Граница Грузии и России: Бой в мертвом ущелье

Невидимая линия между Чечней и Грузией - это 82 километра по черным ущельям и заснеженным пикам. Каждую неделю через нее пытаются прорваться диверсанты - посланцы полевого командира Хаттаба. Часть из них гибнет от минометного огня. Любое передвижение в горах - будь ты потерявший овцу чабан или заплутавший альпинист - незамедлительно берется под прицел. Свои здесь не ходят...

Прерванный обед

Ровно месяц назад пограничный наряд, проходя горной тропой, увидел дымок у сакли одинокого чабана. Странно, в такое время он не готовит. Неужели гости? И точно, перед крыльцом висели три ободранные бараньи шкуры, а в огромном котле варилось мясо. Через час наблюдений из сакли вышел человек в камуфляже и набрал ведро воды. По оперативным данным, неподалеку должен был проходить маршрут спецгруппы ГРУ. Если это они решили перекусить, то все в порядке. А если нет? Старая рация долго не могла ответить. Наконец через треск послышался голос командира: «Чужие! Вступайте в контакт. Высылаем подмогу».

Три пограничника скрытно пробрались к сакле. Судя по баранам, на объекте было несколько десятков боевиков. Сил хватит на десять минут боя. Потом - неизвестность.

...Обед подходил к концу, когда по сакле ударили автоматы. Боевики выскакивали через окна и быстро откатывались к валунам. Когда у пограннаряда заканчивались патроны, он отступил, а противник мелкими группами стал спускаться в долину. В нашу долину.

- Пятнадцать, двадцать, сорок, шестьдесят, - считал в бинокль молоденький сержант Сережа (фамилии пограничники просили не называть - теперь у них есть «кровники», и семьи многих уже получили письма с «приветом» от боевиков. - Ю. С.) и покрывался испариной. Шестьдесят подготовленных бойцов с альпинистским снаряжением в горах равняются пехотному полку. А подмога все не шла...

На охоту

Спецотряд Хаттаба состоял сплошь из наемников. Арабы, чеченцы, азербайджанцы... Один из боевиков имел даже рекомендательное письмо от командования знаменитого французского легиона. Все они получили аванс - 50 процентов от годового контракта (от 5 до 15 тысяч долларов). Деньги отправили родным, а сами поехали на тайные сборы в Грузию. 23 мая решено было скрытно перейти границу в районе Шато-Аргунского ущелья, но идти не через перевал, а напрямую - по отвесным скалам на высоте 3900 метров. Двигался отряд исключительно ночью. По 2 - 3 километра в сутки. Спросите у альпинистов, они скажут, что это самоубийство. Но в группе были одни профессионалы, и переход прошел без сучка и задоринки.

Вооружению группы позавидовал бы любой спецназ. Гранатометы, «Калашниковы» и «Узи», ротные пулеметы и снайперские винтовки с лазерными прицелами, радиостанции «Моторола», спутниковые телефоны и карманные навигаторы «Магеллан», альпийские спальники и лучшие французские медикаменты. Но и у таких профессионалов случился прокол. По данным разведки Хаттаба, в районе одинокой сакли не было наших сил. Решили сделать дневной привал, выйти на связь и подкрепиться свежей бараниной. Подкрепились, но засветились. Началась охота на банду, в которой у охотников было меньше шансов выжить, чем у дичи.

Погода подыграла басмачам

Наконец из-за перевала застрекотала «вертушка». «Ми-восьмой» высадил пограничный десант - 10 человек. Больше борт с оружием не берет. Командир десанта полковник Володя (ему тоже «светиться» не с руки. - Ю. С.) получил приказ: готовить плацдарм для высадки основных сил. Через час на гранитный пятачок должны опуститься еще вертушки. Тогда и приступить к уничтожению банды. Но ни через час, ни через два, ни через сутки вертолеты не появились. Погода в горах меняется, как характер капризной девчушки. На этот раз тучи накрыли ущелье до самого дна. Не то что на вертолете - на осле опасно спускаться в ущелье.

- И тогда я принял решение - преследовать группу своими силами, - совсем молодой полковник Володя трофейным ножом вскрыл банку тушенки из армейского сухпайка и плеснул в алюминиевую кружку водки. Мы сидели ночью в старой армейской палатке в расположении Итум-Калинского погранотряда, и Володя по моей просьбе вспоминал подробности той операции. - Двоих мы все же потеряли. Давай помянем ребят.

Самое главное для группы Володи было не показать, сколько их. Если бы это случилось, то 60 боевиков враз смяли бы Володиных бойцов и спокойно спустились бы в долину. А там - ищи-свищи. А так, бандиты слышали вертушку, видели сигнальные ракеты и приняли решение поскорее покинуть опасный район. Словно в фильме «А зори здесь тихие», Володина группа старалась как можно больше шуметь, получая в ответ пулеметные очереди с другого склона горы. Боевики метались по ущелью, думая, что их уже взяли в кольцо. Наступила ночь.

- Смотрю в прибор ночного видения, - продолжает Володя, - метрах в двухстах от меня из кустов появился басмач. Мы тут так их называем. Огляделся. Снял разгрузку с патронами, аккуратно положил перед собой вместе с автоматом, взял в руки по «лимонке», спустил штаны и уселся «орлом». Подойдешь к нему - разнесет и тебя, и себя в клочья. А нам «языки» во как нужны. Тут кто-то из бойцов пустил осветительную ракету, и она, щелкнув о камни, закатилась прямо под боевика. Иллюминация еще та... Наш «орел» натурально вылетел из своих штанов. Бросил даже гранаты. Так и лежат его запачканные штаны в ущелье. Где он теперь бегает, голожопый?

Первая кровь

А голожопый вместе со своей группой к утру все же пробился к одному из альпийских лугов. Здесь в мирное время чабаны жили в сарайчиках из дранки с примитивным камельком. Выкуривать бандитов решили по классической технологии. Открывается дверь, бросается граната, после взрыва - автоматные очереди по углам. Четвертый по счету дом пошел чистить молоденький старлей Димка. Он только окончил училище и сразу попал в самое пекло. То ли он пожалел последнюю гранату, то ли волновался, но зашел в сарайчик без «артподготовки». Сразу четыре ствола прошили его насквозь, и Димка свалился прямо боевикам на руки. Брать в плен никого не стали - не было времени. Товарищи отомстили, но лейтенанта не вернешь. Счет стал 6:1.

Только на вторые сутки операции погода позволила «вертушкам» сбросить десант. К тому времени боевики рассыпались по горам. Обратной дороги им не было. Только вперед, прорываться в долину. Там их встретил тот самый спецназ ГРУ. Они отступили. Больше недели шла «зачистка» горных ущелий. Погиб еще один сержант-пограничник. Количество убитых боевиков перевалило за 20. Остальные как сквозь горы провалились. Было принято решение прекратить операцию. Судьба сорока бандитов до сих пор неизвестна. О них стараются не говорить - все-таки прошли...

- Это были настоящие профессионалы, - цокает языком полковник. - Ты бы видел их в бою. Один 16-летний мальчишка отстреливался до последнего патрона. Я из-за камня кричу - сдавайся! А он кидает гранату. Потом насчитали у него восемь ран и один патрон в рожке - для себя берег.

Разведчики не исключают, что часть из них все же прорвалась в долину. Остальные отлеживаются по маленьким пещеркам, зализывают раны. В день моего вылета из отряда пограннаряды обнаружили сразу два таких лежбища. Окровавленные матрасы, вспоротые индивидуальные пакеты, пустые банки из-под тушенки и по килограмму тротила. В случае обнаружения раненые собирались взорвать себя. Пограничники рванули пещеры трофейным тротилом и кинулись по следам крови. Пока раненых из той группы обнаружить не удалось. Были бы собаки - другое дело. Но пограничные собаки не выдерживают такую жизнь - разбивают лапы в кровь о камни и отказываются работать.

- Только российский пограничник выносливее пограничной собаки, - улыбается полковник Володя. - А если серьезно, посмотри, как живем. - И полковник откинул полог своей палатки - колченогий стол, табуретка и армейская кровать.

Высокая проверка

Посмотреть, как живут пограничники в самом молодом и самом многочисленном Итум-Калинском отряде (более двух тысяч штыков), прилетел из Москвы самый главный начальник - директор ФПС Константин Тоцкий. Передвигался генерал на «вертушках». В одной сам с генералами, другая - для охраны. Третий боевой вертолет постоянно кружил в воздухе, держа под прицелом склоны.

На каждой заставе директора уже ждали. Построение, представление, осмотр кухни. Тоцкий раздавал и благодарности, и нагоняи. Как оказалось, к прибытию высокого начальства пограничники траву не красили и пыль в глаза не пускали - обстановочка не та. Июньская банда - не единственная, которая готовилась к прорыву из Грузии в Чечню. Нам просто повезло - во время визита было затишье.

Застава «Терти» разместилась в старинной крепости. Квадратные каменные башни, сложенные без всякого раствора, подремонтировали. Получились казарма и штаб. Срубили настоящую русскую баню. Воду от родника пустили в вырытый бассейн. Температура 4 градуса. Вполне заменяет сугроб после парилки. Вот моются пограничники только тогда, когда с дальних наблюдательных постов дадут добро. И баня, и бассейн чудно смотрятся через оптический прицел.

А сам отряд с плацем, автопарком и медсанчастью расположился в местечке Тусхорой. На окраине палаточного городка стоит каменная мечеть. Рядом - братская могила с арабской вязью: «Здесь лежат 28 неотомщенных героев». Раньше в Тусхорое была одна из самых крупных горных баз боевиков. Здесь в плену держали одну известную тележурналистку, пока ее с телегруппой не выкупили за 2 миллиона долларов. Когда выбивали боевиков, в подвалах нашли 20 тонн картошки, а во дворе крепости - 6 остовов «шестисотых» «Мерседесов» - весь престижный автопарк полевых командиров. Машины при отступлении сожгли. Картошку бросили так. На радость поваров-пограничников.

Палатка есть палатка. А в горах даже летом по ночам выпадает иней, и приходится бросать в «буржуйки» дефицитные дрова. Говорят, что, когда артиллеристы накрывают горы «беспокоящим огнем» без видимых причин, это значит, что у них кончились дрова. Ящики от снарядов - превосходное топливо. Вот их и освобождают.

Скоро будет два года, как пограничники снова в Чечне. Палатки прохудились, и через них видно кавказское солнце. Пора бы обзавестись казармами. Или все ждут, когда труба скомандует отход? Юрий СНЕГИРЕВ. (Наш спец. корр.).Фото автора. Чечня.

ИНТЕРВЬЮ В ГОРАХ

Директор Федеральной пограничной службы Константин ТОЦКИЙ: Мы пришли сюда на-все-гда!

Эксклюзивное интервью «Комсомолке» высокий военачальник согласился дать прямо в горах. В «окошке» между заседаниями штаба отряда.

- Ваша оценка действиям пограничников во время ликвидации банды в Шато-Аргунском ущелье.

- Пограничники действовали уверенно и грамотно. Из-за погоды не было достаточных сил. 10 дней чесали горы. Совместно с федеральными силами уничтожили 21 боевика. Я отдал приказ по ведомству поощрить участников операции. Ребята заслужили. Будут и ордена, и медали. Представления ушли. 13 июля опять была попытка нарушения границы в районе заставы «Мазухи». Семь боевиков рассеяны минометным огнем.

- Скоро два года, как пограничники здесь. Так и будут дальше жить в палатках?

- О начале десантной операции Минобороны я узнал из газет. Хотя все шло к высадке в Чечню. 17 декабря 1999 года началось десантирование в ущелье спецназа Минобороны, а 20-го высадились мы. Оседлали дорогу в Шатили (ближайшее грузинское село. - Ю. С.). Расставили заставы, комендатуры, посты. Сейчас посмотрел, как живут пограничники, и даже расстроился. Пора подумать о быте. Сейчас в Борзое строятся казармы. Туда передислоцируем отряд. Это будет военный городок совместно с мотострелковым полком. Будем строиться и здесь, в горах. Но вы представляете, как это сложно: везти стройматериалы по нескольку суток под охраной бронетехники? А главное - в этом году в бюджете нет средств. Я заморожу пару объектов на других участках границы, чтобы перебросить силы сюда. Но этого крайне недостаточно.

- Как складываются отношения у пограничников с местным населением?

- Не помогают, но и не мешают. Это уже прогресс. Самая большая проблема сейчас у горцев - медицинское обслуживание. Кто может, сами приходят на заставы, и мы их лечим. Кто нет - приходится вылетать в села. Несколько человек вывозили во Владикавказ в наш госпиталь. С декабря 1999 года мы оказали медицинскую помощь около полутысячи человек. Это большая цифра.

- Какие перспективы у Итум-Калинского отряда?

- Расширять его не будем. Но и сокращать невозможно. Этот участок границы особый. Нет контрольно-следовой полосы - гранит и горы. На машине не подъедешь. Обычно наряд берет по 50 патронов. А здесь 50 патронов - на пять минут боя. Поэтому каждый берет, сколько унесет. Да еще бронежилеты. Это очень тяжело - служить здесь. Выходили в правительство с предложением о системе поощрений для таких ребят. Пока - тишина. Но, несмотря ни на что, пограничники отсюда не уйдут!