Пришел за зарплатой, а попал в тюрьму

...Это был всего один негромкий выстрел, но он, как в тире, заставил крутиться всю конструкцию с фигурками. Работники администрации при фамилии «Фролов» багровеют лицом и начинают нервно ерзать в кресле. Коллеги Фролова и прочий рабочий люд внутренне сжимаются, как пружины: «А что, убил бы - меньше бы ему дали...» Мне, честно, не хотелось бы увидеть, как эта пружина разожмется.

Я не была в Михайловке полгода, но и сейчас в городе не встретить человека, который не знал бы случай Сашки Фролова.

Все произошло в прошлом феврале....Водитель ЖКХ Александр Фролов ждал зарплаты за два месяца и отпускные. Все деньги были расписаны наперед. Но выданная на руки общая сумма была настоящим крахом - 593 рубля 38 копеек.

Тогда Фролов сунул под куртку обрез и пошел к дому своего начальника Федора Лапина. Слова, которые сказал Фролов перед тем, как выстрелить в Лапина, на следующий день знал весь город:

- Федорыч, ты же меня нищим сделал!

Сам Фролов уже в СИЗО мне сказал:

- Если бы хотел убить, убил бы. Он стоял безоружный на расстоянии вытянутой руки. Потом стал вырывать у меня обрез, и выстрел произошел случайно. Убивать я не собирался. Я хотел, чтобы он меня, рабочего человека, выслушал. А это возможно только под дулом!

Суд был быстрым. И, наверное, «правильным», потому что судью Яромасова, который рассматривал это дело, тут же перевели с повышением в область.

Судья Яромасов с делом Фролова «отстрелялся» быстро. Не стал вызывать для дачи показаний ни одного из 42 работников ЖКХ, которые написали, что ситуация с невыплатой зарплаты доконала уже их всех, а не только одного Фролова.

Судья Яромасов не стал заострять внимание на «пустяках». Например, таких. Администрация ЖКХ принесла в зал суда бумагу из своей бухгалтерии. Мол, зарплату все работники получают вовремя. Это была такая наглая неправда, что адвокаты на следующий день сами поспешили отозвать это «письменное доказательство» назад.

И, наконец, в приговоре ничего не сказано о невыплате зарплаты. Получается, Фролов ни с того ни с сего взял обрез и пошел убивать.

Приговор: 7 лет. Статья самая жесткая из всех возможных в данном случае - «покушение на убийство». Адвокат настаивал на «причинении вреда».

«Другой работы у нас нет!»

Я хотела найти рабочих, которые подписали обращение в защиту Фролова. Подхожу к конторе. У ворот - свора собак, которая не пускает во двор. Сторожка закрыта на замок. Сторожиха Надя Афанасьева давала интервью мне и телевидению, а потом ее за это уволили. Теперь она работает в свинарнике. Другой работы в городе нет. Десять минут семафорю и кричу, что журналист, что из «Комсомолки». Водилы будто не слышат и с муравьиным упорством ковыряют механизмы своих машин. Я уже почти сорвала голос, когда рядом образовался человек:

- Ну че надрываешься, не хотят они говорить. Работу потерять боятся...

- А что держаться за работу, за которую не платят?

- Другой нету. Ну мне работать надо, - оглянулся... и побежал. Я не успела спросить, почему работяги не подают в суд на тех, кто не платит им зарплату. Статья 145, лишение свободы от двух до семи лет. Вместо этого они молчат-молчат, а потом хватаются за обрезы.

Общее настроение мне обрисовал рабочий, который шел на работу с обеда.

В Михайловке половина домов разрисована надписями типа «Сурков (мэр города. - Р. А.) - вор!», «Лапин - вор!», «Сафронов (главный михайловский медик, которого здесь тоже почему-то не любят. - Р. А.) - жирный боров!» Каждый день появляются новые надписи, но «забористых» михайловских художников уже много месяцев никто не может поймать за руку. Милиция высылает на поимку хулиганов ночные патрули. Прокуратура возбудила по этому факту уголовное дело. Таксисты со смехом рассказывают, что им пообещали премию то ли от мэрии, то ли от милиции за любую информацию об авторах настенной живописи. Днем специальные бригады маляров закрашивают обидные для местной власти слова. Ночью те же самые слова появляются на тех же самых стенах.

Для зарплаты - опять не сезон

...В прошлый мой приезд заместитель мэра Михайловки Анатолий Воронин мягко убаюкивал все городские проблемы:

- Зимой бюджетообразующие предприятия - шиферный, цементный, силикатный заводы - практически не торгуют, потому что не сезон для строительства. Ничего страшного, так бывает каждый год, пригреет солнышко, и проблемы уйдут...

Насчет солнышка заммэра не обманул. Действительно, наступила весна, потом жаркое лето, и вот уже опять осень. Но зарплату коммунальщикам как не платили, так и не платят. По календарю - ноябрь, а по зарплатной ведомости михайловских коммунальщиков - в самом разгаре август.

Иду опять к Анатолию Воронину обсудить «смену сезонов». Спросить, к какому природному явлению мэрия приурочила следующую зарплату.

- Доходы предприятий оказались ниже, чем мы ожидали! - развел руками Анатолий Воронин. (При этом за михайловским цементом, шифером и кирпичом выстраиваются километровые очереди со всей страны. - Р. А). - У нас вот и водоканал еще только за июнь зарплату получает, что же всем за обрезы хвататься, ей-богу!

Тут в кабинет зашел подстреленный главный коммунальщик города Федор Лапин. Узнал.

- А-а, это вы написали, какие дома у меня строятся? Так вы что же, хотите, чтобы я копался в мусорных ящиках? Я! 45 лет проработал на стройке! А выходит, будто это меня судят, а он - герой. Убедились теперь, кто герой!

- Я думала, вы на суде простите Фролова. Было бы по-человечески.

- Как это - прощу?! Вот вы бы простили, если бы вас пришли и покалечили? За что прощать? Хорошо еще так закончилось, а то теперь бы уже и пирожки поели.

- Какие пирожки?

- Поминальные, вот какие! - Федор Федорович вылетел из кабинета как ошпаренный. За это его в городе называют Федя Тайфун.

...В доме Сашки Фролова все живут ожиданием повторного суда - рассмотрения кассационной жалобы. Онкологически больная мать с трудом пишет на тетрадных листках письма президенту Путину. Две маленькие дочки то и дело бегают к почтовому ящику наперегонки - соревнуются, кто первой принесет домой письмо от папки. За те несколько месяцев, что я не была в Михайловке, жена Сашки Фролова Лена стала совсем худенькая, как подросток. Она держит семью и мотается с передачками в Волгоград.

Телефонный звонок в этом доме - событие. Фроловы съездили в Москву на съемки телепередачи «Независимое расследование». Там они в первый раз увидели столько известных людей. Депутаты и политики наперебой заявляли в объектив видеокамеры:

- Мы обязательно поможем! Мы не оставим эту семью!

С тех пор Фроловы ждут междугороднего звонка. Хоть от кого-нибудь.

- Нам самим ничего не нужно. Только хорошего адвоката...