Экономика26 июля 2021 10:30

Остановка производства и обнищание регионов: к чему приведет введение экспортных пошлин на металлы

С 1 августа и до конца 2021 года в России вводятся временные пошлины на экспорт металлургической продукции

Чтобы повысить эффективность коровы, ее нужно реже кормить и чаще доить. Похоже, в правительстве придерживались этой максимы, когда принимали решение о введении с 1 августа 15%-ной пошлины на экспорт продукции отечественной металлургии. У компаний за пять месяцев будут изъяты более 160 миллиардов рублей, при этом 115 миллиардов рублей составят потери черной металлургии. Причем механизм взимания пошлин устроен так, что при падении мировых цен отчисления в бюджет только растут. К чему это может привести? Разберемся в последствиях.

С отрицательной рентабельностью

Первое и самое очевидное – упадет рентабельность производства. Надо сказать, что в черной металлургии, несмотря на риторику правительства о «сверхдоходах», рентабельность совершенно невысокая. И это данные Росстата, с которыми трудно спорить. Самым рентабельным видом деятельности в 2020 году было производство сварных труб (12,9%), а также гранул и порошков из чугуна и стали (12,8%). Но и это было ниже средней рентабельности по промышленности (13,6%). Что уж говорить о производстве основных продуктов из железа и стали (11,3%) или обработке лома черных металлов (2,6%). А в первом квартале 2021 года литье чугуна и стали вообще стало нерентабельным!

А все потому, что, помимо доходов, в бизнесе металлургических компаний есть и издержки. Которые подвержены влиянию как рыночных факторов, так и действий правительства. Так вот, мало того, что цены на железную руду подскочили более чем в два раза, а на лом – почти на 80%, так ведь и железнодорожные тарифы повысили почти на 18%, электричество подорожало на 19%, газ – на 12%.

Так что в подорожании продукции металлургов, которое естественно затронуло и внутренний рынок (что вызвало негодование в правительстве), есть не только влияние конъюнктуры, но и результат действий самих чиновников.

При этом было бы грубой ошибкой говорить, что металлурги на фоне высоких цен старались вывезти из России все до последней болванки, чтобы обогатиться. В январе-мае физический экспорт вырос всего на 4,4%, а по некоторым позициям и вовсе существенно снизился. Никакого дефицита металла на внутреннем рынке не было и нет, потому что его емкость составляет всего 65% от выпуска, и это самый низкий показатель среди всех крупных производителей. Потребление стали на душу населения у нас тоже самое низкое среди лидеров, от Китая мы отстаем примерно в два раза, а от Южной Кореи – в три.

Да и цены на внутреннем рынке у нас существенно ниже, чем в странах Северной Европы, США и в Турции, то есть основных наших экспортных направлениях. Существенно – это на 20-50%, в зависимости от региона и типа продукции.

Получается, что металлурги могут вывозить невостребованные российским рынком объемы и выгодно продавать их, практически не влияя на внутренние цены. И заявления правительства о том, что они заработали сверхприбыли, задирая цены по госконтрактам, в том числе оборонным, не имеют под собой реальных оснований.

Сокращение производства

Если рентабельность бизнеса падает, то он сокращает производство. Вплоть до полной его остановки. Пошлины делают такие опасения реальными. О рисках остановки уже публично заявили четыре электрометаллургических завода, производящих арматуру: Абинский электрометаллургический завод (Краснодарский край), металлургический завод «Балаково» (Саратовская область), завод «Амурсталь» (Хабаровский край) и Ашинский металлургический завод (Челябинская область).

Но если остановка производства все же крайняя мера, то его сокращение для снижения издержек в условиях низкой рентабельности – мера необходимая. Пострадают как экспортные поставки, так и внутренний рынок. В то время как для его стабилизации нужно расширение предложения, а не его сжатие.

Кстати, еще до введения пошлин, по состоянию на май, производство в металлургической отрасли отставало от допандемийного уровня на 5,9%, это один из худших показателей в промышленности. И правительству бы думать о том, как подстегнуть рост, а не задушить его.

Ножницы по металлу

Самую агрессивную политику по восстановлению экономики после коронакризиса вел Китай, который первым из него и вышел. КНР запустила масштабную программу стимулирования в строительстве, что, конечно, взвинтило спрос на металл. Как на внутреннем нем рынке, так и на мировом. Китай резко расширил как собственное производство, так и импорт – с 12,3 до 20,2 млн тонн. Конечно, такой допинг не мог не сказаться на мировой конъюнктуре. Тем более, что все остальные игроки значительно сократили производство. Возник, по классике, дисбаланс спроса и предложения. Но Китай не будет накачивать экономику деньгами вечно, а восстановление в других промышленных центрах уберет с рынка дефицит предложения.

Все это значит одно: мировые цены в среднесрочной (а может, и в краткосрочной) перспективе упадут.

А введенный механизм пошлин ориентирован на высокие цены. Более того, эффективная ставка по факту тем выше, чем больше падает цена. Потому что правительство помимо 15%-ной плоской шкалы установило еще и минимальный уровень в долларах за тонну, который не привязан к мировым ценам. Получатся такие ножницы по металлу: экспортные доходы падают, а платить в бюджет все равно нужно.

Как результат, эффективная ставка пошлины при средних за 10 лет ценах окажется на 50-65% выше заявленных 15% - посчитали в «ВТБ Капитале». А по оценкам НЛМК, если цены упадут до средних значений, эффективная ставка при экспорте в США составит 25%. Это уже запретительный уровень.

То есть помимо чисто фискального маневра правительство еще и вводит ограничения на экспорт. То же самое в отношении российских металлургов делают иностранные правительства и регуляторы. Но на то они и иностранные, чтобы защищать своих производителей. А кого защищают российские экспортные пошлины? Американских сталеваров? Шведских? Индийских?

И без того в мире действуют 50 разных ограничений для российских металлургов. Однако же самыми суровыми и разрушительными для отрасли оказывается те, что вводит свое же правительство.

Чемпионы по инвестициям

При этом металлургам невозможно предъявить претензии в «выкачивании» денег из страны. Наоборот, отрасль находится в числе лидеров по такому показателю, как вложения в модернизацию производства. Например, если сравнить показатели 2014 и 2020 годов, то инвестиции в основной капитал у металлургов выросли более чем на 20 процентов. А в среднем по промышленности – сократились без малого на 10 процентов. При этом металлургические компании еще и лидируют по такому показателю, как инновационность – он втрое выше, чем в среднем по стране. Всего за два десятилетия металлургические компании вложили в развитие производства около 3 трлн рублей.

Но прямо сейчас этого недостаточно. Отрасли требуется глубокая перестройка, потому что меняется экономический уклад. Сначала Европа, а затем США, ведущие страны Азии и даже Китай заявили о переходе к низкоуглеродной экономике и достижении климатической нейтральности на горизонте 50-х 60-х годов. У этой стратегии уже есть конкретные последствия. Например, с 2026 года ЕС вводит трансграничный углеродный налог. В наибольшей степени он ударит как раз по российским металлургическим компаниям. И здесь нет другого варианта, кроме внедрения более «зеленых» технологий в производство. А это потребует колоссальных вложений.

При этом все крупнейшие металлургические компании в России – частные. Государство только забирает у них деньги, ничего не предлагая взамен.

Регионы просят рубля

Правительство не учитывает даже чисто фискальные эффекты от своей инициативы. Деньги, изъятые в виде пошлин, не попадут в прибыль компаний и, соответственно, на них не будет начислен налог. Казалось бы, просто перекладывание из кармана в карман. Но в том и дело, что карманы – разные. Налог на прибыль платится преимущественно в региональные бюджеты, в то время как пошлины в полном объеме забирает себе федеральный центр.

При этом в 15 регионах России доля отчислений металлургических компаний в местных бюджетах превышает 20%, а в четырех из них составляет больше половины.

По расчетам ассоциации «Русская сталь», только сокращение налога на прибыль лишит бюджеты регионов более 30 млрд рублей до конца года, а с учетом других налогов потери вырастут до 50 млрд рублей. Притом на регионах лежит основное бремя борьбы с пандемией и ее последствиями.

Особенно вырастут социальные риски в моногородах. Каждый четвертый из них зависит как раз от металлургического предприятия. В этих городах живет почти 4 миллиона человек.

Китайский вариант

Возникает вопрос – а можно ли вообще реагировать на рост цен на внутреннем рынке другим, менее разрушительным для отрасли и экономики в целом способом? С учетом того, что правительство имеет дирижистский уклон и к работе рыночных механизмов относится с подозрением?

Оказывается, можно. Китай тоже ввел экспортные пошлины, но только на 1% металлургического экспорта, что, конечно, не может разбалансировать внутренний рынок. Одновременно с этим КНР установила нулевые импортные пошлины на чугун в болванках, необработанную сталь, переработанную сталь из вторичного сырья и феррохром. А все для того, чтобы добиться структурных изменений в черной металлургии, адаптирующих промышленность под задачу сокращения энергопотребления и выбросов парниковых газов.

Индия пошлины на ввоз лома не обнулила, но существенно снизила. А Германия так и вовсе готова раздавать деньги металлургам вместо того, чтобы отбирать их. Но только в случае реализации программ по сокращению углеродного следа. Объем прямой поддержки – 5 миллиардов евро.

В общем, если правительство преследует хоть какие-то разумные цели, кроме силового изъятия денег в бюджет, то нужны принципиально иные подходы. И речь не только об отмене пошлин на широкую номенклатуру продукции черной металлургии, что выглядит абсолютно очевидным. Нужен широкий комплекс мер, в частности, снижение отраслевых издержек для увеличения выпуска, что естественным образом поможет сбалансировать цены. А главное, нужна большая, согласованная как государством, так и частным бизнесом, программа перестройки металлургии на низкоуглеродные технологии, позволяющие поддерживать новые экологические стандарты.