Как известно, кандидат в информаторы хорошо идет на контакт в прохладную, сухую, безветренную погоду. Пустынно было на улицах. Наконец из ворот станции вышли четверо мужиков и уселись на бетонные плиты покурить, поговорить за жизнь. Я подошел к ним, в соответствии с инструкцией для начала предложил закурить и лишь потом, старательно коверкая слова, внедрился в разговор, дабы выведать секреты производства.

Моя речь была похожа на речь тех карикатурных немцев, которых изображали в советских послевоенных фильмах. «Ви ест русский зольдат! Ми фас пудем немного пиф-паф!» Тем не менее разговор получался содержательным. Между вопросами о реструктуризации долгов и стагнации производства я вставлял вопросы о зарплате и количестве рабочих на станции.

- А зачем тебе это? - насторожились мужики.

- Сына своего хочу устроить! - отвечал я.

- А кто он у тебя по профессии?

- Сантехник!

- О! Сантехники нам нужны! - оживились они самому факту привлечения иностранной силы. - Приводи! Зарплата у нас стабильная - три тысячи! (Кстати, столько же получает офицер в армии!)

- А как звать вашего директора?- гну я свою шпионскую линию.

- А на х... тебе он?

- Договориться насчет сына!

- Пойдем, я тебя отведу в кадры!

- А какова, как это, мощность вашего предприятия?

- А кто ж ее мерил?

Ничего не сказали российские рабочие буржуйскому шпиону о мощности станции аэрации, не выдали ему главной военной тайны. И он, то есть я, свинтил не-солоно хлебавши.

Агент 008 - Джон Кейсбол выходит на работу

Москва. Центр. 15 часов.

Я брожу по улицам, время от времени обращаясь к прохожим на великом и могучем, но искаженном до неузнаваемости русском языке с различными шпионскими просьбами. Некоторые россияне шарахаются от меня, другие спокойно и вдумчиво выслушивают и, огорченно качая головами, с сожалением разводят руками и уходят.

Подхожу к двум мажористым девицам. Одна - Клаудиа Шиффер, другая Кинг-Конг в юбке. Стал их разрабатывать. В диалоге участвует только подкованная Кинг-Конг.

- Что надо делать? - лимонит она понты и лыбу давит.

- Надо заложить вот этот контейнер в тайник. Пять минут работы!

- Сколько?

- Пятьсот!

- Баксов?

- Рублей!

Оскорбленные шпионскими расценками мотыги с негодованием разворачиваются и уходят, презрительно вертя задними мостами. Да как им только не стыдно! 500 рублей - это же недельная зарплата рабочего станции аэрации и доблестного офицера Российской армии! Ханжи! Рвачи! Пройдохи! Жилы! Мочалки!

Прирожденные разведчики

Москва. Ленинградский проспект. 16 часов.

Наконец наступил миг удачи. Я увидел прилично одетого, слегка датого старичка. Ну что ж, для нас, разведчиков, лишний старичок в работе не помеха.

- Хотите заработать? - с приятной, как мне казалось, улыбкой спросил я.

- Сколько? - деловито осведомился старичок.

- 100 рублей. Но ничего не надо делать, - успокоил я его. - Надо передать вот этот контейнер с микропленкой вон той женщине - продавщице кваса.

- Сто рублей... - задумался он. Это было совсем неплохой прибавкой к пенсии, на его лице выражалась мучительная борьба чувства долга и алчности.

- А вы из ЦРУ?

- Из Ми-6! - даю я ему набойку.

- Это ж на сколько меня посадят? - прикидывал старик. - На 10? На 15 лет?

- Это не так! Это совсем безопасно. Вы же ничего не знали! - успокоил я его.

- Ну да... Меня же просто попросили! - задумался он. - Ладно! Давайте ваш контейнер!

- Скажете ей: «Привет от Джона Кейсбола из Ми-6!» - и сразу уходите!

- От Джона Кейсбола! - механически повторил он вслух несколько раз. Я пытался сразу всучить ему мани, но он сказал, что возьмет их только после выполнения задания! С умилением глядя вслед ответственному старичку, я подумал, что есть еще у нас порядочные люди!

Старичок, реально сдавая родину, проявил недюжинную изобретательность и осторожность. Он купил квас и парился возле бочки минут пятнадцать, как простой гражданин. Я даже не заметил, когда он успел передать связной микропленку. Старичок пил квас и незаметным покачиванием головы издали давал мне понять, что задание выполнено. В чем я почему-то сомневался. Когда он вернулся, я рассчитался по долгам, отбил ему «бабки». Пряча деньги в кошелек, он проницательно заметил:

- Джон Кейсбол, это, конечно, ненастоящее ваше имя. Я же смотрю детективы про вашего брата.

- Кроме детективов, есть еще жизнь! - ответил я многозначительно.

- Жизнь, - повторил старичок в каком-то отчаянии и, сплюнув, добавил: - Будь она проклята!

- Где вас можно будет найти, на случай если мне еще понадобится подобная помощь?

- Да вот здесь я каждый день. С 6 до 7. Я на электричке езжу...

На том и порешили. Отойдя на приличное расстояние, я продолжил наблюдение за старичком. Вид у него был явно удрученный. Несколько минут он нервно курил. Потом пошел вслед за мной. Видимо, обиду на шпиона все-таки склеил. Покрутившись на пятачке, оглядев окрестности, он обратился к тетке, торговке цветами:

- Такого в коротких штанах и в очках не видели?

Тетка недоуменно пожала плечами. Ну что же ты, старичок! Давай же! Беги в милицию стремглав! Труби тревогу, пока не поздно! Ведь тебе же мучительно больно! Ну же!

Но старичок поспешно сел в электричку и был таков. Вот таков он, нынешний, доведенный до отчаяния и боли бедствующий пенсионер, старичок-труженик. У меня еще теплилась надежда, что старичок нагрел по-крупному опытного британского разведчика. И я пошел на проверку. Я подошел к бочке с квасом и, дождавшись, когда очередь рассосалась, строго спросил у продавщицы:

- Контейнер от Джона Кейсбола вам передали?

- Вот, возьмите! - сказала она испуганно.

- Командование Пентагона вас не забудет! - сказал я с пафосом и удалился по-английски, не расплатившись, четким, строевым шагом, совершенно удрученный.

Ширится и хорошеет московская шпионская сеть!

Москва, ул. Брестская. 17 часов.

На Брестской улице подхожу к мужчине, по виду - хронику, желающему много и быстро заработать. Мужчина задумчиво пьет пиво из бутылки.

- Заработать не желаете, господин?

- Нет! - отвечает он твердо. - Я не хочу. А вот Толик - хочет! Пошли!

Шли мы недолго. Возле какого-то сарая какие-то, мягко говоря, не очень-то ухоженные перцы распивали на троих. Толика среди них не было, но все трое с каким-то застойным, партийным единодушием вызвались всего за бутылку водки помочь одинокому шпиону, еле говорящему по-русски. Все трое хотели одновременно пойти передавать контейнер. Но я пояснил, что подобная массовость может лишь повредить. Пошел Мишка, самый колоритный бородатый мужик.

- Ты не смотри, что я так одет! - сказал он, заметив некоторое сомнение в моих глазах. - Я сейчас на работе!

Думаю, что, увидев его одежды, Рембрандт с негодованием отказался бы писать с него своего блудного сына. На этот раз мне показалось, что связной должна быть продавщица очков. Хорошее прикрытие для связной.

- Скажешь ей только: «Привет от Шолома Алейхема из Моссада» - и сразу незаметно уходи! - инструктировал я посерьезневшего в одночасье агента.

На ходу повторяя трудное имя, он отправился на задание. Мишка, смелый, как Кибальчиш, вопреки инструкции размахивая руками, что-то горячо доказывал ошарашенной тетке. Наконец он вернулся, растерянный и удрученный.

- Она не взяла микропленку! Сучка! - возмущенно сказал, потрясенный коварством связной, Мишка.

- Осторожничает! Провала боится, - пояснил я. - Попробую через другие каналы. И еще, если будете со мной дальше работать - выпивка, проезд в общественном транспорте и билеты в театры - бесплатно! - посулил я, отдавая бутылку водки Мишке и его ребятам. - Мне нужны отчаянные парни.

- Не! Билеты в театр нам не надо! - испугался один из новых агентов.

- Где я вас найти для передачи инструкций, оружия и радиопередатчика?

- А вот прямо здесь! - сказал Мишка и показал мне рукой место вокруг себя. Но я вам не скажу, где это место, потому что я разработал этих агентов, а кто-то узнает и перехватит. Несправедливо!

P. S. Каков вывод из этой истории? А вот какой. Страшно, ребята, не то, что с вражескими спецслужбами соглашались пособничать несчастные, обездоленные и порой опустившиеся россияне, а страшно то, что благополучные граждане после откровенного приглашения к сотрудничеству с вражеской разведкой не сообщили куда следует!

КСТАТИ

Как вербовать агентов

Существует немало способов профессиональной вербовки агентов: шантаж, подкуп, гипноз, внушение, сексуальная подставка, зомбирование и даже пытка...

Но сначала, по инструкции, выявляют кандидата в информаторы или, как его еще называют профессионалы, источника.

Помните, при вербовке скорость вашего разговора должна быть не более 2,5 слова в секунду. Фразы должны быть короткими. Смысл фразы более чем из 13 слов перестает восприниматься.

Если вы почувствовали на себе интерес вражеской разведки - идите прямо в приемную ФСБ по адресу: Кузнецкий мост, дом 22. Там вам все расскажут.