Александр Мешков: Электропанки пели и плясали
Prodigy на лицо ужасные, но добрые внутри. Максим в Москве был в ударе.
- Авторучку откройте! - приказал милиционер на входе. - Может, у вас там нож!
Не знал бдительный страж, что самое страшное оружие, стограммовую бутылочку коньячка, я проношу в гульфике. Меня научил этой хитрости один старый, мудрый панк. Но милиция по причинному месту никогда не похлопает из соображений деликатности.
На панковский рейв положено надевать панковские штаны, панковскую майку и панковские носки (трехдневной выдержки). Однако настоящих, ортодоксальных панков в зале было мало. Мелькнет в толпе пурпурный ирокез и растворится во мраке.
Prodigy не выходили мучительно долго. Испытывали наше национальное терпение. Зал ревел. Кто-то разделся топлесс, кто-то яростно, словно на революционной маевке, размахивал российским флагом с надписью Prodigy.
Наконец громыхнуло, шарахнуло, бабахнуло, и на сцену выскочил афроангличанин Максим в какой-то навороченной, черной, под цвет кожи, юбке с блестками. Она была ему очень к лицу. Инструментов минимум: синтезатор, гитара, барабаны. На клавишах, как всегда, наяривал Liam Howlett, основатель и идейный вдохновитель группы. Хотя мы с вами знаем, что вся музыка - плод бессонных ночей - забита в синтезаторе загодя. Критики называют Лиама Бетховеном наших дней. А Бетховена соответственно Лиамом ихних дней. Сравнение явно не в пользу мятежного немца. Беднягу Людвига кондрашка хватил бы от такого сравнения. У него что: только буря и натиск, а тут тебе и брейкбит, и джаз фанк, и хип-хоп тебе, и гитарка живая мочит, поливает. Барабанщик тоже не слабый.
Prodigy, разумеется, как всякие уважающие себя панки, матерятся от души. Беззлобно так, просто из этикета. «Are you fucking ready?» - кричат они в зал. «Ready, ready! Fucking ready!» - отвечает довольная публика. Но были и добрые, и трогательные слова. Например: «Спасибо, Раша!» И еще: «Вы замечательные люди!» (Перевод с матерного. - Авт.)
Вокал Prodigy я бы сравнил с мощными, предсмертными криками рожающего самца. Максим и Кейт Флинт на пару колбасились на сцене, выкладывались, не щадя горла своего. Пели и плясали, как добросовестные шаманы, изгоняющие очень злых духов. А один раз Максим соскочил со сцены и смело поплясал с публикой. Потом залез обратно к своим. В основном бомбили свои известные хиты. Но пара новых композиций все-таки прозвучала. Были в этой музыке какие-то нехарактерные восточные мотивы. Прямо макам какой-то, извините за выражение. Наверное, в Турции отдыхали.
Конечно, такая концептуальная танцевальная музыка на любителя. Но любителей был полный зал. Танцпол трепыхался от наплыва потных юных тел. Отплясывали, словно одержимые бесом, любо-дорого смотреть. А попасть на танцпол можно было очень просто, даже если ты купил билет на трибуну. Даешь милиционеру рублей 200 - 300 (как договоришься) - и ступай борозди просторы шоу-бизнеса.
Народ на концерте совсем юный. Один с ирокезом на голове, второй с кольцом в носу и банкой энергетического напитка в руке. По виду их уже прилично торкнуло.
- Вот ты слушаешь панк, прикидываешься как панк, живешь как панк... - тычет пальцем в тощую грудь приятеля паренек.
- Я не живу, я выживаю, - мудро ответил «ирокез».
Что и говорить, быть панком сегодня - это почти гражданский подвиг.
СПРАВКА «КП»
Prodigy стали популярными в начале 90-х. Назвали себя в честь своего первого синтезатора. А перевести это можно так: «офигенно одаренные ребята» или просто «чудо». Альбом 1993 года Music for the Jilted Generaition разошелся по миру миллионным тиражом. Это и в самом деле чудо! В 1996 году сингл «Breathe», призывающий нас дышать, стал №1 в британских хит-парадах и только в UK разошелся тиражом 700 тысяч.