Холод - не тетка

Так спит бурундук.

Говорят: голод - не тетка. Холод тоже для многих далеко не родня. В целом Землю от космического мороза оберегает океан воздуха. Когда на самолете мы поднимаемся на поверхность этого океана, температура за бортом - пятьдесят градусов. На поверхности Земли такие морозы тоже бывают, например, близ Оймякона в Сибири, на Юконе аляскинском, а полюс холода находится в Антарктиде. На станции «Восток» однажды было отмечено 89 градусов ниже нуля. В такой мороз зимовщики не рискуют вылезать из натопленных домиков - глоток морозного воздуха опалит легкие, как если б вдохнули пламя. Я был на «Востоке» в январе (антарктическим летом) - пятьдесят градусов при абсолютной тишине были вполне терпимы. А при семидесяти люди выходят из помещений снять показанья с приборов. Но надо беречься - дышать не иначе как через тройной оборот шарфа. Никакой жизни, кроме присутствия тут людей, до самого побережья нет. Железо при здешних морозах колется, как стекло. Бензин в ведре - сунуть факел - не горит, солярка загустевает - впору резать ножом.

Чудом «белого континента» надо считать пингвинов - на льду у побережья при ветре и лютых морозах они выводят птенцов, помещая единственное яйцо на лапы и прикрывая его животом. Замечен один только случай, когда птица-поморник залетела в глубь континента, влекомая, как видно, следами санного поезда и питавшаяся не гниющими тут остатками транспортной кухни.

В средних широтах зимы терпимые. Но и от них птицы летят на юг. Причем юг для одних - это Африка, для других (из северных лесов) юг - Подмосковье. И очень много животных эволюция приспособила жить, благополучно перенося зиму. Птицы бедствуют лишь при скудности корма, а если корм есть, морозы при быстром сгорании пищи им нипочем. Ночь, когда нельзя покормиться, самое трудное для них время. От холода многие птицы, причем разных видов, сбиваются в дупла, зарываются в снег, днем держатся вблизи людского жилья (воробьи, синицы, сороки). А щеглам, дятлам, свиристелям и снегирям мороз не страшен - снегири посвистывают, свиристели свиристят, дятлы веселят лес стуком. Мороз заставляет птиц ерошить перья - утолщать воздушное одеяло между телом и каленым морозом воздухом. А когда совсем уж невмоготу - дрожат. Дрожь на холоде знакома и нам тоже - это последнее, автоматическое средство организма дрожью мускулов согреваться.

Некоторых птиц (тетеревов, глухарей, рябчиков) ночью спасает снег. Вечером они слетают с деревьев и зарываются в белое рыхлое покрывало земли, где температура на 10 - 15 градусов выше морозного воздуха. А сорокам и дятлам довольно затишья. Одни на ночлег забиваются в плотные ельники, другие ночуют в дуплах.

Есть птица, удивляющая нас так же, как в Антарктиде пингвины, - клёст. Этот румяный лесной обитатель зимой выводит птенцов. Почему зимой? Потому, что его питанье - еловые и сосновые семена. При морозах они открываются в шишках и клесты достают их для этого приспособленным клювом. Недостатка в еде не бывает, важно только гнездо построить в затишье и теплым, глубоким.

Самочка с гнезда не слетает, кормит семью самец. Тело клестов так пропитывается смолой, что погибшие птицы не подвергаются тленью - тело клеста невредимым я наблюдал в бору у деревни Леоново близ Петушков, два года подряд лежавшим на меже торфяных выемок - перья даже нарядного цвета не потеряли.

Чудом надо назвать оцепенение ласточек, если при перелетах они попадают в полосу холодов, когда нет насекомых. Переждав в неподвижности холод, ласточки оживают. У крошечных колибри в горах Южной Америки это явление наблюдается каждые сутки. Ночью птицы «умирают» - температура тела их понижается на 20 градусов. Но взошло солнце, прогрелся воздух, и птицы, оживая, порхают возле цветов как ни в чем не бывало.

Еще одно чудо - африканская птица страус в наших снегах. Казалось бы, житель жарких полупустынь должен скукожиться на наших-то холодах. Ничуть не бывало - месят снег долговязые. И даже почти что голая шея не боится мороза. «Загоняем под крышу - нет, выбегает наружу, и кажется, лыж им только тут не хватает. Но корм в это время для бегунов этих должен быть непременно обильным», - рассказывал мне хозяин страусиной фермы близ Серпухова.

Предусмотрела природа обогреванье отдельных органов у живых организмов. У аборигенов cевера не мерзнут руки. Я видел сам на Аляске, как без варежек на морозе работают эскимосы - у них руки гуще, чем у людей юга, пронизаны кровеносной системой. Уши у нас тоже имеют подобное «отопленье», поскольку со всех сторон «омываются» холодом. Плавники у китов имеют ту же защиту от охлажденья. Подошвы ног у белых медведей покрыты волосом, чтобы ноги не примерзали ко льду. У северных куропаток лапы прикрыты пучками перьев.

Ну а те, кто не мерзнет, у кого пищеваренье не такое скорое, как у птиц? Эти животные приспособлены на свой лад. У зайцев, лисиц, волков, песцов, белок, горностаев, ласок ко времени холодов вырастает зимний пушистый мех. Вся эта братия способна зимой прокормиться, а если нет, как, например, ежик, барсук, бурундук, суслик, сурок, лягушки, змеи, медведь? Этих природа приспособила спать. Горючий материал (жир) для жизни, конечно, нужен, и его обязательно с осени запасают. Медведи усиленно кормятся рябиной, овсом на полях, кедровыми орехами в тайге, рыбой на Дальнем Востоке. У медведей именно в это время рождаются маленькие, с рукавицу, медвежата - один-два-три. Кое-кто, например, еноты (енотовидные собаки), в оттепель просыпаются, сонные бродят близ логовища, либо, как, например, бурундук, просыпаются подкормиться в подземелье орешками, припасенными осенью. Мыши любят побегать под снегом и покопаться в припасах. Белка спит, заткнув входы в гайно плотной моховой пробкой, но в оттепель непременно захочет размяться, поискать в снегу тайные свои кладовые, погрызть молодые мутовки елок.

Но зимний сон у зверей - это не спячка, когда уснувший не шевелится и жизненные процессы в теле его снижены до предела, жир расходится экономно, сердце раз стукнет и долго молчит, стукнет и снова молчит. Так зимует, например, ёж. Замечено: если с осени ёж не набрал нужного веса, до желанного апреля не доживет - умрет, не проснувшись. Немецкие натуралисты в последние годы ловят ежей по осени и взвешивают - если вес опасений не вызывает, пленника отпускают, а если ёж тощеват - оставляют зимовать где-нибудь на веранде, в сарае и выпускают весной. Беспробудно дрыхнут сурки, земляные белки на холодной Аляске.

«А змеи, лягушки?» - спросите вы. Тоже приспособлены зимовать. Поздней осенью змеи сползаются в какое-нибудь убежище-подземелье и там, сплетаясь телами, оцепенев, зимуют при температуре не ниже пяти градусов выше нуля. Если достанет их крепкий мороз - погибают. Я видел однажды такое кладбище по весне и вздрогнул от зрелища. Но обычно зимовки проходят благополучно. В усадьбе Брыкин бор Окского заповедника от старинного стекольного завода остались подземные кирпичные катакомбы. В них на зимовку собираются сотни, если не тысячи ужаков. Выживают! В апреле эта армада выползает на теплый берег разлива, идешь и смотришь - не наступить бы. Некоторые змеи так же, как и лягушки, зимуют в воде. Никакой, конечно, активности! Лежат как мертвые, ибо лишь в малой степени снабжаются через кожу растворенным в воде кислородом. И черепахи так же зимуют.

А бывают крайние степени замирания организма при холодах. У некоторых черепах на зимовке сердце сокращается лишь один раз в десять минут, тогда как летом оно делает тридцать - сорок ударов в минуту. У одного из видов древесных лягушек Севера тело превращается буквально в ледяшку, но, оттаивая, они возвращаются к жизни. Механизм подобного выживания до конца не изучен, замечено только: в заледеневшем теле накапливается антифриз - в одних случаях глицерин, в других - глюкоза.

Подобную экзотику видеть можно и в средних широтах. Темнокожую рыбу ротана, завезенную в Европу с Дальнего Востока и выживающую в самых неблагоприятных условиях, случается видеть в глыбах замерзшей воды. Но ротан оказывается живым, когда весною лед разрушается. На грани жизни и смерти зимуют также летучие мыши, повисая где-нибудь на чердаке вниз головою.

Но бывает и гибель тех, кто к холоду приспособлен. Случается это, если зима затянулась или морозы перешагнули черту критическую. Зимой 1978 - 1979 годов вымерзли в средних широтах сады, погибло много змей и лягушек, птицы, случалось, пролетая, падали замертво, у петухов отмерзали гребни на голове, воробьи в городе залетали в метро...

Холод - не тетка.