Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-10°
Звезды22 октября 2021 21:32

«Мы переглянулись и замерли» В «Вечернем Урганте»: Шипенко и Пересильд вспомнили нервную стыковку к МКС, когда отказала техника

Кинорежиссер и актриса покинули реабилитационный центр, чтобы побеседовать с Иваном Ургантом
Кадр из передачи "Вечерний Ургант", Первый канал

Кадр из передачи "Вечерний Ургант", Первый канал

17 октября участники первой в истории киноэкспедиции в космос — режиссер фильма «Вызов» Клим Шипенко и актриса Юлия Пересильд вместе с космонавтом Олегом Новицким— приземлились в степи Казахстана. А уже 22 октября ненадолго сбежали из центра реабилитации космонавтов, чтобы прийти в гости программы «Вечерний Ургант». Там они раскрыли интересные подробности полета.

ОЩУЩЕНИЯ ПОСЛЕ ПОЛЕТА

Юлия Пересильд: «Я еще не до конца вернулась. До сих пор нащупываю землю. В первую ночь, когда я легла на кровать, казалось, будто бы поднимаюсь и поэтому дергала одеяло на себя. Открываю глаза, раз — и на себя»

Клим Шипенко: «А мне казалось, что кровать находится под таким углом (показывает угол 45 градусов). Хотя она, конечно, стоит на полу»

НОЧЬ ПЕРЕД ВЫЛЕТОМ

Клим Шипенко: «Я заснул часа на три. В 20-00 уснул, проснулся в 23-00. Потом в час ночи мы отправились на подготовку к старту»

Юлия Пересильд: «Клизму! Такое тоже было»

ПОДХОД К РАКЕТЕ

Юлия Пересильд: «Меня к ракете вел Сергей Юрьевич Романов, главный конструктор НПО «Энергия». И Константин Львович Эрнст (глава Первого канала). Это было важно для меня. Сергей Юрьевич — надежный, уверенный, мне было спокойно. И перед вылетом, есть такая традиция, — уже у ракеты космонавтам дают пендаль. И вот мне так интеллигентно его дал Сергей Юрьевич, и так от души — Константин Львович!»

Кадр из передачи "Вечерний Ургант", Первый канал

Кадр из передачи "Вечерний Ургант", Первый канал

ОСОБЕННОСТИ ПОЛЕТА

Клим Шипенко: «Когда отделяются ступени, подпрыгиваешь немного, как на горках, потом опускаешься. Перегрузки при взлете были нормальные — порядка 2G, хотя на тренировках мы тренировали давление 8G. То есть было ощущение, что все идет нормально. Я в какой-то момент закрывал заслонки, чтобы воздух не поступал».

НЕРВНАЯ СТЫКОВКА К МКС

Клим Шипенко: «Я уже видел солнечные батареи МКС в иллюминаторе. Когда первый раз автоматическая система стыковки отказала — я снимал кино. Потом Антон (Шкаплеров — космонавт, доставивший кинематографистов на МКС) начал настраивать стыковку в ручном режиме, и я перестал [чтобы не мешать]. Мы замерли — переглянулись с Юлей, приготовились».

Юлия Пересильд: «Я посмотрела на Клима. И очень долго помню буду помнить тот взгляд. Ни слова не сказали друг другу. А потом я вдруг произнесла: «Антон, я готова приступить к расчетам». Каким расчетам? Что я готова была считать? Не знаю. В целом российский модуль МКС — это небольшое пространство, похожее на кухню хрущевки. А вообще, это как коммуналка. Мне все время хотелось танцевать. Я чувствовала себя феей-нимфой. Где ты еще так полетаешь? Я даже попробовала спеть один раз, когда справляли 50-летие Олега Новицкого».

ПОСАДКА

Клим Шипенко: «Перед возвращением станция немного перевернулась примерно на 60 градусов. В том числе и наш корабль тоже. И мы немного заволновались, все ли пойдет так. Ведь скоро вылетать. А там же надо очень точно все рассчитать, чтобы приземлиться там, где положено. Уже начали гадать: может быть, будет баллистический спуск (принудительный), где перегрузки в три раза больше — до 15G, когда люди теряют сознание при посадке? И когда мы летели, немного волновались и ждали, вглядывались, туда ли мы летим. А потом, когда поняли, что все хорошо, то получали удовольствие. Как на аттракционе»

Юлия Пересильд: «А потом капсула загорелась! В иллюминаторе Клима я увидела, что мы горим. Во-первых, это красиво. И наш командир Олег Викторович Новицкий — крепкий военный человек с хорошим чувством юмора. Поэтому когда начал открываться парашют, он так весело сказал: «А сейчас начнется!». Мне показалось, что пульт упал на меня. Дальше что-то внизу взорвалось. А потом было трогательно — нам говорили, что при посадке мы почувствуем удар. Но его не было. Я увидела в иллюминаторе сначала ковыль, а потом лицо Константина Львовича»