Буш взял Багдад врасплох

Буш лично накормил своих солдат индейкой.

Первый раз со времен Рузвельта, по секрету летавшего на конференцию в Ялту, президент США тайно покинул пределы своей страны. Еще накануне пресс-служба Белого дома расписывала, как он будет встречать День благодарения на своем ранчо в Кроуфорде. И даже привела его праздничное меню с обязательной индейкой в центре стола.

Но в среду вечером Буш выскользнул за ограду техасского имения, оставив позади выдающий передвижения кортеж. Для конспирации его автомобиль впервые останавливался на светофорах. В местном аэропорту Уэйко в его самолет затолкали нескольких ничего не понимающих журналистов, предварительно отобрав у них батареи мобильников.

Буш задержался на час на авиабазе Эндрюс под Вашингтоном, чтобы пересесть в дальнерейсный самолет, способный выдержать ракетную атаку. «Эйр Форс-1» летел с погашенными огнями и зашторенными иллюминаторами.

Идея слетать на праздники в Багдад и подбодрить войска, как выясняется теперь, возникла еще в октябре. Последние обстоятельства заставили Буша окончательно укрепиться в ней. Ноябрь стал самым скверным месяцем оккупации Ирака, унесшим жизни 56 американских солдат. Командиры жаловались на упавший боевой дух, сограждане все больше ругали войну и затеявшего ее хозяина Белого дома.

600 солдат, собравшихся на праздничный обед в огромном зале багдадского аэропорта, онемели от изумления, увидев перед собой своего президента. Глава оккупационной администрации Пол Бремер разыграл спектакль, собравшись зачитать традиционное приветствие главы Белого дома, а затем вдруг спросив: «Может, здесь есть кто-нибудь и поглавнее меня?» Именно в этот момент из-за занавески и выскочил Буш. «Я-то как раз искал, где бы поесть индейки», - с ходу пошутил он.

Президент заверил рукоплещущих бойцов, что враг не будет вознагражден отступлением Америки из Ирака, и поблагодарил их за жертвы. Он лично поработал поварешкой, собственноручно раздавал куски индейки и картофельное пюре и, наконец, встал в очередь за собственной пайкой.

...Около 6 утра в пятницу Буш был опять у себя на ранчо, отдыхая от поездки, в которой риск был несравненно меньше дивидендов от блестящей пиаровской акции.