Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-1°
Boom metrics
Политика
Эксклюзив kp.rukp.ru
26 сентября 2023 12:10

Что говорят обездоленные беженцы из Карабаха: "Русские селили нас в палатки, дали кушать. Если бы их там не было, нас убили бы"

Обозреватель KP.RU Владимир Ворсобин рассказал об откровениях первых прошедших через Лачинский коридор карабахских семей
Беженцы из Карабаха добираются до Армении

Беженцы из Карабаха добираются до Армении

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Часть 1

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ

Те, кто плохо знал русский язык, в общем-то могли и ничего не говорить…

Вот Марьям с мамой и сестрой. Только из автобуса. Сидим на скамейке. Отдышаться бы…

Женщины растерянно смотрят на Горис, словно они вдруг попали в космос. Улыбаются. Глаза туманные. Им явно нужен психолог. Они в ступоре. Лишь слова «коридор», «азербайджанские солдаты», «бежать» выводили их из оцепенения, словно током.

Марьям вздрагивала, а ее мама начинала тихо стонать. Они неделю жили в погребе, боясь выходить на улицу.

- Куда сейчас поедете? – спрашиваю. – Есть родня?

Смотрят отрешенно. Есть-то есть, но как поместишься в ереванскую «двушку», когда у семьи Марьям шесть голов? Начинаю рассказывывать о регистрации беженцев, пытаюсь разбудить их…

- Знаем-знаем, - кивают. – Сейчас-сейчас…

Фото: Владимир ВОРСОБИН

И остаются здесь, на лавочке, в шоке, параличе.

Знакомлюсь с Саргисом. Он выделялся из толпы. Ухмылкой, что ли… Спокойной, злой. Мол, ничего-ничего… Он уехал из Карабаха в 2020-м, после второй войны. Понял, говорит, куда дело идет.

- Воевать надо было нормально, - говорит. - А мы там чуть ли не с палками против этих… Они прут и прут, их много – нас мало. И воюют они подло…

Саргис переехал в Ереван. Теперь ждет семью сестры, которая сейчас пробивается через «дорогу жизни» - Лачинский коридор.

- Карабах потерян навсегда? – спрашиваю.

Саргис качает головой. Усмехается.

- Это невозможно. Такое не прощают. Будет еще война, - обещает.

- Зачем? - не спрашиваю, а уже прошу я.

Смотрит. Даже не удивленно. А так… Мол, чужой. Что он может понимать…

Фото: Владимир ВОРСОБИН

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ

Семья Гаги Григоряна только добралась до Гориса. Чудом уцелевший автомобиль стал их спасением – на нем они успели бежать из села Гетаван, в машине и жили у базы миротворцев, под их защитой…

Теперь они здесь, на газоне под накрапывающим дождем, вспоминают, что они оставили там, за горами.

Семья Гаги Григоряна только добралась до Гориса

Семья Гаги Григоряна только добралась до Гориса

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Гага работал на золотодобыче, его супруга – учительница, мама – тоже бывший педагог, пенсионерка. И как полагается у карабахцев – куча детей.

Эвакуация прошла стремительно. Сначала в огород прилетела граната, начали кружить военные вертолеты, на улицах появились миротворцы.

- Русские пришли и сказали – надо эвакуироваться, - вспоминает Гаги. - Срочно. Они показывали на вертолеты и говорили – оставаться опасно. И надо сложить оружие. С ним ехать нельзя. Большинство послушалось. Мы тоже.

- Были те, кто остался, не сложил оружие? – спрашиваю.

Молчание... Семья занервничала. Я задел страшную тему, о которой говорит каждый второй беженец. Слухи о том, что в соседних деревнях стало с оставшимися жителями… Разбираться - что из этого было правдой, не имело никакого смысла, потому что степень ярости, вражды, ненависти к врагу тут абсолютна.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Григоряны оставили азербайджанцам два красивых дома. И ничего не взяли с собой. Не успели.

Коридор прошли спокойно. Азербайджанские военные посмотрели – один мужчина в семье, махнули рукой – проезжай.

Сейчас они поедут в соседний город, где нашлась комната в гостинице. Родни, которая могла бы их приютить – нет.

Судьба Григорянов теперь в руках государства. А значит, Пашиняна…

Карабахцы дальновидны. Они эту тему обходят. Они тут в Армении и так на птичьих правах…

Но кто-нибудь, а горько махнет рукой, не называя прямо армянские власти, но явно имея в виду в первую очередь:

- Да что там, говорить – нас все предали.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ

Семья Маргариты и ее дочки Арпине расположилась в переполненном отеле «Горис». Им роскошно повезло - на четырех взрослых и четырех детей им выделили два номера. Маргарита работала на золотом руднике в Карабахе, потом лаборантом, потом, к пенсии, уборщицей.

Жила семья в Агдамском районе, в доме, который они построили… дважды. Первый - еще при советской власти. Но потом оттуда пришлось переселиться. Вернулись они в свой полуразрушенный дом после первой войны в Карабахе и победы Армении, снова построили…

- Дважды я дом строила, дважды вещи покупала. И дважды осталась ни с чем… - говорит Маргарита, - Ни денег, ни вещей, ни даже пенсии. Успела только тапочки схватить – все. (грустно улыбается)

Семья Маргариты и ее дочки Арпине расположилась в переполненном отеле «Горис»

Семья Маргариты и ее дочки Арпине расположилась в переполненном отеле «Горис»

Фото: Владимир ВОРСОБИН

- Когда бежали из дома, где жили? – спрашиваю.

- У аэропорта Аскеран.

- В палатках?

- Нет, в первый день лежали на асфальте. Там русские нас забирали, в палатки селили. Они дали нам кушать. Сами варили, сами раздавали. Если бы там русских не было, нас, наверное, убили бы.

- Помогали вам миротворцы?

- Да. Дети болели. Они нас вылечили.

- Простыли?

- Да. Еще высыпания на коже. Аллергия - мы же на асфальте спали.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

- Там стреляют?

- Да. И показывают в интернете, хвалятся. Это как будто… гордость или что?

- Заходили к вам азербайджанские солдаты?

- В селе мы их не видели. Снаряд прилетел - мы и побежали. На границе, когда нас проверяли азербайджанцы, наш ребенок плакал: нас ведь не будут убивать… (слезы) Сегодня полегче. Как будто у наших уже.

- Мужчин при пересечении коридора досматривали?

- Да. Они пешком прошли. Мы – в автобусе.

- Их допрашивали?

- Нет, ничего. Просто прошли.

- Сколько там еще людей осталось?

- Много еще. 120 тысяч.

- Есть те, кто не хочет уезжать?

- Наверное, нет. Боятся геноцида. Я бомжевать буду, лишь бы не возвращаться. Но с другой стороны, если Арцах сдать, значит, ворота открываются – вовнутрь Армении. Сдали – и открыли ворота. Враг будет требовать и требовать!

Маргарита мечтает, дескать, были бы у меня родственники в России (хоть бы один!), дали бы нам домик, «я бы… бежала отсюда подальше, чтобы войны не видеть!»

На вопрос - как в Карабахе относятся к России? – Маргарита ответила мгновенно:

- Не знаю, как все. Но я обожаю. Россия не виновата, что наши сдавались.

- А Пашинян?

- Если он сдал Карабах, Путин что будет делать? Путин же за свою родину, за своих русских воюет. Значит, хороший руководитель. А Пашинян за нас воевать не стал.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

- А многие так считают?

- Не знаю. Но я люблю Россию. Если Никол (Пашинян. - Ред.) говорит, что русские нехорошие, это его мнение. Люди у нас так не считают.

Прощаясь, я спросил Маргариту, как всех в Горисе, есть ли где жить, есть ли деньги? И понял – почему карабахцы неохотно отвечают на этот вопрос.

- Мы так воспитаны, что не можем попросить, - вздохнула беженка. - Женщинам нельзя сказать, какие вещи мы хотим. Денег нам не дают – а мы и не просим. Нас кормят, Красный Крест и добровольцы привозят: носочки, детям игрушки, памперсы. Но… Чувствуешь себя при этом (вздыхает) неполноценным человеком. Тебя не спрашивают – а просто дают…

- А что нужно?

- Нам бы хотя бы крохотный домик в селе, – все-таки попросила гордая Маргарита.

Но, конечно, не у меня. И даже, наверное, не у Пашиняна. А у того, кто повыше. Кто не предаст.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Владимир Ворсобин: Пробка из карабахских беженцев растянулась на многие километры (подробнее)

ПО ТЕМЕ

Карабах прорвало — реку бегущих армян видно даже из космоса

Поток беженцев с пожитками растянулся на сотню километров. Это надо видеть. И услышать... (подробности)