2012-07-01T15:17:42+03:00

Директор «Карамба ТВ» Михаил Орлов: «+100500 для нас и классно, и бич. Это не просто программа. Это феномен!»

Каким будет интернет-телевидение в будущем [обсуждение на радио КП]

В прямом эфире радио КП генеральный директор «Карамба ТВ» Михаил Орлов обсуждает с ведущими Еленой Хангой и Николаем Никулиным, можно ли сделать смешное телевидение без мата.

Ханга:

- Здравствуйте! Мы с Николаем Никулиным приветствуем вас. Вот на какую тему я хочу поговорить. Я подозреваю, что наше телевидение умирает.

Никулин:

- Почему же? В двадцатом веке все мыслители и философы говорили, что Запад скоро накроется… Однако неплохо он поживает…

Ханга:

- И там уже появилось новое телевидение. У них есть интернет-телевидение. Это чудо. И у нас немногие знают, что это такое. У нас в гостях Михаил Орлов, генеральный директор «Карамба ТВ». Он начал интернет-телевидение свое с нуля.

Орлов:

- Здравствуйте!

Ханга:

- Расскажите, о чем ваш проект?

Орлов:

- Это официальное название. А так в народе его называют «Карамбой».

Никулин:

- Это словечко Барта Симпсона

Орлов:

- Это словечко-то хулиганское, отдающее пиратской тематикой. Очень много различных связей. И «Карамба» – это в какой-то степени развлекательная платформа с очень веселым видеоконтентом, который производится в полупрофессиональной среде. У нас есть специалисты и с телевидения, и из интернета. Но в целом – это альтернатива современному телевидению, которая не обременена языковыми нормами. И разговаривает с аудиторией на понятном для них языке.

История появления очень простая. Нас было четверо. И решили сделать что-то свое. Это Максим Голополосов, основатель проекта +100500, я и наши друзья Женя и Петя. И мы начали делать эту историю. Мы находили интересные проекты в интернете, которые имели хорошие шансы стать популярными. И смотрели. Делали так, чтобы эти проекты видело как можно больше людей. В какой-то момент стало понятно, что нас смотрят. Мы очень быстро сделали сайт-платформу для распространения видел через Ютуб. Мы использовали социальные сети, там много всего… И само ТВ – это развлекательные форматы. Очень простые. Короткие и небольшие.

Ханга:

- А сколько стоит запустить такое ТВ?

Орлов:

- У нас была простая история. Мы арендовали студию за смешные деньги. Изначально с фотоаппаратом. И вложились в регистрацию компании.

Николаев:

- А на ковер сколько?

Орлов:

- На ковер Макс принес, в первую очередь. И начали с этого делать. Условно говоря, на первом этапе потратили тысяч пятьдесят на аренду, на какие-то регистрации юрлица. Пригласили аудиторские компании, потому что мы не бизнесмены такие. Организовали юрлицо и начали заниматься этим. И лелеяли надежду, что когда-нибудь мы станем большими и сильными.

Ханга:

- Хорошо. Пошла отдача хоть какая-то?

Орлов:

- Да. В сентября прошлого года мы уже перестали… По нулям идем. Расширяемся. У нас помимо интернета и телевизионное производство. Несколько телеформатов входит и на телевидение. Плюс мы очень неплохо научились зарабатывать деньги на видеоконтенте. Это очень сложная история. Когда мы начинали, к нам приходило много людей, говорили, что знают, как это делать, что это классно и просто. А в какой-то момент стало понятно, что если не мы, то кто?

Никулин:

- По поводу «просто». Наверняка каждый пользователь ютуб, это портал, куда каждый может повесить видео. Если раньше это было 10 минут, сейчас можно до часа. Я например, выкладывал свои передачи по 45 минут. Наверняка у каждого человека, который пользуется этим порталом, возникает вопрос: а можно ли на нем зарабатывать? Ведь в какой-то момент возникает рекламное предложение. И ты помещаешь рекламу у себя на страничке. А, по-моему, это очень легко. Несколько легкомысленных манипуляций, и у тебя уже есть своя страничка, где ты можешь помешать рекламу. А еще как можно заработать?

Орлов:

- Зарабатывать на видео-хостингах реально. Но это нужно иметь очень большие показатели.

Никулин:

- Сколько нужно?

Орлов:

- Я не знаю… В месяц чтобы…

Никулин:

- Миллионником быть. Как блогеры говорят: если ты миллионник, ты уже средство массовой информации.

Орлов:

- И какие-то деньги ты начинаешь зарабатывать. Эта история только развивается. Года через два будет. Сейчас это все в зачаточном состоянии.

Ханга:

- Вы уже заняли эту нишу…

Орлов:

- Не знаю, заняли или нет. Но нам прикольно работать. Мы создаем то, что нам нравится.

Никулин:

- Интересный факт. Будущее интернет-телевидение – это, быть может, не компания, а просто частные люди. Каждый сам себе телевидение.

Орлов:

- И так, и так. Я не готов соглашаться с тезисом, что сейчас люди придут, обычные пользователи и видеоблогеры, и займут все ниши. Это не совсем верно. Контент должен быть разнообразным.

Ханга:

- Я приехала из Нью-Йорка. Я увидела, что там ты сам можешь заказывать себе телевидение. Звонишь на какой-то канал и говоришь, что любишь это или это… И тебе начинают крутить только это. И еще без рекламы. Расскажите, что это такое? Я была совершенно потрясена, когда тебе показывают с утра до вечера то, что тебе нравится.

Орлов:

- Это так называемые рекомендательные истории, рекомендательные сервисы. Они могут быть, как на телевидении, Эппл-тв, Гугл-тв сейчас движутся в этом направлении. Это прикольная штука. Но там есть определенные особенности.

Ханга:

- Бесплатно это!

Орлов:

- Слава богу, что появилась возможность бесплатно смотреть. К этому все должно рано или поздно прийти. Человек хочет получать то, что ему нравится смотреть. Технологии такой доставки контента пока несовершенны. Это стоит признать. Если бы они были совершенны, все бы на это подсели. Ханга:

- А там уже все подсели.

Орлов:

- Еще не все.

А теперь механика. Один день смотришь то, что нравится. Контент рекомендательный. Я сейчас на больное место наступлю этой истории. Один раз – классно, допусти, 24 часа подряд смотрели. Второй день. А на третий день? А в какой-то момент программа не знает, на основе чего вам делать рекомендации.

Ханга:

- Подождите. Мне объяснили, что в какой-то момент ты можешь скорректировать. Прислать им… Вот сейчас я люблю Аллу Пугачеву, а сейчас хочу Стаса Михайлова смотреть. И тебе начинают присылать все, что по Стасу Михайлову. Тебе надоело? Говоришь, что хочешь про Обаму посмотреть.

Николаев:

- Допустим, у нас в социальных сетях есть тоже такая функция, когда ты составляешь список музыкальных предпочтений. И дальше тебе рекомендуют.

Я люблю, например, Бритни Спирс. И еще попсовых исполнителей. Могут они мне предложить Гинсбурга? Нет. Никогда в жизни не предложат. А хорошо ли это? Вопрос. Об этом и говорит наш гость. Иногда новое даже важнее, чем твои рекомендации.

Ханга:

- Я так понимаю, что помимо того, что ты заказал, они еще тебе присылают других исполнителей. Или что-то другое. На похожие или смежные темы. Орлов:

- Это классная история. Если бы мне показывали все то, что я бы хотел, никто не откажется. Это нормальное состояние, когда ты смотришь то, что ты хочешь. Думаю, для этого приличное количество времени потребуется.

Как бывает в жизни? Встречаешь человека, который выбивает из этой штуки. Он такой интересный! И ты начинаешь смотреть и слушать все, что он делает. И вдруг открываешь для себя такие ниши! И пока не произойдет что-то вроде социальности в этих ресурсах, в этих сегментах бизнеса, это не будет работать.

Никулин:

- Для этого и существует телевидение, чтобы открывать что-то новое. Ты не видел какой-то фильм, включаешь Первый ли Россию, а они тебе демонстрируют фильм, которые недавно показывался в кинотеатрах. И это шок.

По поводу социальности. Интересно, современное телевидение, конечно, к интерактиву не приспособлено. Может, только «Что? Где? Когда?». И то там письма присылают. И неизвестно, сколько они идут. А если онлайн-общение? Придет ли к тому, что телевидение будет идти в прямом эфире?

Ханга:

- Я слышала, что якобы во время репортажа комментаторам уже по интернету присылают вопросы и они в прямом эфире отвечают.

Орлов:

- Интерактив – прикольная история. Людям интересно высказать свое мнение. Но это не обязательно должно быть в режиме прямого эфира. Те же самые комментарии. На ютубе. К ролику, к посту в соцсетях. Это интерактив. Но он не происходит на уровне «здесь и сейчас».

Ханга:

- Когда мы смотрим, например, теннис, мне очень хочется с комментатором разговаривать.

А что мне отвечать, когда матч уже закончился? И уже поезд ушел. Вот такой интерактив возможен?

Орлов:

- Во время матча, думаю, лучше не спрашивать. Тут, скорее, нужно найти единомышленников и вместе похулиганить. На ютубе часто такая штука происходит, когда в комментариях, если лайки, ты вводишь лучший комментарий в топ, и там от реально хулиганских до серьезных комментариев. С конструктивной критикой. Это зависит от аудитории.

Я сторонник того, чтобы интерактивность была конкретно под какой-то проект.

Никулин:

- Следует вспомнить такую проблему, которая существует у нас на телевидении. Все, как правило, сводятся к критике, что нет прямых эфиров. В интернет-телевидении будут прямые эфиры?

Орлов:

- Со временем будет. Но это просто очень важно понимать. Если ты готовишь принципиально качественный контент, смешной, надо монтировать. Тратить на это время.

Никулин:

- Но люди хотят прямого эфира!

Орлов:

-Это огромная работа. Чтобы смонтировать +100500, требуется одна-две смены. Редактор, режиссер монтажа и часто Максим на этом присутствует. Делать +100500 онлайн крайне сложно. Есть люди, которые умеют работать онлайн, они органичны. Они естественны. И им не нужно несколько дублей. А есть артисты, кому нужно десять дублей. Но они сделают так, что это будет смотреться прикольно.

Никулин:

- Допустим, дискуссия. Ток-шоу. Режут многих людей! Не знаю, специализируетесь ли вы на политических передачах, но даже социальные. Почему мы некоторых гостей режем, потому что не нравятся их высказывания, а некоторых нет. В прямом-то эфире этого не сделаешь!

Ханга:

- А есть некоторые гости, который отказываются приходить не в прямой эфир.

Орлов:

- Это вопрос репутации. Если издание хранит свою репутацию, как правило, вопросов не возникает. Если творческая команда не позволяет себе в адрес своих гостей радикальных историй… Конечно, часто зависит от человека. Он может глупостей наговорить, а потом обижаться…

Никулин:

- Вопрос в цензуре. А цензура в интернет-телевидении есть?

Орлов:

- Я сознательно избегаю…

Никулин:

- Могу конкретный пример привести. Окупайабай. Об этом и у нас говорили. Во время только появления лагеря один из пареньков взял и начал вести прямую трансляцию. И в интернете была ссылка. И я скажу, что на второй-третий день там больше двух миллионов собрало. И это интересно, потому что прямой эфир.

Ханга:

- Я даже слышала, что он спрашивал людей, куда мне теперь пойти. И люди говорили, поезжай туда, туда…

Никулин:

- Они комментировали. И он отвечал на эти комментарии. Или, напротив, не отвечал.

Орлов:

- Это классно! «Дождь» делает такие вещи. Они клевые.

Никулин:

- За этим будущее, наверное.

Орлов:

- Мы же будущее делаем. По сути говоря.

Ханга:

- Отомрет наше телевидение?

Орлов:

- Я очень боюсь делать такие прогнозы. Мне кажется, что надо делать то, что тебе нравится. И будь, что будет. Убивать телевидение, которое сейчас есть, не знаю, надо ли. Люди живут. На телевидении сколько людей работает. Все хотят кушать и прочее. Либо ты занимаешься своим делом и делаешь это хорошо.

Ханга:

- Передача +100500 – это на грани дозволенного? Этично? На грани фола. И те словечки, которые употребляет Максим, особенно в интернете, можно ли их в эфир-то пускать?

Орлов:

- Можно ли… Пик-пик.. Это же телевидение. У Карамбы нет регистрации СМИ. Если была бы, ко мне уже пришли дяди.

Ханга:

- Ах, у вас нет регистрации! А кто вы?

Орлов:

- Мы просто компания. Юрлицо. Мы не занимаемся СМИ. Это история не про нас.

Ханга:

- Поэтому у вас нет цензуры?

Орлов:

- Конечно. Недавно закон приняли, что СМИ не могут делать рекламу алкоголя. Сейчас все повально будет не СМИ. Так что к нам не придраться.

По поводу этики. Тут куча вопросов сразу. Как изъясняться, это личное дело каждого. Мы, поскольку находимся в интернете, у нас нет включил и смотришь, обязательно ты приходишь на определенный контент, нет прямого эфира. Ты приходишь и сам выбираешь.

Ханга:

- По «Перцу»…

Орлов:

- По «Перцу» все зацензурировано. Там есть пики. Те, кому нужно, понимают. Те, кто не понимает, слава богу. Есть пики. И мы в рамках закона действуем.

Ханга:

- А без мата нельзя обойтись? Вы же такое интеллигентный молодой человек…

Орлов:

- Черт!

Ханга:

- Вы, наверное, слов таких не знаете…

Орлов:

- Знаю. Увы, приходится.

Ханга:

- Именно в этом прелесть?

Орлов:

- Много составляющих. Что такое успешный контент? Создать его крайне сложно. Это какая-то химия.

Ханга:

- Какая химия? Это же не вы снимаете ролики. Вы их только комментируете.

Орлов:

- Ролики нам присылают. У нас есть специальный ящик, почта. Мы отбираем. А аудитория у нас большая. У нас только в интернете на сайте ежемесячная аудитория 2 миллиона человека. Очень большая просматриваемость.

Ханга:

- Вы очень популярны. Знаете, как я вас узнала? Я ехала в «Останкино», стояла в пробке. И мне водитель на своем айфоне дал смотреть, чтобы я не ныла. Он был в бешеном восторге. По-моему, наизусть знал все это. И даже еще и цитировал. Вот ваша аудитория.

Орлов:

- Классно. Аудитория у нас разная. Удивитесь, на сайте у нас «ядро» - 18 – 35 – 40 процентов аудитории. В соцсетях аудитория помоложе. На Фейсбуке даже старше.

Аудитория берет наш контент с тех площадок, с которых им удобнее всего смотреть. На «Перце» это другая аудитория. Не поверите, но там аудитория, которая, возможно, даже не поймет, что если мы будем делать в прямом эфире с матом. Это аудитория телеканалов.

Никулин:

- А зачем, кстати, решили на «Перце»-то транслировать свою передачу?

Орлов:

- Это такой эксперимент.

Никулин:

- А удачно?

Орлов:

- Очень. Мы выше доли канала средней. И спокойно идем. У нас очень классно все по рейтингам.

Ханга:

- А дальше что вы будете делать?

Орлов:

- Допустим, мы сделали программу. Любительский видеоблог. Сделали про футбол. Куча негатива, комментариев, почему такой картавый ведущий. Мы решили и подумали, назовем его «Картавый футбол». И вышло на «России 2». И она в определенное время, в воскресный вечер, в час ночи собирает долю выше, чем доля телеканала.

Никулин:

- Не хочу переходить на личности. Но там такие передачи! Там вышла передача «Язь. Перезагрузка», где ведущий кулинарного шоу, который, помните в ролике: «Язь!».

Орлов:

- Я же не говорю, хорошая программа или нет. Мы же не обсуждаем качество контента. Я говорю о факте. Есть доля программы, которая выходит в данное время. И она хорошая.

Авторские права. Люди присылают видео. Человек говорит, что он автор.

Ханга:

- Допустим, я поверю, из нашей страны вам присылают. Но я видела английские или американские ролики.

Орлов:

- У нас недавно был случай. Мы сделали «Морковный человек». Нам прислал какой-то иностранец. Мы его разместили, Максу очень понравился. После этого пишет правообладатель. Он говорит, что такой-то. «Это принадлежит мне. Извольте указать». Не вопрос!

Ханга:

- А если бы он сказал: «Извольте расплатиться»?

Орлов:

- За что? Если он…

Ханга:

- Если он правообладатель?

Орлов:

- Это тоже можно обсуждать.

Мы делаем не на уровне, чтобы кого-то обидеть. С видеороликами. Нам присылают зрители, которые хотят, чтобы этот ролик попал либо в обзор, либо еще что-то. Понятно, что если мне будут писать зрители: дайте мне сто рублей или сто тысяч рублей за то, что вы использовали мой ролик, я, скорее всего, буду использовать бесплатный ролик, который мне выслал другой зритель. Это очень простая механика.

Ханга:

- Вы же выбираете западные ролики.

Орлов:

- Нам же их присылают. Смотрят много. У нас есть английская версия +100500. Канал с английской версией, который распространяют. Более того, у этой истории будут очень интересные перспективы.

Ханга:

- Вы на английском это комментируете?

Орлов:

- Да. Максим.

Никулин:

- Специально выучил английский под это дело?

Орлов:

- Он знает. Неплохо разговаривает. У нас есть человек, который поправляет его, чтобы это было реально стилизовано. Конечно, это есть акцент. Но это придает шарм.

Ханга:

- И смотрят вас?

Орлов:

- Смотрят. А сейчас мы ждем от наших зарубежных коллег бумаги. Мы подписали договор с очень крупной компанией в Штатах. «Мейкер-студиос». Мы являемся их официальными представителями в России теперь. Это самый крупный партнер ютюба по категории развлечения. И у нас в России будем много адаптированного под российский контент. С классной озвучкой. Мы сотрудничаем с Кураж бомбеем . Это классный человек, который занимается переводами. У нас есть Сережа, который очень клевый. Он классно озвучивает. Это не классический дикторский голос. А именно развлекательный и стебный.

Наша задача сделать так, чтобы нас смотрели люди. И чтобы все было максимально прозрачно. На уровне авторских прав, коммерции. И хотим сделать так, чтобы в этой истории выигрывали максимально все.

Никулин:

- Это пока только +100500. А какие-то еще передачи вы можете?

Орлов:

- +100500 для нас и классно, и бич. Это не просто программа. Это феномен. Если подумать…

Ханга:

- А нет зарубежного аналога?

Орлов:

- Есть. В Латвии есть классные ребята, которые делают. У них большие показатели.

Никулин:

- А что-то помимо этого выходит?

Орлов:

- У нас на Карамбе много. У нас делают озвучку потрясающую. Видео получает категорию 18+ неизменно. Через 40 минут, как выходит видео, получает категорию 18+. Это означает, что в тенденции в виде нового ютуба не попадает. Кучу просмотров мы не получаем от этого. Но там по полмиллиона просмотров! На ролик.

После +100500 принято считать, что 3 миллиона просмотров – это нормально. Это ненормально. Когда ролик собирает такое количество просмотров, это очень круто. Среднее видео, если набирает сто тысяч – это очень хороший показатель.

Никулин:

- А как вы пиарите?

Орлов:

- У нас есть система.

Никулин:

- Как, например, я могу узнать о том, что новый выпуск передачи вышел?

Орлов:

- Можно зайти на сайт. Там сразу актуальное появляется. Можно подписаться на канал на ютубе. Можно вступить в группы в соцсетях. Вариантов более, чем достаточно.

Выбирай.

Никулин:

- А передачи для умных у вас есть?

Орлов:

- Да. У нас есть проект «Коза». Он затрагивает социальные темы. На том языке, на котором зрители воспринимают, они говорят. Конечно, социалка – это всегда сложно. И когда ты занимаешься развлекательным телевидением, особенно надеяться не стоит. Но почему-то вопреки мнению, проект «Коза» очень хорошо смотрят.

Ханга:

- О чем это?

Орлов:

- Это про отношения, про то, как быть лидером. Там очень много простых… Один из интернет-хулиганов, который затрагивает очень важные темы, которые касаются личностного роста, взаимоотношений с людьми. И в этом можно найти очень интересные вещи и доводы.

У нас есть программа про психологию. Ее очень любят смотреть без звука. Выразительная Вика. Она говорит классные вещи. Научно-популярная психология. Про отношения мужчины и женщины. 3-5 минут. Классные темы затрагиваются.

Ханга:

- А кто она по специальности?

Орлов:

- Журналист. Мы с ней познакомились. У нее было 500 просмотров на видеоролик. Мы ее выбросили в интернет. И за пару дней – 30 тысяч просмотров. Сейчас некоторые в один миллион просмотром перешагнули. Она мегапопулярна. Недавно мы делали коммерческую историю с «Рибоком». Она нравится аудитории, рекламодателям. И это само по себе прикольно, когда человек может рассуждать.

Я считаю, что современному телевидению очень не хватает искренности. Такое ощущение, что ведущий отдельно, редактор отдельно, декорации отдельно. И зритель не понимает, где его настоящая суть.

Никулин:

- Но согласитесь, есть слово «профессионализм». Когда вы читаете книжку, там цензура поработала, редакторская правка. Интернет-телевидение – сложный феномен. Я, например, могу вспомнить пранкеров, которые тоже очень популярны в интернете. Но, мне кажется, не смешно они шутят. И издеваются по телефону беспардонно и бестактно.

Орлов:

- Это нишевая история. У меня ощущение, что мы больше, чем нишевая история, потому что мы занимаемся развлечением.

Ханга:

- Спасибо. Очень интересный разговор!

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ