Ушел идеолог Перестройки

Яковлев не просто сидел по правую руку от Горбачева. Он и был его правой рукой.

Бытовала в эпоху застоя такая партийная байка: выходит генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев из своего кабинета на Старой площади и замечает в конце коридора прихрамывающую коренастую фигуру. И говорит Леонид Ильич своим порученцам: «Чтобы этого хромого я больше не видел!» Приказ исполнили.

Тем «хромым» был и. о. отдела пропаганды ЦК Александр Яковлев. Хромал потому, что в отличие от шефа войну провел не в политотделе армии, а на передовой, командуя взводом морской пехоты. Там был тяжело ранен, стал инвалидом.

А вчера Александр Яковлев умер.

Я впервые познакомился с ним, когда он уже был легендарной фигурой, всесильным членом Политбюро и секретарем ЦК КПСС. Тогда, в эпоху уже Горбачева, случился в СССР первый межнациональный конфликт. В Нагорном Карабахе. И Яковлев собрал журналистов центральных газет для того, чтобы обсудить ситуацию. Отметем тот факт, что до него порог такого кабинета простые журналисты никогда не переступали и само по себе мероприятие для ЦК КПСС было беспрецедентным. Важнее другое. Беседа на меня впечатления не произвела. Перед нами предстал этакий интеллектуал, теоретик, который говорил об опасности разрастания подобных конфликтов по всему Союзу - вплоть до исконной территории России, когда «потомки вятичей начнут выяснять отношения с потомками кривичей». В те дни все это казалось несерьезным. Ведь еще жив был тезис о «единой исторической общности - советском народе». А сегодня остается только удивляться прозорливости этого человека.

Разумеется, Брежнева в Яковлеве раздражала отнюдь не хромота. И главный идеолог партии Суслов ненавидел его, конечно же, не за это. Конфликт был скорее в другом. Яковлев не считал коммунизм идентичным ленинизму и сталинизму. Поскольку первое учение преследует в итоге достижение народного счастья, а два вторых - захват власти и ее удержание любой ценой. Ленинско-сталинская трактовка Гегеля и Маркса его не устраивала. За что и поплатился многолетней ссылкой в Канаду.

Его вытащил Горбачев. При нем Яковлев стал в СССР вторым Сусловым. Главным идеологом партии. И в итоге ее главным могильщиком. Не потому ли, что прекрасно осознавал: в конце 80-х КПСС к коммунизму никакого отношения не имела? Наверное, он мечтал построить новую партию. Но время для ее появления еще не пришло.

Его называли архитектором перестройки. И в этом качестве он получил огромное количество врагов. На него выливали тонны грязи. Припоминали и стажировку в Колумбийском университете в эпоху «оттепели», намекали на происхождение. Но все было бесполезно. Ну не прилипала грязь к потомственному ярославскому мужику, который в двадцать лет поднимал под Москвой морпехов в атаку.

Несмотря на внешнюю мягкость, Яковлев был сильным руководителем и умелым политиком. Но у любого человека есть предел. В самом конце восьмидесятых противников у него оказалось слишком много. И перестройка закончилась распадом СССР.

В последующие годы Александр Яковлев был одним из лидеров российского демократического движения, правозащитником. И никакого «перерождения» здесь не было. Потому что истинный коммунизм - это не большевизм и демократии он не противоречит.