1

Егор Холмогоров — о передаче Курильских островов: Японцам дашь палец, тут же откусят руку

Обсуждаем главные новости дня с Егором Холмогоровым в эфире программы «Из глубины» на Радио «Комсомольская правда»Обсуждаем главные новости дня с Егором Холмогоровым в эфире программы «Из глубины» на Радио «Комсомольская правда»

Известный публицист в эфире Радио «Комсомольская правда» рассказывает о том, как исторически шла борьба между Россией и Японией за территории [аудио]

Егор Холмогоров — о передаче Курильских островов: Японцам дашь палец, тут же откусят руку

00:00
00:00

Холмогоров:

- Здравствуйте. Ну, как я слышу, за то время, пока меня не было в эфире, у нас заставочка поменялась. Но содержание программы «Из глубины» - прежнее. Это обсуждение основных актуальных событий недели, то, что нас волнует, то, что нас заставляет переживать, то, что вас заставляет периодически нам звонить… Начнем, наверное, с такой грустной, весьма напряженной темы сегодняшнего дня – это решение голландского суда о том, что так называемое золото скифов из крымских музеев должно быть передано Украине. Вместо того, чтобы вернуться в те крымские музеи, откуда некогда экспонаты были взяты. Это национальный музей Крыма в Симферополе, это музей Херсонеса, это музей Бахчисарая и это музей Керчи. Что я по этому поводу хочу сказать? Вот сейчас я периодически встречаю в прессе заголовки «Голландский суд постановил вернуть золото скифов Украине». Ни о каком возвращении этих предметов Украине речь не идет. Ни о какой передаче этих предметов Украине речь не идет. Речь идет о краже, грубо говоря, голландское государство в данном случае выступило в роли такой воровки на доверии. Почему? Потому что в свое время крымские музеи отправили эти уникальные артефакты на выставку сначала в Германию, потом в Голландию, совершенно не предполагая, что кто бы то ни было может их украсть. Соответственно, резонно предполагая, что они вернутся на свое законное место в составе коллекции. То, что там государство, известное под названием Украина, постановило, приняло закон по поводу того, что все музейные предметы на территории этой Украины принадлежат государству, - ну, начнем с того, что какое там государство, мы все очень хорошо видим, вряд ли можно назвать это государством, - но закончим тем, что вообще-то это противоречит международной практике, это противоречит международному праву в области музеев. Коллекция принадлежит музею, а не государству. Она не должна быть ни в коем случае разрушаема. Соответственно, сейчас голландские власти постановили фактически разрушить коллекции крымских музеев в интересах государства Украины. То есть, это грабеж. В котором, к сожалению, как бы наша сторона, в виде нашего российского государства, проявила какую-то косность, инертность, возможно, связанную с тем, что хотелось не очень злить голландское правосудие, которое одновременно принимает решение по делу ЮКОСа, не очень хотелось их злить в связи с тем, что у нас фактически там в заложниках часть коллекции Эрмитажа, так называемый голландский Эрмитаж – не очень, конечно, понятно, зачем он там нужен, но, тем не менее, у нас есть такое. В результате, на мой взгляд, совершенно недостаточное внимание наше государство уделило защите и отстаиванию коллекции крымских музеев, отсюда вот такое печальное решение голландского суда, которое, по счастью, еще может быть оспорено. Что там внутри? Когда говорится о крымском золоте, то скифском золоте, то это не совсем верно. Как раз вот золото скифов именно в крымской части коллекции оспариваемой, ее практически не было. Все золото скифов, которое было, приехало из Киевского национального музея древности. Это тоже такая странная контора, расположенная сейчас на территории Киево-Печерской Лавры, созданная украинскими коммунистами в 1969 году как раз для того, чтобы не отдавать основные находки в Крыму и по всей Украине, в Эрмитаж, в тамошнюю золотую кладовую, ну, соответственно, украинские партийные бонзы решили, что вот у нас будет своя собственность – золотая кладовая, мы вам ничего не отдадим и, соответственно, ограбили все музеи на территории Украины – там в Днепропетровске, в Харькове, в Николаеве, крымские музеи тогда уже тоже хорошо почистили. Напомню, это 60-е годы были. И все свезли вот туда. Потом, когда делались находки в Крыму в 70-е годы, то тоже очень многое отвозилось уже не в Эрмитаж и не оставалось на месте в Крыме, а отвозилось в Киев. И до какого безобразного состояния все это дошло за время незалежности Украины, показывают такие случаи, когда сначала жена Ющенко появилась со скифской брошкой на его инаугурации. Потом София Ротару снимала какой-то клип тоже со скифским золотом. Причем, таблоиды писали, что она чуть ли не поломала его. Грубо говоря, тот факт, что эти коллекции крымские из Голландии могут попасть в Киев, с большой вероятностью может означать их разрушение, их утрату, их раскрадывание, а там действительно очень ценные вещи. Но только ценные не для любителей золотишка, а для любителей истории. Я, например, был в прошлом феврале в Керчи, где вообще трагедия, потому что они отправили на эту выставку один из главных экспонатов своего музея, так называемую змееногую богиню. Это совсем не золото, это мрамор, но это совершенно уникальная - не только для наших музеев, но и для древнегреческих музеев – статуя вот такой какой-то языческой богини со змеиными ногами. Она очень изысканная, очень редкий культурный артефакт, и вот он теперь отправится в Киев, где он никому не нужен. Потому что этим только давай что-то, что блестит. Впрочем, к сожалению, того, что блестит, из Керчи тоже много чего отправится, например, два погребальных золотых украшения сарматских женщин. Их тоже отправили на эту выставку, а теперь это все, видимо, уедет в Киев и их будет носить какая-нибудь очередная жена украинского олигарха или политика. Потому что верить в то, что киевские власти смогут обеспечить сохранность этих уникальных произведений, нет никакой. Они этот национальный музей древностей уже постановили расформировать. То есть, кто будет контролировать эти коллекции, как их будут контролировать, совершенно непонятно. И в этой связи, конечно, вызывает серьезное удивление позиция некоторых наших музейных чиновников, например, позиция директора музея Московского Кремля Елены Гагариной. К сожалению, то, что ты дочь первого космонавта, еще не говорит о том, что ты всегда и во всем права. Она заявила, что по закону это вещи Украины, значит, голландский суд поступил правильно. То есть, такая некая я бы сказал международная солидарность начальства. Что как бы все принадлежит государству, а не музею. Вот это, к сожалению, неверно. И вот эта философия отражается и на содержании наших кремлевских музеев, где тоже никакой определенной идеи в том, что там выставлено – в Алмазном фонде, в Оружейной палате – к сожалению, не видно. Видимо, потому, что считают, что это не музей со своей коллекцией, в котором заложена определенная философия, а это государственное хранилище. Вот такая грустная история, которую, я надеюсь, как-то удастся сапеллировать.

Теперь давайте разберемся с еще одной потенциальной потерей, которая, напротив, стала от нас чуть-чуть дальше. Это вероятность потери нами четырех или хотя бы двух островов Южных Курил. Не далее как сегодня японская газета «Асахи» рассказала о переговорах, которые прошли между нашим секретарем Совета безопасности Николаем Патрушевым и секретарем Совета национальной безопасности Японии Ситаро Яти, на котором обсуждался вопрос – можем мы вернуть в рамках соглашения 1956 года Японии два острова или не можем. И японцы, можно сказать, публично совершили как бы такой достаточно известный у себя в стране ритуал, который называется сеппуку, он же у европейцев и у нас, в частности, именуется харакири. То есть, публично вспороли себе живот. Они фактически сделали именно это, заявив, что в случае, если острова будут переданы, они автоматически подпадают под договор о гарантиях безопасности между США и Японией и, соответственно, там вполне могут появиться военные базы. То есть, если мы вдруг в качестве жеста доброй воли, наследующего манеры Никиты Сергеевича Хрущева, который очень любил раздавать территории, передавать их, и, в частности, пообещал Японии в 1956 году вернуть острова Шикотан и Хабомаи, соответственно, выяснилось, что в этом случае, если американцы захотят, они просто скажут японцам – знаете, вот у нас с завтрашнего дня будут на этих ваших островах базы. Возникает вопрос после этого – следует России соглашаться на такую передачу или нет? По-моему, совершенно очевидно, что это исключено. Даже для очень острого для нас желания передать вдруг эти острова, которое с чего бы вдруг возникло, хотя я не знаю никого ни в нашем обществе, ни в нашем правительстве… которые согласны, что Япония должна что-то получить – хотя бы два острова. По-моему, все считают, что они перебьются. Но вот даже если бы мы вдруг захотели, то японцы выставили такие условия и как бы заранее обговорили такие совершенно исключенные для нас вероятности, которые делают все разговоры на тему о какой бы то ни было передачи хотя бы части Южно-Курильских островов просто бессмысленным. То есть, вопрос закрыт, как минимум, на ближайшие 5-10 лет. На мой взгляд, это очень хорошо.

Давайте вернемся к сути этого вопроса. Вот коллеги приготовили небольшую справочку истории спора из-за Курильских островов. Давайте послушаем.

Справка Радио «Комсомольская правда»

Курильские острова включают 56 островов общей площадью около 10,5 тысяч километров. Все они входят в состав Сахалинской области. Россия и Япония параллельно исследовали Курильские острова, начиная с 17 века. Часть островов в разное время принадлежали и той, и другой стране. Окончательно Курильские острова отошли СССР по итогам второй мировой войны. Это было оформлено в соответствии со всеми международными нормами. Поэтому Россия, которая является правопреемницей СССР, владеет этой территорией на законных основаниях. Япония оспаривает право на Южные Курилы – острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и группу Хабомаи. Это стало причиной, почему между нашими странами до сих пор не подписан мирный договор по итогам второй мировой, хотя 2 сентября 1945 года Токио подписало договор о безоговорочной капитуляции и по решению Ялтинской конференции все Курильские острова, включая Южные, перешли к России. Формально состояние войны между СССР и Японией завершилось в 1956 году, когда была подписана московская декларация о мире и были восстановлены дипломатические отношения. Это позволило начать торговые контакты, а, главное, появилась возможность начать обсуждение мирного договора, который до сих пор не подписан.

Ну, на самом деле, я буквально не так давно вернулся с Сахалина, до сих пор еще даже не успел перестроиться на московский режим, отсюда, может быть, даже несколько сонно звучу. Там, конечно, люди очень обеспокоены. Потому что возникло на этот раз ощущение, что могут быть какие-то подвижки с нашей стороны к уступкам Японии по этому вопросу, а как бы жители Сахалинской и Курильской области совершенно этим недовольны, для них это представляется абсолютно неприемлемым, они там живут. В общем, люди собирают какие-то письма, готовятся к каким-то выствуплениям и т.д. Обстановка действительно нервная. И вот на фоне этой нервной обстановки я прошелся по местному музею и, в частности, поизучал старинные карты. И вот очень интересные есть карты, там, например, японские. Например, карта страны Эры Сохо 1644 года. И вот там изображена символически Япония, изображен остров Хоккайдо, изображены Курильские острова в виде такой группы мух, изображен юг Сахалина, и вот что интересно. Япония изображена одним цветом – желтым. А Хоккайдо, Курилы и Сахалин - другим - красным. То есть, еще в середине 17 века, как раз тогда, когда впервые русские землепроходцы зацепились за Курильские острова, за Сахалин, в это время японцы сами не рассматривали даже Хоккайдо, как часть своей суверенной национальной территории. Для них это были какие-то несколько иностранные, инородные земли, с которыми они еще толком не знали, что делать. Вот японцы еще раздумывали, что делать, как бороться там с местным населением айнами, которые были достаточно воинственные и очень отважные и серьезно сопротивлялись японцам, но при этом русских почему-то принимали как друзей. Наверное, потому, что они не совсем типичные по своему антропологическому типу, они не монголоиды, они были такими бородатыми и пушистыми. Так вот, в это самое время, когда японцы еще не знали, что делать с Хоккайдо, уже появились первые русские поселения на Курильских островах. И достаточно динамично развивались весь 17, 18, 19 век. В этом музее опять же можно посмотреть массу интереснейших предметов, которые остались от русских людей на Курилах. В частности, православные кресты там находили, вещи, которые изготовлены были в Петербурге, в Москве, в общем, по всей России. Собственно, Курилы были вообще признаны Россией как часть Японии, не потому, что там не жили русские люди и не потому, что там поселились японцы. Как раз японцев там не было и, пока там были вот русские колонисты, их туда не подпускали. Это было сделано в качестве такой дипломатической истории, связанной с тем, что российское правительство очень хотело получить Сахалин. И вот тогда сначала по Симодскому договору Россия и Япония разделили Курилы так, что Южные Курилы остались в составе Японии, точнее, перешли в состав Японии фактически, а Северные Курилы остались в составе России. А потом через какое-то время был заключен Токийский договор, где уже Россия признала права за Японией на все Курилы в обмен на признание Японией нашего суверенитета над Сахалином. То есть, вот такой был обмен, но на самом деле, на этот обмен можно было не соглашаться.

Так вот, Симодский договор был заключен в 1855 году и по нему Курилы, которые до этого были заселены исключительно русскими людьми и айнами, были разделены на Северные и Южные Курилы. Дело в том, что переговоры о заключении этого договора велись на голландском языке, на единственном языке, который знали обе стороны. И японцы в своем экземпляре договора сформулировали дело так, что у них было написано – Курильские острова и Шикотан, Итуруп, Кунашир и т.д… То есть, они сформулировали так, что эти острова не принадлежат к числу Курильских островов, что якобы только Северные Курильские острова являются Курильскими островами, а Южные это уже такая отдельная единица. Потом на время это потеряло актуальность, потому что в 70-м году, по новому Токийскому договору, Россия уступила Японии все Курилы. Уступила в обмен на то, что Япония признала за Россией безусловные права на Сахалин. То есть, мы перестали как бы спорить с Японией, чей это остров, Сахалин признали нашим, Курилы признали японскими. И так длилось до русско-японской войны 1904-1905 годов, когда Япония сдвинула эту точку равновесия, начав с нами войну, захватив Сахалин – там были очень трагические события, связанные с русским сопротивлением на Сахалине, с партизанскими отрядами, об этом я, к своему стыду, сам узнал только недавно, есть вот даже роман Валентина Пикуля. Опять же в сахалинском музее, о котором я вам говорил, сохранились вещи наших партизан той войны и рассказывается грустная история о том, что, когда все-таки японцы захватили их в плен, они их всех просто перебили. И, конечно, удивительно в этой связи то, что хотя бы половину Сахалина графу Витте, который вел переговоры с Японией, удалось сохранить по итогам этой войны. Его, конечно, травили в тогдашней либеральной прессе, называли граф Полусахалинский, но с учетом того, что японцы полностью тогда оккупировали Сахалин, это была, конечно, крупная дипломатическая победа его. Ну и когда, соответственно, Россия вернулась вновь в 1945 году, мы уже сместили баланс в свою сторону. Мы заняли полностью Сахалин и полностью Курилы. И по итогам второй мировой войны, конечно, это все наше национальное достояние. И вообще, разговаривать здесь совершенно не о чем. То есть, нет с нашей стороны с нашей точки зрения никакой территориальной проблемы Курил, или Южных Курил, или чего-то еще. И не должно быть. Потому что, как только мы начнем об этом разговаривать, то – дашь палец, тут же откусят руку. Тут же вспомнят о границах на 1945 год, о границах по итогам русско-японской войны, тут же начнут вспоминать древние договоры 19 века и начнут докапываться, что хоть что-нибудь нам еще отдайте. В принципе, экстремисты в Японии настроены так, что и Сахалин им отдайте, да еще желательно целиком! Понятное дело, что здесь вообще не может и не должно быть никаких диалогов и, на мой взгляд, диалог должен быть только с позиции силы. Но на наше несчастье в 1956 году, через два года после того, как он перегнал Крым из состава РСФСР в состав Украинской ССР, Никита Сергеевич Хрущев еще и подписал декларацию о прекращении войны с Японией. И по этой декларации он действительно пообещал им остров Шикотан и группу островов Хабомаи. То есть, эта декларация до сих пор не выполнена, в том числе, из-за агрессивной достаточно позиции японской стороны, которой этих двух островов мало. Но вот тут в последнее время с нашей стороны начало звучать – давайте на этом сойдемся, давайте мы отдадим вам вот эти два территориальных комплекса, и тогда как бы вопрос закроется окончательно. Слава богу, японцы на это не согласились. Молодцы. Я им просто аплодирую, что они на это не согласились, а вместо этого еще и начали нас пугать базами американскими на этих островах. Потому что это делает для нас категорически неприемлемым вообще постановку вопроса о каких бы то ни было в самом широком смысле доброй воли территориальных уступках. И давайте уже закроем этот вопрос навсегда. Потому что на самом деле он скоро закроется автоматически, потому что Япония уже прошла пик своего расцвета, прошла пик своего могущества, который пришелся на эпоху японского экономического чуда после второй мировой войны, и сейчас это постепенно слабеющая и даже в каком-то смысле беднеющая страна. Им, конечно, высоко падать, потому что у них хорошие стартовые позиции, но, тем не менее, это страна, уступающая Южной Корее, уступающая Китаю, она постепенно все больше и больше становится достаточно маргинальным игроком в мировой геополитике. И, соответственно, с какой радости их кормить какими-то территориальными уступками с нашей стороны, совершенно непонятно. Давайте просто забудем этот вопрос, благо японцы дали все основания для этого сегодня, а там, через 10-15 лет увидим, что будет, - я думаю, что Япония уже будет особо никому неинтересна.

Что у нас еще есть из таких грустных тем? Ну, как бы сложные события в Сирии, события неоднозначные. Собственно, однозначное событие состоит в том, что войскам Асада удалось взять Алеппо – то, что там осталось, уже какие-то локальные очаги сопротивления, они ничего серьезного из себя уже не представляют, тем самым, закончилась длившаяся 4 года грандиозная битва, когда город был разделен на части между асадовскими войсками и джихадистами, причем, сначала асадовцы были в окружении, потом они эту ситуацию исправили, а сейчас уже с помощью иранских добровольцев, с помощью наших советников, с помощью наших ВКС, удалось сначала блокировать, потом этот котел в Алеппо ликвидировать. То есть, тем самым, на стратегическом уровне война сирийцев против вот этого запущенного джихадистского движения, запущенного, прежде всего, американцами, Саудовской Аравией, Катаром, она, можно сказать, выиграна. Но, к сожалению, именно поэтому, собственно, так отчаянно истерит сейчас западная пресса, выдумывает какие-то безумные истории про сотни убитых мирных жителей и т.д. Турецкий министр заявил, что в Алеппо происходит крупнейших геноцид за последние 100 лет. Это выглядит очень забавно, с учетом того, что в 2015 году было ровно сто лет жесточайшему геноциду, который Турция устроила в отношении населения Османской империи, армянского населения. То есть, геноцид армян вспомнили в прошлом году, но теперь получается, что крупнейший геноцид, видимо, после того был в Алеппо. Интересно, что на эту тему скажет государство Израиль, которое вспоминает один из крупнейших геноцидов в истории – это истребление евреев Гитлером в ходе второй мировой войны. То есть, в общем, турки договорились до совсем уже каких-то странных вещей, но это понятно, потому что они все-таки совсем не рассчитывали на то, что Асад не просто усидит, но и отвоюет большую часть своей страны обратно. Но, к сожалению, все как бы проходит не совсем гладко, потому что одновременно с освобождением Алеппо потеряли Пальмиру. Причем, это очень обидно для России. С точки зрения чисто военной стратегии Пальмира – это третьестепенный фронт, где ничего существенного не происходит, но с точки зрения престижа, прежде всего, престижа России, это был в Сирии в общем пункт номер один. Почему? Потому что там находится один из крупнейших в мире памятников античной древности. Когда мы входили в Сирию, один из наших пунктов был тот, что мы спасаем уникальное культурное наследие от уничтожения варварами. А перед этим действительно игиловцы уничтожили на территории Пальмиры несколько наиболее выдающихся хрестоматийных памятников. Я учился по учебнику истории древнего мира, где была изображена арка Пальмиры, которая уничтожена была игиловцами. Мы Пальмиру освободили, уже начались какие-то определенные работы по ее восстановлению, провели такой как бы шумный на весь мир достаточно концерт этим летом в амфитеатре Пальмиры… То есть, для нас, для России, это стало точкой престижа. И вдруг бац – и эта точка престижа потеряна. Причем, если сначала начали все сваливать на то, что там было мало асадовских войск, они плохо сражались, они быстро разбежались и т.д., сейчас появляется все больше информации, что они так быстро сдались потому, что были отведены те российские части, которые там стояли – не очень крупные, но их отвели достаточно быстро, опасаясь потерь. Ну, я согласен, что все-таки это не настолько наша война, чтобы там наши ребята гибли за чужую родину, но, если мы взялись как бы за это дело, то надо было уже довести его как-то до конца.

Я вот тут услышал про «Исторические хроники»… У нас теперь, куда ни плюнь, всюду историки. То Борис Акунин – историк, с очередным томом своей «Истории российского государства», в которой он жалеет, что Россия в 17 веке присоединила Украину. То вот у нас еще нашелся историк господин Бильжо, карикатурист, с дипломом психиатра, который взялся ставить заочный посмертный диагноз Зое Космодемьянской и попытался объявить ее шизофреничкой. Ну, не говоря о том, что это откровенное негодяйство, это еще и клиническое совершенно невежество. Потому что он строил все рассуждения на том, что, оказавшись на подиуме – это он так называл те ящики, которые ей подставили под ноги, когда вешали, два ящика из-под макарон… так вот, оказавшись на подиуме, она впала в какой-то там кататонический синдром и поэтому ничего не говорила. Хотя как раз перед казнью Зоя Космодемьянская говорила очень много и именно эти ее слова остались в памяти людей, именно поэтому потом жители деревни Петрищево начали рассказывать журналистам правду о том, что эта девочка говорила перед казнью. Именно на этой основе была написана статья, которая прославила ее и которая внесла ее в легенду. Бильжо об этом ни слова не говорит, потому что он просто не знает, он совершенно путается в событиях и в элементарных фактах. Но тут же набежали еще всевозможные либеральные дети, а у нас, как известно, как Достоевский замечательно говорил, что наш либерал он все время ищет, кому бы сапоги вычистить. То есть, лакей, все время ищет какого-нибудь иностранца, которому он мог бы начистить по-лакейски сапоги, а для лакеев, как известно, нет героев. И вот, скажем, у меня в соцсетях, в Фейсбуке, например, в Твиттере тут же набежала куча народу, которые начали мне рассказывать, что Зоя Космодемьянская вообще никакая не героиня, потому что она поджигала дома простых крестьян. Что, мол, она немцам никакого ущерба не причинила, а причинила только простым русским мужикам и бабам. Не говоря о том, что это тоже не совсем справедливо – существуют разные точки зрения на то, какую функцию выполняли те дома, которые она подожгла, - но тут вопрос более принципиальный. Кто была такая Зоя Космодемьянская? Она была военнослужащей, красноармеец. Иногда ее называют партизанкой – это совершенно неверно, она не была партизанкой, она была красноармейцем диверсионного отряда. Фактически отряда смертников, куда, при вступлении, говорили – у нас потери 99%. И вот она, Вера Волошина и еще несколько человек, героев, тоже вот в этот отряд пошли. И у них была очень простая задача. Был такой приказ Ставки Верховного Главнокомандования, под таким условным названием «немцев на мороз». Его идея состояла в том, что в приграничной полосе и вдоль крупных шоссейных дорог сжигать по возможности все жилье для того, чтобы немцам негде было ночевать. Чтобы не было возможности адекватно обогреть немецкое пополнение, шедшее на фронт, раненых, которых эвакуировали с фронта, и тем самым очень серьезно осложнить их маневр войсками в решающей фазе битвы за Москву, которая началась 15 ноября. А Зою, напомню, казнили 18 ноября. И немцы были остановлены всего в 25 км от деревни Петрищево, где разыгрались все эти трагические события. Их остановили под Кубинкой. От Петрищева до Кубинки по Минке 25 километров. А само Петрищево находится на пересечении Минского шоссе – то есть, фактически прямой дороги в Германию. Сейчас это превратилось в большое московское кольцо А108, а тогда это были несколько более локальные дороги, тем не менее, это были дороги, которые позволяли распределять немецкие пополнения по линии фронта. То есть, это был принципиальный крупнейший для немцев логистический пункт. И вот этот пункт, собственно, и должны были уничтожить наши диверсанты, в число которых входила Зоя. Зоя, в отличие от многих других, добралась таки до Петрищева. Она попыталась что-то сделать, что было в ее силах, до того, как ее схватили. Она сожгла конюшню, то есть, лишила немцев части транспорта, попыталась поджечь несколько изб… То есть, она, в отличие от многих других, - кто-то по объективным причинам попал в засаду, кто-то струсил… один, как известно, перешел в итоге на сторону немцев… она совершила то, что смогла, в рамках порученного ей приказа. То есть, она еще независимо от своей героической смерти, независимо от того, что вот те издевательства над ней, которые немцы попытались превратить в шоу для простых русских крестьян, они хотели тем самым передать идею, что вот, смотрите, мы ловим всех этих сталинских диверсантов, вот мы их вешаем, вам бояться нечего, теперь эта власть немецкая здесь навечно, сотрудничайте с нами и у вас все будет хорошо, а, соответственно, о тех, кто по ту сторону линии фронта, у вас будут одни неприятности, как вот от этой девки. То есть, они попытались устроить это шоу, попытались сделать его максимально публичным, но все это было сорвано Зоей полностью. Которая молчала, да, молчала на допросах, пока ее истязали, молчала, пока ее водили босую по морозу, но как раз оказавшись перед эшафотом, она не молчала, она произнесла большую, достаточно эмоциональную речь, обратившись к местным жителям, что – сопротивляйтесь, боритесь с немцами – и к немцам – что всех не перевешаете, сдавайтесь! То есть, она фактически превратила свое место казни в место проповеди. И да, действительно, немцам это очень не понравилось, они очень бесились, а народ ее запомнил. Народ ее запомнил и не случайно, в общем, она оказалась первой женщиной, Героем Советского Союза, в ходе той войны, она не случайно, в общем-то, и в памяти народной вошла с ореолом фактически святой мученицы. Хотя было много партизан, много было диверсантов, много было других героев, некоторые с военной точки зрения были более успешны, но именно Зоя Космодемьянская показала пример, который, я думаю, будет жить в веках. А наших либералов это пример предсказуемо бесит и они пытаются ее всячески оклеветать, но, я думаю, ничего с народной памятью они сделать не смогут. Потому что народ разбирается, кто есть кто.

1

Читайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ