она была качественной и хорошей. Эксперимент по маркировке икры сейчас уже запущен, он продолжится в первом квартале следующего года. И дальше, вероятно, государство будет принимать решение об обязательной маркировке – благо и региональная власть, и федеральная власть, и сам бизнес в этом заинтересованы.

- Какие планы по увеличению доли маркированных товаров?

- Мне сложно об этом говорить, потому что решение всегда принимает правительство исходя из ряда критериев. Основной критерий – это все-таки уровень нелегального оборота. Помимо этого, государство всегда смотрит на заинтересованность и открытость в этом смысле легального бизнеса, насколько эта инициатива поддерживаема. Мы сейчас видим, что довольно серьезная доля компаний из разных отраслей сами инициируют маркировку. И для нас это показатель того, что технология работает, она понятна легальным компаниям и мы с удовольствием готовы довольно быстро ее внедрять в каждой отрасли. Важными критериями также является потенциальный вред (даже не бюджету, а людям), чтобы маркировка не влияла на цену.

- Да, кстати, важный аспект. Не удорожает ли это продукцию?

- Этот критерий всегда анализируется до того, как вводится маркировка. Сейчас мы видим: везде, где внедрена маркировка, она не привела к росту цен. И не может привести. Влияние маркировки, например, в икре – в районе одного-полутора рублей. При цене банки икры в 5,5 тысяч мы понимаем, что никакого влияния, естественно, не происходит. И это во всех остальных отраслях – в лекарствах, в молочке, в воде – доказано.

- Я так понимаю, с течением времени эти траты в принципе размываются, потому что не нужно же каждый раз оборудование новое покупать...

- Общий эффект от маркировки к концу 2022 года оценивался дополнительно в 435 миллиардов рублей. Это то, что собрал бюджет, и то, что дополнительно заработали легальные компании. Сверх того, что могло потребоваться в качестве инвестиции в маркировку. Что мы фактически видим? Молочную отрасль возьму для примера: заводы производили какую-то молочную продукцию и при этом не закупали никакого сырья. То есть из воздуха производились десятки или сотни тонн продукции. Вот сейчас это невозможно. Уровень фальсификата снизился, буквально с января 2022 года по сегодняшний день, с 30 до 4 %. В десять раз практически. Это с одной стороны. С другой стороны, мы видим, что молочная отрасль заплатила рекордные налоги в бюджет. Это значит, что она заработала гораздо больше, чем в предыдущие годы.

То есть они и заработали больше, и заплатили в бюджет больше, и таким образом нелегальные конкуренты ушли с рынка, а те легальные компании, которые добросовестно работают, заняли дополнительную нишу и больше зарабатывают на своей продукции. Резюмируя: качество для людей стало лучше, бюджет получил больше денег, эти компании больше продали. Все в итоге в выигрыше.

- А еще пример можете привести, из другой сферы?

- Возьмем табачную отрасль. Она акцизная – под лупой всегда рассматривается. До введения маркировки пять лет подряд уровень нелегального оборота удваивался. С 1 до 15 % он вырос за несколько лет. Ввели маркировку, в первый же год этот нелегальный уровень сократился на четверть. И сейчас только благодаря маркировке удается удерживать рост серого рынка. Иначе, по оценкам экспертов и участников рынка, он мог бы быть уже гораздо выше. Более того, у нас вдруг появилось новых 18 заводов, а еще 26 нелегальных найдены и закрыты. Причем всего порядка 30 легальных заводов было на рынке табака, как считалось до маркировки. Примерно столько же, оказывается, рядом находилось, в тени. Кто-то обелился, кто-то ушел с рынка. По воде: на момент ввода маркировки считалось, что у нас 1200 производителей. Однако за первый год появилось еще 450. Кто-то шутит, что это инвестиционный бум, но абсолютно понятно, что те компании, которые полноценно работали, просто в серой зоне, поняли, что с появлением цифровой маркировки «Честный знак» они не могут больше продолжать так работать, они принимают для себя решение обеляться. А вода – это то, что мы с вами все время пьем, и очень важно, чтобы она была качественной. И наконец, очень актуальная отрасль – биологически активные добавки. На Дальнем Востоке их производится много. Регистрация компаний в системе, то есть начало маркировки, произошло 1 сентября. Еще даже физически нанесение на упаковки не происходит, с 1 октября это должно быть, но мы уже сейчас видим рост количества импортеров в 2,8 раза. Ранее считалось, что их 200, а оказалось, что уже сейчас мы видим около 600. А с нанесением физической маркировки мы уверены, что эти цифры и дальше будут расти, как и во всех остальных отраслях.

- А насколько велик нелегальный рынок в БАДах? Есть оценки?

- Эксперты Высшей школы экономики оценили нелегальный рынок примерно в 45 %. Но то, что у нас количество импортеров в три раза выросло, говорит о том, что даже эти оценки могут оказаться явно заниженными.

- Получается, что этот знак можно наносить только на продукцию тех компаний, которые прошли какую-то определенную проверку на качество?

- Это очень важно. В разных отраслях разная специфика и разный набор документов, но любая продукция должна получить разрешение от регулирующих органов на производство и поставку на рынок. В лекарствах это лабораторные исследования, выборочный контроль, сертификация по определенным стандартам. В обуви это декларация соответствия, сертификаты безопасности и другое. В БАДах – госрегистрация, о которой я говорил. Так вот, мы, для того чтобы выдать какой-то компании код, проверяем все эти документы. Только после проверки компания может получить код. В этом залог того, что мы фиксируем ситуацию, в которой возможность получить коды имеет только та компания, которая легально введет свою деятельность. То есть те, кто пытаются игнорировать эти обязательные требования, просто не могут получить никакой код. В условиях когда за отсутствие маркировки или нарушения с маркировкой есть административная ответственность и даже местами уголовная (за повторные нарушения), конечно, любая компания будет принимать для себя решение: дальше она готова настолько рисковать или нет.

СПРАВКА «КП»

Восьмой Восточный экономический форум проходит во Владивостоке с 10 по 13 сентября 2023 года. Девиз форума – «На пути к сотрудничеству, миру и процветанию». Организатором мероприятия выступает Фонд «Росконгресс». «Комсомольская правда» является официальным информационным партнером ВЭФ-2023.