Откуда берутся фашисты в русских городах

В последних числах мая в Санкт-Петербурге задержали очередную группу националистов. Корреспондент «КП» выехал на место разобраться: почему город, переживший блокаду, стал инкубатором для «коричневой молодежи»?

Окончание. Начало в номерах за 4 и 5 июля

Проба на толерантность

Изначально модное ныне слово «толерантность» обозначает «иммунологическое состояние организма, при котором он не способен синтезировать антитела в ответ на введение определенного антигена». В народе это называется проще: «плюй в глаза - все божья роса», и на третьем году борьбы с фашизмом питерцы, похоже,  достигли состояния полной толерантности. Месяц назад, в День города, почти шесть часов веселился на Невском самый настоящий гей-парад. Накрашенные мужчины в стрингах показывали гуляющим семьям свои половые члены, вились радужные флаги, рубило жесткое техно. Все это действо происходило прямо на ступенях католического храма Святой Екатерины, в котором в это время шла месса.  Вышедшего пастора загнали в храм обратно, а прихожанке, которая пыталась усовестить извращенцев, просто отвесили здоровенного леща.  У милиционеров, охранявших шабаш, не дрогнул ни один мускул на лицах. Мой приятель, человек резкий и справедливый, рассказывал мне эту историю, и кулаки у него сжимались в бессильной ярости. Я очень удивился бессильной реакции на скотство. Ответил он просто:
- У меня через месяц родится сын, и я не хочу вернуться из тюрьмы, когда он уже будет ходить в школу. На меня бы повесили всех пидоров и негров, избитых в городе за последние три года...

Лица  «фашистской национальности»

Можно сказать совершенно точно: при чисто питерском, очень своеобразном подходе к межнациональным отношениям и толерантности Петербург получит либо социальный взрыв, либо продолжение городской партизанской войны. И что бы ни говорили официальные лица о «нитях, которые тянутся в Москву», мне кажется, сначала нужно внимательно посмотреть на происходящее в подопечном городе и только потом уже заниматься конспирологией.

Только в Питере можно было ловить всем наличным милицейским составом убийц таджикской девочки Хуршеды Султоновой. Милиция прочесывала улицы, институты и ПТУ в поисках скинхедов. Органы стояли на ушах - дело находилось под губернаторским контролем! Зато удалось выявить целых пять тысяч «фашистов» коренной национальности, в два раза больше, чем во всей  Европе!  Не спавшие неделями опера и участковые, «коловшие» по 25 - 30 «фашистов» за сутки, думали, что теперь-то от них отстанут. Не тут-то было. Теперь любое преступление  рассматривалось только под  одним углом зрения, применительно к статье 282 УК. Главное, чтобы потерпевшие были не русской национальности. Хотя, по данным беспристрастной статистики, потенциальные жертвы скинхедов - выходцы с Кавказа и из Средней Азии бьют и грабят горожан чаще, чем питерцы  их самих. То есть, по совершенно не секретным данным ГУВД, 60 -  70% преступлений в городе совершают граждане, приехавшие из некогда братских южных республик. Вот только обиженные и даже убитые питерцы  никому не интересны.

Например, как-то само собой  под сукно легло дело об  убийстве олимпийского чемпиона Дмитрия Нелюбина.  Парня убили в новогоднюю ночь 2005 года на глазах у жены и ребенка. Зарезали кавказцы на почве тех самых, как пишут в протоколах, внезапно возникших  неприязненных отношений на межнациональной почве.  Действительно, а за что можно убить трезвого парня, который играет со своим ребенком? Рассказывает один из очевидцев трагедии Игорь Смирнов:

- Дима запускал фейерверк во дворе. Они шли со стороны общежития №  3 совсем другой дорогой, вон в ту арку, то есть метрах в пятидесяти от наших ребят. Их было шестеро. Дима, я и Вика крикнули: «С Новым годом!»  Один подошел к Диме и сказал: «Чего кричишь?» Дима ответил: «С Новым годом». Тот, видимо, счел это за оскорбление и вытащил нож. Когда Дима упал, у всех шестерых вдруг как будто какую-то кнопку нажали: они потеряли всякий интерес к продолжению драки, развернулись и спокойно ушли обратно в сторону общежития.

В рамки борьбы с фашизмом убийство Дмитрия Нелюбина никак не вписывалось, правозащитники и пресса стыдливо молчали, поэтому и рвения особого никто не проявлял.  Единственное, на что сподобилось следствие, составило фоторобот преступника. Еще сорок дней на месте трагедии лежали цветы и табличка: «Здесь убили русского человека». Сейчас там валяется мусор... 

Растяжка на стадионе. Так молодежь делает из убитого скинхеда нового кумира.

Эхо Парижа

Даже в Совете Европы известно, что «люди с другим цветом кожи чувствуют себя в Петербурге незащищенными», но криминальная хроника говорит об обратном: нормально себя чувствуют гости города. В ноябре прошлого года, когда в пригородах Парижа запылали машины, угнетаемые питерские негры решили проявить расовую солидарность с французскими погромщиками. В одни и те же числа, с 10 по 11 ноября, в Петербурге были сожжены шесть автомобилей (машины загорелись ровно в полночь в разных районах города). Затем группа негритянской молодежи с бейсбольными битами в руках прошлась по набережной Обводного канала, побивая всех встречных бледнолицых. Негры были задержаны, прокуратура Адмиралтейского района возбудила дело по статье 213 - «хулиганство». А спустя пару недель в том же районе те же самые африканцы избили арматурой двух студентов. Все городские газеты радостно сообщили: «Нацисты получили достойный отпор!» Мне просто чудом удалось поговорить с одним из избитых парней. Он не верил, что я смогу написать правду!

Инженер Максим Ф. не похож на скинхеда, скорее на парня с обложки модного журнала. Он человек одной из  самых гуманных профессий - его фирма строит детские игровые площадки по всей России. Максим говорит мне, что всегда относился ровно к людям иных национальностей, но этот случай оставил у него в душе осадок:
- Мы с другом возвращались из клуба в шесть утра. Зашли в магазин, потом стояли разговаривали, перед тем как расстаться. Подошли трое африканцев и две девушки, остановились от нас метрах в десяти. И что-то им не понравилось. Один из африканцев крикнул нам: «Эй, белый! Пошел отсюда». Я ему, разумеется, ответил, чтобы он сам шел, и подальше. В ту же секунду он выхватил из-под куртки стальной прут. Мгновенно собралась толпа негров. Мне сломали одну руку, а другую вывихнули в плечевом суставе. Запомнилось, что они кричали: «Алле! Франсе!» («Франция, вперед!») - там как раз был разгар погромов. Разумеется, когда через полгода в этом же районе застрелили сенегальца, я стал  главным подозреваемым...

Максиму повезло с алиби, хотя история с убитым сенегальцем получила «нетолерантное» продолжение прямо во время антифашистского марша. Потерпевшие от расизма шли по Невскому проспекту с плакатом «Вы разбудили «Черную пантеру!» (американская расистская негритянская организация. - Прим. авт.)  и учили расовой терпимости уличных художников. Крепким негритянским кулаком по мордасам. Милиция, охранявшая «антифашистский» марш, стыдливо отворачивалась.  Милиции в  Питере вообще несладко. Она между двух огней. С одной стороны, вроде бы разгул нацизма, с другой - совершенно потерявшие берега гости города, которые очень ловко научились пользоваться антифашистской истерией.  

Питерский «антифашистский марш», уроки расовой терпимости. Фото: www.info.blogik.ru

Например, 15 апреля в Питере произошел неслыханный инцидент: мигранты-нелегалы избили замначальника 27-го отделения милиции прямо на его же территории, в Апраксином Дворе. По словам Дмитрия Панова, он ждал на рынке машину, которая должна была отвезти его и ребенка домой. Проходившая мимо женщина восточной национальности толкнула милиционера. Он сделал ей замечание, и, как рассказывают свидетели, толпа из 50 афганцев «стала оскорблять, толкать и хватать милиционера за форменную одежду». Собственно, толкали милиционера так, что его госпитализировали «с закрытой черепно-мозговой травмой, ушибленной раной лобной области, ушибами мягких тканей лица». Подъехавший милицейский «козлик» с подмогой афганцы заблокировали. А тем временем в Апраксин Двор прибыл глава афганской диаспоры с толпой журналистов и начал рассказывать о том, как страшно жить в Петербурге человеку с другим цветом кожи.

Сам Дмитрий Панов общаться со мной отказался, отправил меня к своему начальнику. Михаил Пилипенко радостно сообщил, что «стороны пошли на мировую». У меня чуть телефонная трубка из рук не выпала. Задумайтесь на секунду: государевых людей в государевой форме на их же «земле» бьют иностранцы-нелегалы! Совершенно безнаказанно. Доборолись с фашизмом, поздравляем с победой! 

Годы страшных обид отзовутся войной?

Пока готовился этот материал, сводки с фронтов «новой гражданской» поступали бесперебойно. Сегодня в Петербурге избили азербайджанца, а на следующий день граждане Египта избили какого-то молодого человека с девушкой. Толпа питерцев избила толпу гастарбайтеров за то, что они изнасиловали строительной техникой газон в каком-то дворе... Нарыв никуда не делся, он продолжает пухнуть, и сковыривание назревшей головки в виде «Банды без названия» проблемы не решило. А при желании ситуацию можно довести до состояния Нальчика 13 октября 2005 года. Там захвату города предшествовали зачистки «неправильных» мечетей. Целый год их чистили, прессовали «неправильную» молодежь, пока даже те, кто и не помышлял о ваххабизме, отреклись от традиционного ислама и перестали носить нижнее белье. В итоге жители Нальчика с удивлением узнали в убитых террористах своих друзей и соседей.    

История движется по сходящейся спирали, и от этого происходящее выглядит еще страшнее. Мы успели забыть, что у города есть славное террористическое прошлое - Каляев, Засулич, Халтурин, Софья Перовская и многие другие. Спустя сотню лет, опять появились люди, которые резали и убивали не ради того, чтобы сытно жрать и сладко спать. Они убивали ради идеи и делали это самоотверженно, а ореол мучеников, особенно после убийства Дмитрия Боровикова, они уже получили. Что делать, это даже не питерские традиции, а скорее особенности русской психологии, замешенной на исконном  желании бессребреников и обиженных.

Есть и жестокий пресс всех, кто позволяет себе мыслить в национально-патриотических категориях. Что тут говорить, если обычный исторический кружок - уже объект для работы правоохранительных органов. Хотя любому здравомыслящему человеку понятно, что такие самоорганизовавшиеся кружки нужно срочно ставить на государственное финансирование, чтобы хоть чуть-чуть сократить поголовье дебиловатой молодежи, воспитанной телевизором.

Мне удалось поговорить о социальных корнях национализма в молодежной среде с сотрудником  Комитета по делам молодежи. Ваган Канаян сообщил мне, что «фашизм интеллектуализируется». Это точно. Если раньше дворовые гопники (как верно писали правозащитники - «дети алкашей в четвертом поколении») становились скинхедами, потому что это было модно и брутально, то теперь маскарад кончился. Большинство членов «Банды без названия» были из семей среднего класса, учились в приличных вузах, читали книги. И на путь террора они встали, по словам их родителей, потому что «разочаровались в лживой Системе и не видели в ней своего места». А еще я узнал от социолога, что «в городе отсутствуют социальные лифты». Во всем  капиталистическом  мире, кроме упорной учебы, таким лифтом является мелкое торговое предпринимательство, а класс лавочников - фундамент любого государства. У нас же мелкий бизнес принадлежит гражданам соседних независимых республик, которые хоть и занимаются здесь успешно торговлей, но никаких теплых чувств к аборигенам не испытывают. И подстраиваться под 92 процента питерцев, считающих себя русскими, не собираются, а, наоборот, все чаще и громче требуют, чтобы хозяева подстраивались под гостей и уважали их национальную самобытность. И чтобы сами аборигены про свою самобытность и обиды вспоминали пореже, потому что «Россия - страна многонациональная». 

Вот хозяева и подстраиваются, тихонько скрипя зубами оттого, что гости зачастую  живут лучше и богаче местного лоха с Адмиралтейских верфей или какой-нибудь смотрительницы музея в третьем поколении. Как вырулить из этой ситуации, Комитет по делам молодежи не знает, да и не его это задача. Зато прекрасно знают, что делать, дети нищих работяг и училок, уже не заставшие  советскую  дружбу народов.  
Судя по всему, власти не сделали никаких выводов из целой череды трагедий. Поэтому, не будучи оракулом, сообщаю чиновникам, кто будет следующей мишенью протестных настроений - китайцы. В этом году в городе реализован старый анекдот, суть которого сводится к следующему: «На финско-китайской границе все спокойно». Не поинтересовавшись мнением питерцев, власти начали строительство китайского квартала «Балтийская жемчужина». А мои родители, несмотря на советскую  закваску, не хотят жить рядом с китайским кварталом, и их друзья тоже. И друзья друзей. Наверное, они все фашисты. Горожанам, конечно, рассказали про то, как расцветет город от китайских инвестиций. Ага, видели, как расцвел город Иркутск благодаря барахолке под названием «Шанхайка». С таким подходом можно и Карельский перешеек продать финнам и назвать это можно красиво - «инвестициями в инфраструктуру Карельского перешейка». Мне удалось побывать в будущей «горячей точке» на карте Петербурга. Проспект Ветеранов, дом 130. Питерцы, купившие квартиры за 40 - 50 тысяч долларов, с удивлением узнали, что жить им придется в китайской общаге. Кто-то из аборигенов дернулся квартиру продать, но риэлторы подняли его на смех. Кто купит жилье в чайна-тауне?  Я поговорил с одним из «счастливых» новоселов. Хмурый бородатый мужик как-то неуверенно выгружал свой скарб из старенького джипа: вытащит картонную коробку, покряхтит и обратно ее засунет. Я поинтересовался у него:

- Как думаете с китайцами уживаться?

- Никак не думаю, - буркнул мужик. - Застрахую квартиру и подожгу тут все на хрен...

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Андрей БАРАНОВ, замредактора отдела политики: Пора лечить национальную болезнь

Давайте-ка еще раз повторим истину: Россия - многонациональная страна. Это геополитическая реальность, которую создавали многие поколения наших предков. «Имперское многоцветье» растет из общего корня. И если ратовать за то, чтобы «всякие инородцы» не казали носа из своих «чуркистанов» и не смели чувствовать себя на равных в русских городах, то нас ждет повторение судьбы Советского Союза.
Но и люди из диаспор должны четко уяснить, что «садиться на голову» русским в их собственных домах нельзя. Иначе пусть пеняют на себя, потому что терпение великороссов небесконечно. Ведь участившиеся вылазки скинхедов и прочих доморощенных фашистов  - не что иное,  как острая реакция горячей молодежи на несправедливость. На то, что некоторые «гости с нацокраин» демонстративно нарушают законы и понятия, писанные для всех.

Пока эти выступления довольно разрозненны и не угрожают политической стабильности и устоям государства. Сейчас это скорее социальное поветрие, идущая снизу протестная пена. Можно, конечно, ждать, что со временем она рассосется сама. Как это было, например, с «люберами» - громким, но очень похожим на скинхедское движением социального протеста времен поздней перестройки. Однако боюсь, если пустить  все на самотек, мы запросто можем повторить германский сценарий 80-летней давности. Недаром свастика и эсэсовская символика у скинов в большом почете.

Чтобы идея агрессивного национализма не овладела российскими массами и не превратилась в реальную силу, нам давно как воздух нужна продуманная и одновременно решительная национальная политика. Это должен быть пятый (а по значимости, может, и первый) общегосударственный нацпроект.

Не сажать скинхедов по тюрьмам и думать, что этим проблема решена, не загонять нарыв внутрь, а лечить саму болезнь. Она называется - новая межнациональная реальность в России. Пока мы выписываем ей рецепты, придуманные еще в СССР. А они уже не работают. Время другое, страна другая. Если мы не хотим ее развалить, как в 1991 году, мы должны действовать. Потому что в противном случае действовать будут бритоголовые молодцы с дубинами и помповыми ружьями.