Юрий Шевчук: Быть богатым стыдно, а нищим - тоскливо...

Юрий Юлианович пришел на «Прямую линию» в «Комсомолку» на час, а общался с народом - три. Читатели звонили Шевчуку из Москвы, Владивостока, Рязани, Уфы и даже из далекой Голландии. Нашу шутку из анонса «Прямой линии» о «звонках без очереди влюбленным девушкам в День святого Валентина» народ воспринял буквально. В ответ певец поздравлял всех с Днем защитников Отечества...

О группе и проектах

- Юрий Юлианович, здравствуйте! Я вас очень люблю, я ваша давняя поклонница! Вы недавно говорили, что «ДДТ» стала камерной группой, где, в каких клубах вы собираетесь выступить?

- Пока нигде. Мы сейчас заняты второй частью альбома «Единочество», и еще мы голову в петлю засунули - готовим питерский рок-фестиваль, посвященный 300-летию города. Вся весна, все силы будут потрачены именно на это. Будет еще в Москве концерт, в апреле. Там ребята сделали небольшой проект: музыку рок-групп играет симфонический оркестр. Но мое участие будет минимальным. И 21 февраля мы даем благотворительный концерт в фонд «Дома на горе», это такая лечебница для алкоголиков. И мы каждый год собираем деньги для бесплатного лечения страждущих.

- То есть если человек не алкоголик и не наркоман, услышать вас в ближайшее время он не сможет?

- А вы приезжайте в Питер 31 мая, будет хороший рок-фестиваль на огромном стадионе Кирова, если денег найдем, конечно.

- Я желаю вам найти деньги, и мы точно к вам приедем! Какие заботы вас еще одолевают?

- Сейчас ищем нового гитариста. Вадик Курылев ушел в свободное плавание, а мы с ним играли почти 16 лет. В группе давно уже семейные отношения, и трудно кого-либо заменить. Мы общаемся уже телепатически.

А Вадик не просто гитарист, он музыкант. И мы сейчас ищем такого музыканта, только молодого, а это очень сложно. Важно, чтобы он понимал наши идеи, а мы - его.

О гастролях

- Юрий Юлианович, не собираетесь ли вы в гастрольный тур по разным городам России и по миру? Куда поедете?

- Понятия не имею, куда позовут, туда и поедем!

- Я знаю, вы не выступали в Лос-Анджелесе, например. Не собираетесь туда?

- Были в Лос-Анджелесе, это город попсовый, и публика там, как говорится, с золотыми зубами. А рок-н-ролльные города - Нью-Йорк, Вашингтон, Чикаго, Сан-Франциско, Сиэтл. Но вообще наша главная работа в России.

- Юрий Юлианович, Титов вас беспокоит, из Волгограда. После ваших гастролей у нас «Родина-мать» опять светится!

- Я рад, это хорошо, когда Родина светится!

От редакции:

Чуть позже Юрий Шевчук рассказал журналистам «КП», что во время гастролей в Волгограде в 1998 году его поразило, что гигантская скульптура Родины-матери на Мамаевом кургане никак не освещена: энергетики решили «на Родине» сэкономить. Юрий Юлианович на пресс-конференции сказал журналистам об этом пару резких слов. Журналисты подхватили и раздули скандал, подсветку восстановили...

О разборках с попсой

- Мне бы Юру!

- Юра слушает.

- Юлианыч! Что-то по голосу не похоже.

- А я по громкой связи говорю.

- От всего «Аэрофлота» поздравляем тебя с Днем святого Валентина. Не знаю зачем, на всякий случай. И еще хочу спросить, как нам с Киркоровым разобраться?

- Разберемся.

- Я как-то летел, подходит девчонка-бортпроводница, жалуется. Мол, этот (Киркоров. - Корр.) скандалит, требует пересадить пассажира, сидящего рядом с ним в бизнес-классе. Девчонка пыталась объяснить, что не может этого сделать, некуда соседа пересаживать, он и так купил самый дорогой билет. Тогда Киркоров начал скандалить: «Да вы знаете, с кем вы летите? Да я, да я вас всех уволю». Бортпроводница подошла к этому соседу, обычный такой «новый русский», попросила его пересесть. Он встал, посмотрел на звезду, высморкался в салфетку с подголовника, положил рядом на сиденье и ушел.

- Спасибо за поддержку, привет всем вашим, с наступающим праздником Российской армии!

- Алло, это Рязань. Скажите, почему любят Киркорова?

- Очень просто, он дает поклонникам «рай во плоти». Вот эти перья, лимузины... Он счастливчик, баловень судьбы. Вот напишите в газете: «Принимаем заявки от желающих посмотреть на рай». Увидите, какая очередь будет. Даже если билеты будут по 500 долларов. Слушайте, да я песню про это напишу! А вообще меня все коллеги-музыканты ругают: «Чего ты связался с этим...» Они правы с одной стороны, а с другой - не правы. Телевидение в Новый год помните? Это же попса изнасиловала бедную страну! Давайте будем сидеть, молчать, будем такими ироничными - мы выше этого! Я предлагал почти всем центральным каналам, предлагал Эрнсту: давайте сделаем час поздравлений народу. Собрать музыкантов молодых и БГ, например, бардов хороших, спеть живьем, побалагурить. И я узнал от продюсеров, что народу это не нужно...

- Юрий, меня зовут Анатолий Ковалев, я из города Узловая. Вот в драке с Киркоровым есть такая неувязка. Я не могу понять, ты как человек, возрождающий духовность, вдруг посещаешь элитные злачные места. Где, чтобы поесть, не хватит месячной зарплаты педагога. Объясни, пожалуйста, как так получилось?

- Ну, во-первых, гостиница «Европейская» - не злачное место. Но я все равно в такие места захожу редко. Там было собрание фонда «Наш город», посвященное празднованию 300-летия Питера. С друзьями общаюсь на кухне, а не в ресторанах. А конфликт раздут, старик. В нем много неправды.

Спасибо тебе за эту обиду и недоумение. И, конечно же, в нашей стране быть богатым стыдно, а нищим - тоскливо. Я предпочитаю свободу и от того, и от другого...

О политике

- Юрий Юлианович, сейчас в Саратове судят Лимонова. Между вами есть много общего. Бескомпромиссность к любой власти, творчество, «горячие точки», наконец. Вы по ним ездили чуть ли не одновременно...

- Это правда, но я не считаю, что весь свой идеализм нужно претворять в жизнь. Много зла от этого бывает. Я был на многих войнах и никогда не брал в руки оружия. Моя доля - гитара, может быть, видеокамера. Чувствую: если нарушу эту заповедь, что-то страшное случится. Или песни писать перестану, или превращусь в другого человека. И здесь, мне кажется, трагедия Лимонова. Не беда, не ошибка - трагедия, когда художник бегает с бомбами, пусть и литературными. А вообще дай Бог ему здоровья и свободы.

- День добрый, это Володя, Тверь. Вот Путин ездил в Чечню с Розенбаумом и Боярским. А вы бы поехали?

- Нет. Просто не хочу, чтобы рок ассоциировался с политикой. Рок - это нечто гражданское, социальное, но не политическая партия. А в Чечню мы ездили сами по себе.

- Зачем вы туда ездите?

- К людям, поговорить с ними, почувствовать их боль. Ведь в России эта война почти никому не интересна. Она закончится, только когда войдет в каждый дом, в каждую душу. Если бы это произошло, война давно бы закончилась.

О творчестве и немного о личном...

- Здравствуйте, Юрий Юлианович! Я тут сравниваю ваше творчество и творчество Владимира Высоцкого. Высоцкий, он как-то поет и о себе, и обо всем. А когда я слушаю вас, у меня возникает ощущение, что вы идеальный. А такого быть не может.

- Я считаю Владимира Семеновича одним из своих учителей, но не всегда я отличник...

- Можно второй вопрос? У меня сложилось впечатление, что настоящие творческие люди, как правило, не в ладах с личной жизнью. Что первично, что вторично? Рушится личная жизнь, и начинается творчество или, наоборот, человек уходит в творчество от семьи?

- Кажется, вы сами ответили на свой вопрос. У нас в России двух жен быть не может. «Моя невеста - Революция», - как говорил Рахметов. Я другого пути, другой жизни не вижу. Я вдовец, и творчество для меня главная проблема. Спасибо вам за умные и точные вопросы.

- Здравствуйте, из Саратова звонят. У меня неожиданный вопрос: а есть ли настоящая любовь?

- Безусловно, ее только нужно заслужить.

- Алло, это Алексей из Голландии беспокоит. Вы бы не могли рассказать о главной идее «Единочества», если сравнивать с альбомом «Мир номер ноль»?

- Мне кажется, «Единочество» более зрелая работа. Если «Мир номер ноль» в некотором роде экспериментальный по форме, то в последнем альбоме мы уже не думали о красках, которыми будем писать, а следили за своими внутренними ощущениями.

- А что будет во второй части?

- Она поддержит первую, там будут музыки такие, за Родину. Я это называю «смычкой города и деревни». Будут песни «народные» и «урбанистические». Мы пытаемся сделать такой «напряг» между бетоном, асфальтом, лужами, гусями и заборами.

О Боге и творчестве

- Я не люблю мессианства в творчестве. Мессианством страдают многие авторы, политики и журналисты. Мы всего лишь делимся своими мыслями, и дело людей - принимать это или не принимать.

- Кинчева очень сильно шарахало от бесовской символики до Бога.

- Он молодец, что вышел из этого. Это страна у нас такая: или горячая, или холодная. Как русская баня. Для меня вера - это очень личное. Как-то дьякон Андрей Кураев мне сказал: «Юра, мне нравится в тебе то, что ты не поешь о Боге, а поешь о душе». Не нужно о Боге петь, молитвы написаны, псалмы. Если есть потребность, нужно идти в церковь и молиться.

- Как вы с Кураевым нашли друг друга?

- Жизнь нас нашла, меня вопросы многие мучили. Он пришел на мой концерт, я его пригласил. Потом говорили всю ночь: о рок-н-ролле, о бесовщине, о стране, о любви... Он очень душевный и мудрый человек.

Правда, после концерта 14 января «Рок к небу», в котором он принимал участие, московские батюшки очень напряглись. Это было неоднозначное мероприятие, и до сих пор никто не знает, нужно ли это делать или не нужно...

- Говорят, Андрей Кураев в конфликте с Патриархией.

- Кураев... он очень живой человек. Это, наверное, кому-то не нравится. Для бабушки Бог - это священник, для язычника - молния, для нас - душа.

Понимание Бога, как и понимание любви, бесконечно. Кураев очень много ездит по стране, пишет, выступает, читает лекции. Я его попросил, он приехал в Кронштадт, в кадетский корпус, где учится сын. Беседовал с ребятами несколько часов. У нас есть молодые священники, такие настоящие, моторные. Искренне рубятся за веру. Я много видел священников и в Чечне, и в Косово. Замечательные люди. Без духа нам никуда...