Дарья Асламова: Как я металась от садистов к мазохистам

В прошлом выпуске «толстушки» Дарья Асламова рассказала, как она попала в элитный и закрытый от посторонних японский салон садомазохистов, где богатенькие клиентки испытывали восторг от связывания веревками и стегания плетками. А потом ее пригласили вступить в официальный клуб любителей этих острых ощущений...

(Окончание. Начало в номере от 11 июня.)

САДОМАЗО-клуб. Как это выглядит?

Для начала нам велели заполнить анкету, в которой меня озадачил один пункт: «Укажите ваши сексуальные пристрастия: садо, мазо или и то, и другое. Нужное подчеркнуть». Чтоб не мучиться, я выбрала «и то, и другое». Пластиковую карточку членства в СМ-клубе мне торжественно вручила девица ослепительной красоты в алом кожаном платье и черном корсете. Увидев зависть в моих глазах, Хиге предложил: «Если хочешь, можешь переодеться. У нас полный шкаф таких шмоток».

И в самом деле, в СМ-клубе есть большой гардероб с таким безумным выбором сексуальных туалетов, о котором втайне мечтает каждая женщина, даже если она традиционная домохозяйка с кучей детишек. Я выбрала шелковое красное платье с сумасшедшим разрезом и все тот же черный корсет. В крохотной туалетной комнате меня умело зашнуровала Аки. Теперь смело можно выйти в люди.

СМ-клуб - небольшая комната с неизбежными крюками на стенах, чтоб подвешивать жертву. Атмосфера самая теплая и домашняя. Все друг друга знают и любят. Посреди комнаты лупят плеткой очередного клиента. Каждый может принять участие в этом забавном представлении. Я тоже беру в руки плетку и весело лупцую своего приятеля и коллегу - японского журналиста. Чем больше он гнется под моими ударами, тем больше я вхожу в раж. Черт знает что это такое! Может, я все-таки садистка в душе?

После клуба мы едем на ужин к Хиге. «Я сам все приготовил. Я знаю, что ты уже избалована японскими ресторанами. Поэтому сегодня будет простая домашняя кухня - ростки бамбука, водоросли, древесные грибы, корни лотоса». В устах Хиге это звучит как «картошка, морковка, горох».

За ужином Хиге рассказывает о своей роли учителя, когда к нему приходят пары для обучения СМ-играм. В сущности это работа режиссера, руководящего дерзкой, опасной игрой. Он распределяет сцены, учит с актерами роли, репетирует и в нужный момент подает реплики. «У тебя случается оргазм во время игр?» - спрашиваю я. «Это не совсем оргазм, просто семя начинает сочиться потихоньку, если жертва правильно реагирует. Пойми, в японском садомазо важно удовольствие обеих сторон. Это двойной подъем в гору, двойной оргазм. Это в Европе мужчины нанимают проституток и получают за деньги то, что хотят». «Хиге, ты сильный человек, и с психикой у тебя все в порядке. Ты всю жизнь делал то, что хотел. Входил в клетку с женщинами с хлыстом в руках да еще и получал за это деньги. И не свихнулся при этом. Но не все такие сильные, как ты. А что будет с девочками, которые приходят к тебе в салон? Я смотрю на них и слышу, как звенят колокольчики прокаженных, эмоционально искалеченных женщин. Ведь садомазо - это жизнь на грани, у края пропасти. Можно падать все ниже и ниже и просто потерять рассудок. Одни безнаказанно проходят через костер удовольствия, другие на нем заживо сгорают».

Хиге закуривает очередную сигарету, и лицо его мрачнеет. «Бывает и так, - отвечает он. - В прошлом году две девочки из клуба ушли из жизни, покончили с собой. Любители всегда заходят слишком далеко. Они не умеют управлять как должно своим искусством. В том и состоит моя работа, чтобы научить людей не просто играть, но и контролировать себя в играх. Умейте находить безопасную территорию любопытства. В сущности в клубе я скорее психоаналитик, чем нормальный садист. Помнишь Аки? Она пришла ко мне в клуб в состоянии душевной растерзанности. Типичная девочка с отцовским комплексом и законченная мазохистка. Мне пришлось много с ней работать». - «А теперь ты сделал из нее садистку?» - «Я просто выровнял ей психику. Она три месяца спала на диване в моем салоне, пряталась от своего бывшего бойфренда-сталкера». - «Что значит сталкер?» - «Любовник, который никак не может смириться с потерей возлюбленной и начинает ее повсюду преследовать, всячески угрожать и пытаться вернуть ее. В Японии это типичное явление. Существуют даже социальные службы, защищающие женщин от сталкеров. Они помогают найти им новое жилье или сменить номер телефона. Японцам трудно смириться с потерей любви, и они беспомощны в попытках ее проявления. К примеру, взрослый парень хочет признаться в любви к девушке. Он сделает это через знакомых, а не напрямую». - «Так, как дети в школе пишут записки или просят передать признание через приятелей». - «Именно так». - «Тогда объясни мне, почему японцы так добродушно и открыто выбалтывают первым встречным то, что европейцы не решились бы рассказать даже под пыткой, - свои половые секреты, любовные истории, проблемы в семейной жизни». - «Да, но они не говорят об этом со своими женами или возлюбленными. Случайным людям они выложат все с готовностью, но не близким».

СМ-театр

Назавтра мы пошли в СМ-театр. Его устроителю Акечи Дэнки уже за шестьдесят. «Веревочный» патриарх. Худой, исхлестанный временем японец в неизменных черных очках. «Не хочу, чтобы кто-то видел мои глаза, когда я это делаю. СМ - прежде всего тайна», - объясняет он. Его салон и впрямь выглядит, как театр. Черная сцена, грамотно поставленный свет, медленная потусторонняя музыка и чей-то голос, начитывающий древние японские легенды. Две девушки в кимоно с обреченностью подопытных кроликов готовятся к шоу.

Оно начинается - и я впадаю в дрему. Все очень красиво, плавно и... скучно. Все эти подвешивания на дыбе выглядят как выступления воздушных гимнастов в цирке. Мне хочется настоящего. «Покажите мне play - игру для двоих», - прошу я в нетерпении. Акечи Дэнки кивает головой и что-то шепчет партнерше, похожей на старинную японскую куклу. У нее блестящие прямые черные волосы и круглое некрасивое нежно-белое лицо (все японки пользуются отбеливающими кремами). Девушку жестоко связывают и вздергивают на дыбу, где она мучается минут сорок. Когда ее опускают вниз, все ее тело сотрясают конвульсии. Голая и беспомощная, она бьется в судорогах на полу. Акечи Дэнки говорит ей что-то успокаивающее, а потом начинает резко бить ладонью по полу. От вибрации тело девушки содрогается, словно от ударов, а ее страдальческий рот искажается в гримасе. Я вижу этот спектакль тщательно продуманного сумасшествия, и меня саму начинает бить дрожь. Потом девушка начинает целовать ноги своему мучителю. Вот как должна женщина принимать мужчину! Благословенны язвы укусов твоих и следы от ударов твоих.

Когда спектакль окончен, Акечи Дэнки вытирает пот со лба, а дрожащую девушку закутывает в одеяла. Когда она приходит в себя, я ее спрашиваю: «Зачем тебе эти страшные игры?» - «Не думай, что я ненормальная. Я такая же, как и ты. Просто я всю жизнь думала, что за свои поступки попаду в ад. А в аду всех подвешивают на дыбу. Ну и я решила заранее привыкнуть, что ли. Чтоб потом не страшно было в аду». - «Это было больно?» - «Не так, как кажется. Болевой порог можно преодолеть или растянуть. Просто я отпустила на волю свои эмоции, выключила самоконтроль».

После шоу мы пьем с Акечи Дэнки зеленый чай и разговариваем о его обычной жизни. Разумеется, он женат, как всякий стопроцентный добропорядочный японец. «Вы занимаетесь СМ-играми со своей женой?» - спрашиваю его я. «Однажды пробовал. Привел ее в специальное место с крюками на стене, связал ее, она даже возбудилась. И вдруг - такая незадача! - она увидела на полу таракана. И все. Как отрезало». - «Значит, у вас ней традиционный секс?» - «Секс? - Акечи Дэнки удивлен. - Мы с ней давно уже сделали детей. Так что секс нам больше не нужен. И потом, я поздно прихожу домой с работы. Что ж я, буду ее будить ради такого дела?»

СМ-отели

Встречу в специальной гостинице Садомазо нам назначила женщина по кличке Черная пантера, единственная женщина в Японии - мастер по кимбаку (связыванию). Она и впрямь оказалась похожей на пантеру. Тонкая, гибкая, вся в черном, невозможно элегантная. В стиле Йоко Оно, только в сто раз красивее.

СМ-отели - это специальные гостиницы для садомазохистов. Страшно дорогие. Два часа в отеле обходятся в сто долларов для пары. Для начала вам вручают каталог комнат, чтобы вы могли выбрать себе номер по вкусу, в соответствии с вашими любимыми извращениями. Каждая комната имеет целую пропасть садистской амуниции - наручники, хлысты, веревки, ошейники. Вместо туалета - специальный унитаз посреди комнаты для любителей унко. Всюду красный свет, гинекологические кресла и кресты, на которых распинают клиентов. Не стоит винить японцев за надругательство над религией. У них вообще очень детское, наивное, светлое отношение к любой религии. Они воспринимают только ее внешнюю сторону, не вдаваясь в философские рассуждения. Все, что красиво, то и правильно. Например, самое популярное кафе в центре Токио - «Христианское кафе» - привело бы в шок любого католика. Вообразите себе самую настоящую католическую церковь с алтарем, статуями святых, витражами и множеством горящих свечей, в которой за столиками всю ночь пьют и едят люди. Каждая деталь в кафе выдержана в строго церковном духе, и это никого не шокирует.

В Садомазо-отеле Пантера выбрала комнату с огромным крестом. Она вообще питает слабость к христианским штучкам. «Любители СМ во всем мире чтят Христа как первого мазохиста, - заявила она. - А ваши святые? Возьмите хоть святого Себастьяна со стрелами. Каждый раз, когда я бываю в Париже, я первым делом иду в Лувр, чтобы насладиться религиозной стороной искусства. Вся ваша христианская религия построена на идеалах садомазохизма - на мучениях, на очищении путем страданий, на чувстве вины и греха, на терпении, в конце концов».

Поскольку в Садомазо-отеле полагается помучиться, Пантера подвесила меня полуголую на дыбе. (Женщины связывают гораздо жестче, чем мужчины.) И когда я вся из себя прекрасная болталась на веревках, кто-то догадался открыть ставни. Прямо на меня из темноты светили окна российского посольства. Сцена была что надо - я давно так не смеялась, в особенности вися на веревках. На такой комической ноте закончились мои приключения в стране Садомазохизма.

А теперь я скажу, что случилось со мной после. Только что я вернулась с моря, где отдыхала со своим возлюбленным, в некрасивых следах от неумелого связывания.

Яд этих райских отрав уже проник в мою кровь.