Ушел Александр Мурзин

Александр Мурзин.

Тут нет ошибки или описки. От первого до последнего слова книгу Генсека о том, как он поднимал целину, написал наш друг и коллега, талантливый журналист, знавший этот край и всю эпопею как свои пять пальцев. И сам же рассказал эту то ли смешную, то ли грустную историю. Такие были времена.

Из оренбургских казаков, сын репрессированного, погибшего на Колыме, он прошел суровую школу жизни, мужество и оптимизм помогали ему. Любознательный, твердый, ответственный, он был отличным собкором «Комсомолки» в 60-х, позже - членом ее редколлегии.

То, что выходило из-под его публицистического пера, продолжало жить в книгах. Их было семь. В последнее десятилетие он занимался исследованием убийства царской семьи. В ноябре 1997 года в нашей газете появилось его открытое письмо Патриарху Алексию Второму «О чем рассказал перед смертью цареубийца Ермаков», которое Патриарх цитировал.

Его скосила тяжелая болезнь. Его имя останется в истории русской советской журналистики.