«Комсомолка» и страна потеряли Ярослава Голованова

Ярослав окончил Технический университет им. Баумана и мог бы стать ученым или талантливым, грамотным инженером, но стал журналистом. Первые свои заметки в «Комсомольской правде» подписывал «Я. Голованов, инженер». Но когда представлялся людям, говорил: «Журналист...»

Все, кто давно читает нашу газету, Ярослава Голованова хорошо знают. Это был талантливый человек. Талантливый во всем: много знал и всегда стремился знания эти пополнить, был исключительно любознательным человеком («учусь всю жизнь...»). Много, ярко и интересно писал, с аппетитом жил - любил путешествовать, ценил застолье в обществе старых друзей, был, что называется, на короткой ноге с людьми большой науки, пятьдесят лет аккуратно, с ежедневными записями, вел дневник и обладал бесценным даром - на очень серьезные вещи смотреть с юмором. (Не случайно Голованов был в жюри соревнований знаменитого Клуба веселых и находчивых - КВН.)

В «Комсомольской правде» Ярослав нес факел просветителя. Начав работать в отделе науки и будучи «технарем», он успешно писал о живой природе, интересовался историей, астрономией, жизнью знаменитых людей. И обо всем писал со знанием дела и основательно. Его заметки об ученых, увидевшие свет сначала на страницах «Комсомолки», составили оригинальную книгу «Этюды об ученых», уже изданную несколько раз и которой суждена жизнь долгая.

Особая страница в жизни Голованова - причастность ко всему, что связано с полетами в космос. Тут знания инженера сплавились с любознательностью человека и долгом журналиста правдиво и ярко рассказать обо всем, что было нам ведомо и что становилось известно уже после громких событий. В руках Голованова всегда была информация из первых рук, он не просто контактировал с учеными первого ряда, со многими из них он был дружен, мог позвонить по телефону в любое время суток и беседовал о серьезных делах часто за чашкой чая. О многих людях и многих событиях, связанных с космосом, написал Голованов. Но подвигом его жизни надо считать книгу о Главном конструкторе, названную одним словом - «Королев». Это подлинная энциклопедия не только очень яркой человеческой жизни, но и всего, что связано с полетами в космос.

Ярослав был по-хорошему честолюбив. Мечтал и сам слетать в космос. И для этого были все предпосылки. В числе нескольких других людей он прошел тесты на возможность космического полета в качестве журналиста. И кто знает, не повернись так круто вся наша жизнь, мы знали бы Ярослава Голованова и как космического журналиста. Ему бы это все подошло.

Еще одним важным качеством ушедшего от нас товарища была огромная работоспособность. Ярослав работать любил. «Ни дня без строчки» - это о нем. И если даже не писалось что-то значительное или же спешное для газеты, ежедневно он обращался к своему дневнику. Немногие способны на ежедневные размышления о жизни на сон грядущий у лампы с пером в руках. Голованов это делал непрерывно пятьдесят лет! Дневник его («Заметки вашего современника»), увидевший свет сначала в нашей газете, издан в трех книгах и тоже является незаурядным делом не только для самого Голованова, но и жадных его читателей.

Смерть Голованова большой неожиданностью не была. Последние годы он откровенно жаловался на здоровье, но продолжал работать. Близко знавшие Голованова говорили, что жизнь его похожа на свечу, горящую с двух концов. Такими были Шукшин, Высоцкий, Миронов, Даль. Свеча догорела. Смерть Голованова была не тяжкой и скорой - инсульт.

По обычаю должны мы сказать: не дожил, не доработал... Но давайте скажем другое: Ярослав Голованов прожил яркую, интересную жизнь - жил жадно, много видел, много знал, много сделал, много ценного оставил после себя. И это будет лучшим ему памятником.

Мы в «Комсомольской правде» скорбим об ушедшем нашем товарище, но и гордимся, что многие годы жили и работали рядом с талантливым человеком.

Кем был для вас Ярослав Голованов?

Геннадий СЕЛЕЗНЕВ, председатель Госдумы:

- Я с большой грустью воспринял эту новость. Голованов был лучшим научным публицистом 70 - 80-х годов, яркая звезда журналистики. Он очень много сделал для того, чтобы наука стала популярной, помогал многим академикам. Сегодня наша журналистика понесла большую утрату.

Всеволод БОГДАНОВ, председатель Союза журналистов РФ:

- Он был великим человеком. И в нашей профессии, и в жизни нашего общества. Для многих коллег он был и остался примером, учителем, наставником и очень честным журналистом.

Игорь КВАША, актер театра «Современник»:

- Мы с ним были знакомы то ли с 53-го, то ли с 54-го года. Еще со студенческих лет. Мы дружили и когда он работал в ракетном институте у Келдыша, и потом, когда ушел, сказав, что не может делать ракеты, которые предназначены для уничтожения людей. Для меня он был настоящим русским интеллигентом, очень близким и дорогим мне человеком. Мы часто виделись, разговаривали о жизни, литературе, газете «Комсомолке». Когда уходят друзья - и ты уходишь.

Жорес АЛФЕРОВ, нобелевский лауреат, депутат Госдумы:

- Он был великим журналистом, и мы, питерские физтехи, очень скорбим по поводу его кончины.

Юрий ЧУДЕЦКИЙ, профессор Московского авиационного института:

- Он был для меня самым лучшим другом. Мы дружили с ним последние 53 года. И я могу говорить о нем дня два без остановки. Для читателей он художник слова. Но у него был не только писательский талант, но и талант знакомства с интересными людьми. Он познакомил меня с Робертом Рождественским, Булатом Окуджавой. Если бы не он, я бы, наверное, не побывал на острове Бали, на Соловках, на Сахалине.

Александр МАСЛЯКОВ, ведущий КВНа:

- В последнее время я нечасто пересекался со Славой. Пару лет назад купил несколько томиков «Записок вашего современника», с большим интересом проштудировал, хотел позвонить, но закрутился... Мы всегда опаздываем с нормальными словами. Он был светлый, легкий человек. Любил и знал свое дело - и журналистику, и космос. У него было прекрасное чувство юмора... Что говорить, грустно. Светлая ему память.

Александр СЕРЕБРОВ, космонавт:

- Мы с Ярославом часто общались, я ездил к нему в гости в Переделкино. Он был настоящим специалистом по космосу, знал все о технике, проводил исследования, всегда имел свое, непохожее на другие мнение. С ним было очень интересно разговаривать. Это ужасно, что мы его потеряли.

Он уже не ответит на эти письма...

У него были многолетние корреспонденты, которых он никогда не видел, но вел с ними долгую и обстоятельную переписку. Каждую неделю он приносил в редакцию толстую стопку конвертов для отправки...

Кириллыча уже нет, а письма все идут. Сегодня мы печатаем два из них.

Дорогой Ярослав Кириллович!

Спасибо Вам за ответ на мое письмо, я его не ожидала, и теперь Ваше письмо для меня - драгоценная реликвия. Спасибо за совет обратиться к Л. Н. Николаеву по поводу передачи об Н. М. Амосове - обращусь.

Буду ждать Ваших передач, публикаций, люблю их за мудрость, откровенность. Чувствую Вашу ранимость, открытость. В Вашей жизни столько удивительных, необыкновенных людей: Королев, Ландау и др. Вы их знали! Я же замираю от восторга, что природа создает таких замечательных людей, дарит человечеству их таланты!

До свиданья!

Л. Н. Бобылева. Уфа, 28.04.2003 г.

Здравствуйте, Ярослав Кириллович!

Наконец-то отвечаю на Ваше письмо. Видимо, мы в одно и то же время лежали в январе в больнице. Я пролежала более трех недель, а через два месяца - снова, как раз на мартовские школьные каникулы. «Брынцаловский» преднизолон подвел: в этих таблетках меньшая доза преднизолона, чем положено, потому и начались приступы. А как Ваше здоровье? В январе наладили дома отопление, привезли три машины дров. Много хлопот в хозяйстве. А на работе, в школе все нормально - дети есть дети, и радуют, и волноваться заставляют. Семья живет своей обычной жизнью. Сегодня на подпуски ловили рыбу, холодно, но берет. Жарим и солим на воблу. Сын Дима с Андрюшей сейчас рыбачат. Будет теплее - пойдем с Аленкой и Колей. Все надеемся на встречу с Вами. Приезжайте!

До свидания.

Наталья Васильевна Белова. Нижегородская область.