Затеянная месяц назад интрига вокруг возможного объединения России с Казахстаном разрешилась так, как и ожидалось. Министр иностранных дел соседней республики Касымжомарт Токаев официально объявил о том, что Казахстан не собирается ни объединяться с нашей страной, ни присоединяться к ней.
Вообще тот план, преподнесенный как «утечка из надежных кремлевских источников», выглядел изначально странновато. В самом деле, зачем было вполне благополучному, твердо держащему власть в своих руках и собирающемуся на третий президентский срок президенту Назарбаеву добровольно отказываться от власти и идти вице-президентом к Владимиру Путину? Для того, чтобы решить так называемую «проблему 2008»?
Остается предположить, что речь идет о некоем «пробном шаре», запущенном для проверки реакции общественного мнения. Прежде всего - российского. Трудно избавиться от впечатления, что вот уже достаточно долгое время нашу страну кто-то упорно пытается с кем-то объединить. То это была Белоруссия. Затем - Казахстан. Потом - снова Белоруссия (вспомним недавний шум по поводу якобы решения форсировать принятие союзного Конституционного акта). При этом всякий раз общественности сначала объясняют, как это будет здорово, что братские народы вновь сольются в едином государстве. А затем еще прозрачно намекают, что, мол, эта мера поможет президенту Путину сохранить власть после 2008 года. Что, безусловно, с политической точки зрения не идет на пользу ни президенту, ни самой идее реинтеграции.
А в результате всех подобных маневров представитель дружественной нам страны вынужден делать заявления, которые объективно нельзя назвать способствующими развитию двусторонних отношений.
Нашу страну настойчиво вытесняют из зон традиционного влияния. На Западе у России потенциальных союзников из числа бывших республик СССР (за исключением разве что Белоруссии) не осталось. Усиливается давление и на южных рубежах. Но если в отношении Украины и даже Грузии мы постепенно выстраиваем грамотную политику, аккуратно, но твердо противостоя нашим партнерам из США и Евросоюза, то по отношению к среднеазиатским республикам продолжаем во многом вести себя как «старший брат». И получаем, как в случае с Казахстаном, ответы по-восточному вежливые. А по сути - обидные.