Василий Песков12 августа 2021 15:15

Жаклин Кеннеди мечтала купить права на «Таежный тупик»

Французский писатель и переводчик Ив Готье рассказал, как помог открыть Василия Пескова всему миру
Василий Михайлович с таежной отшельницей Агафьей. Их дружба длилась не один десяток лет. Фото: личный архив

Василий Михайлович с таежной отшельницей Агафьей. Их дружба длилась не один десяток лет. Фото: личный архив

12 августа - скорбная годовщина. Исполняется восемь лет, как нас покинул лучший журналист России Василий Михайлович Песков, бессменный ведущий «Окна в природу» на протяжении полувека. Казалось бы, в его творческой биографии не осталось белых пятен. Однако практически неизвестно, как произведения Пескова открывал для себя зарубежный читатель. Об этом и рассказал Ив Готье, первый переводчик Василия Пескова, друживший с ним 25 лет. Французский писатель и путешественник стал гостем совместной программы Радио «КП» (97,2 FM) и Русского географического общества «Клуб знаменитых путешественников».

Русско-французский бестселлер

- Как вы встретились с Василием Михайловичем?

- Первые встречи были заочными - встречи читателя с газетой. Будучи в России, с начала 80-х я регулярно следил за его репортажами о Таежном тупике. Через несколько лет я подумал, что надо бы собрать эти замечательные тексты в единую книгу, перевести и выпустить во Франции. Нашел телефон автора, встретились - так и познакомились.

Причем оказалось, что книга уже готова - Василий Михайлович мне ее подарил. Я засел за перевод, и уже через полтора года она вышла во Франции.

- Правда, что вы работали на свой страх и риск?

- Абсолютно! Пошел ва-банк: без каких-либо контрактов и договоров я взял и перевел эту книгу. Так был ею очарован, так хотелось показать ее силу, ее мощь.

- И вдруг случилось чудо...

- Случилось, но не вдруг. Книгу приняли не сразу, были вопросы. Доходило до смешного: от меня требовали привезти Агафью Лыкову во Францию - пусть, мол, поучаствует в ток-шоу на телевидении, это поднимет продажи. Был отказ от одного издателя, потому что повествование велось не от лица Агафьи. И меня тогда это глубоко задело, потому что песковское повествование на самом деле очень честное - оно очень близкое к героям. Собственно, Василий Михайлович всегда так писал...

Но в конце концов, да, чудо случилось. Книгу напечатали, и она неожиданно выскочила в топ-10 лучших книжных продаж и продержалась там несколько недель. И в конечном итоге она вышла за предел 70-тысячного тиража, что по французской шкале даже для непереводной книги - более чем бестселлер.

- Откуда такой успех?

- Магия... А если серьезно, то история просто исключительная: отшельники, противостояние с обществом, с природой. И в этой борьбе своя драматургия. Кроме того, загадочное место действия: Сибирь, тайга... И есть еще и такая страница истории, как старообрядчество, а оно всегда почему-то было таким... очень литературным, что ли. Ну и не в последнюю очередь, конечно, высокое качество повествования. Еще раз подчеркиваю: Василий Песков сумел подобрать правильную тональность, он никогда не шутил с фактами, все, о чем он писал, ровно так и было в реальности.

- Правда, что вдова президента Кеннеди Жаклин Кеннеди лично договаривалась о покупке прав на «Таежный тупик», чтобы его опубликовать в США?

- Совершенная правда. Она занималась издательской деятельностью, обратила внимание на эту книгу. Более того, я присутствовал при телефонном разговоре с представителем французского издательства, которое ведало иностранными авторскими правами. И я слышал, как он договаривается с ней. Но не понял сразу, что это она... Потом он кладет трубку, смотрит на меня ошарашенно и изрекает: вот я только что разговаривал с Жаклин Кеннеди.

Трудности перевода

Ив Готье - переводчик, писатель, путешественник. Фото: Guy Lebйgue/Wikimedioa Commons

Ив Готье - переводчик, писатель, путешественник. Фото: Guy Lebйgue/Wikimedioa Commons

- Насколько трудно было переводить Василия Михайловича на французский?

- С одной стороны - легко, потому что язык очень чистый, ухоженный и всегда у него из-под пера струилась полная ясность смысла. Это очень помогало в процессе перевода, когда, образно говоря, лезешь в мотор, разбираешь все по деталям - не приходилось задумываться, что имел в виду автор... Где можно было сказать просто, он не мудрил и говорил просто.

Но, с другой стороны, было сложно, потому что он писал настоящим русским языком. А русская образность не так-то просто поддается переводу, как и специфический язык старообрядцев: древний такой, допетровский, который замечательно восстанавливал Василий Михайлович. И когда читаешь у Пескова, допустим, что говорит та же Агафья, то слышишь ее голос, интонацию... Помните, что ответила отшельница на вопрос, не пора ли ей замуж?

- «А мне не можно», кажется...

- «А я Христова невеста»... Сохранить эту интонацию в переводе на французский - это не так-то просто.

- Вы можете вспомнить фразу, над которой приходилось долго думать, как перевести?

- Были сложности со словами... Например, есть русское «старовер», но есть и «кержак». Казалось бы, понятие одно, а слова разные. И получается, что если я заменяю оба слова одним французским, то как бы приглаживаю лексическое разнообразие...

Или по животному миру, допустим, взять марала. Это не олень, но близко. Как же тогда перевести? Вопрос принципиальный - ведь не хочется, чтобы французский вариант Пескова был скуднее, чем русский.

- А как вы перевели на французский само название «Таежный тупик»?

- О, это мы долго обсуждали. В дословном переводе звучало как-то не так... Пришлось пойти на такое название, как «Ermites dans la taïga» - «Отшельники в тайге».

- Василий Михайлович сразу согласился?

- Это название он принял, хотя было видно, что согласие далось ему нелегко: слишком он дорожил в душе таким простым, но емким словосочетанием, как «Таежный тупик».

- Огромное вам спасибо от всех русских людей за любовь к русскому языку и к творчеству Василия Михайловича!

Магия Пескова

- Ив, в чем, по-вашему, магия Василия Михайловича? Как человек из народа, окончивший неполную среднюю школу, смог стать известным на весь мир писателем и знатоком природы на уровне академика?

- Да, Песков самоучка, безусловно, он всю жизнь боролся за знания, за науку. Это изнурительный труд, каждодневный. Он читал много, читал всю жизнь, читал увлеченно, выборочно. Вот это и был его университет. Причем это был вечный университет. Тут все не завершается получением диплома...

У него было особое отношение к труду. Он любил повторять: я не зря зарабатываю свой хлеб. И каждый день он оправдывал именно трудом.

Когда мы были в полевых поездках, это был какой-то марафон труда! Причем Песков всегда восторженно ждал этого, был очень радостным, когда трогались в путь. Высказывал по этому поводу: как хорошо путешествовать! И вот тогда я и думал, что слова Пржевальского о том, что жизнь прекрасна тем, что в ней можно путешествовать, это именно про Пескова.

Ему надо было обязательно оправдать этот день. Были встречи с людьми, которые его интересовали. Были посещения разных мест. И было много работы: он делал для себя записи, фиксировал разговоры, фотографировал. И пока он не сочтет, что программа выполнена, что он оправдал этот день, он не расслабится, даже не поест... И часто бывало так, что мы обедали только ближе к вечеру, потому что он находился в постоянном поиске, в постоянном напряжении - физическом и творческом.

Я хочу сказать, что самоучка самоучкой, но Василий Михайлович был необычайно трудолюбивым. И именно ценой этого трудолюбия и постоянного такого трудового напряжения он и достиг совершенства своего мастерства.

При поддержке Русского географического общества.