Тайны проекта "Россия"

Руководитель пресс-центра газеты «Комсомольская правда», политобозреватель Н. Андрущенко: - Сегодня Издательский дом «Комсомольская правда» приветствует у себя в гостях шеф-редактора издательства «Олма-пресс», руководителя сегмента документальной, исторической литературы Людмилу Павловну Бурякову и писателя Романа Злотникова.

Тема сегодняшней пресс-конференции: «Книга «Проект «Россия». Кто утвердит державный суверенитет?»

Надо сказать, что «КП» уже писала о проекте «Россия», в прошлом году. У нас был разворот, написанный Ларисой Кафтан. Но это был разворот о тираже, распространенном по спецрассылке во все властные структуры страны. Книга попала к госчиновникам, политическим деятелям и прочим важным лицам из МИДа, разведки, ФСБ и МВД. И теперь издательство рискнуло, и впервые издало официальный тираж этого самого «Проекта «Россия».

О нем мы сегодня и поговорим. И первый вопрос. Книга до сих пор без автора. Вы отдаете себе отчет в том, что рискуете и очень сильно, Людмила Павловна? А вдруг проявится автор, и предъявит вам претензии, что вы выпустили книгу без его ведома?

Л. Бурякова: - Как издательский работник, я могу сказать, что с автором мы всегда договоримся. На это существует юридический отдел, который эти тонкости все знает и умеет договариваться.

Мы посовещались и сделали предложения автору в форме авторского договора, который, конечно, является коммерческой тайной. Но, тем не менее, эти условия очень привлекательные, так что, если претендент докажет свое авторство, то все претензии к издательству снимутся.

Н. Андрущенко: - Людмила Павловна, тогда сразу сделайте такое объявление, что издательство «Олма-пресс» разыскивает автора…

Л. Бурякова: - Мы разыскиваем автора давно. И один раз даже поставили текст у нас на сайте заказных работ. Думали, что возмутится человек, объявится.

И в книге мы сделали объявление о розыске автора, которое я могу зачитать. «Издательство «Олма-пресс» разыскивает автора книги «Проект «Россия» с целью выплаты солидного гонорара. Убедительно просим Вас отозваться на наше предложение для взаимовыгодного сотрудничества. Мы ценим таланты, мы любим наших авторов и готовы к гибкому взаимодействию. Юридическая служба нашего издательства подготовила авторский договор с очень привлекательными для вас условиями, которые вы можете обсудить и подписать. Желаем вам дальнейших творческих успехов. Ждем вас в нашем издательстве по адресу…»

Н. Андрущенко: - Роман, может быть, вы расскажете. Сколько я знаю Вы редактировали этого неизвестного автора.

Р. Злотников: - Не совсем так. Я скорее выступал в качестве эксперта. То есть высказывал свое экспертное мнение.

Л. Бурякова: - Когда добыли эту книгу, мы думали, что с ней делать. А поскольку мы с Романом знакомы, предложили ему сделать экспертную оценку этого труда и высказать свое мнение – надо ли нам это или не надо?

Это опять же к тому – рискуем мы или не рискуем.

Р. Злотников: - Я немного расширю, наверное. Дело в том, что я тоже удивился и говорю: «А вопрос-то в чем? Разговаривайте с автором».

Автора пока нет, но очень хотим издать. Поскольку я известен своими воззрениями в этом направлении давно, обратились за экспертной оценкой ко мне.

Н. Андрущенко: - А вы сразу расшифровывайте.. Воззрения какие? Монархические?

Р. Злотников: - Ну, да. Я порядка 5 лет назад дозрел до монархии. Причем, я до сих пор не являюсь никаким политическим деятелем, и не вступил ни в какие политические организации монархистов, которые существуют на данный момент.

Потому что, если у меня раньше отношение было к монархии такое, что это устаревшее, непонятное, никому не нужное, в лучшем случае, такая бесполезная, но красивая традиция. То сейчас у меня отношение изменилось с точностью до наоборот. Не сейчас, конечно, уже довольно давно. В книгах у меня будущая Россия только монархия.

Л. Бурякова: - Поэтому мы вас и выбрали в эксперты.

Н. Андрущенко: - Некоторым фантастам очень повезло, их фантазии воплотились в жизнь. И телефон, и ракеты, и подводная лодка. Это все стало реальностью.

Р. Злотников: - Да. Изначально это было неосознанной попыткой найти какую-то изюминку. Но поскольку вдруг начинаешь описывать этот мир, начинаешь о нем задумываться, насколько он реален, нужен ли он вообще. А как так, космос и пираты? С одной стороны, вроде мы все читали фантастику. Все из вас, может, и до сих пор читают фантастику. Мы все знаем, что, допустим, даже записные американские демократы, извините, я так резко говорю, очень часто описывают звездную империю. Причем, и в негативном, и в позитивном варианте.

Причем, в позитивном, как ни странно, гораздо чаще. В негативном я, наверное, кроме «Звездных войн» и не знаю вариантов. У того же Азимова, Джерри Пурнеля. Что это такое? Просто художественный прием? Или все-таки фантастикой занимаются люди, которые неким боком планируют будущее.

Н. Андрущенко: - Все-таки от момента «Города Солнца» Кампанеллы прошло несколько веков, прежде чем идею коммунизма решили воплощать. Не знаю, к счастью или к несчастью, но в нашей стране.

Р. Злотников: - Не знаю.

Н. Андрущенко: - «Город Солнца», помните?

Р. Злотников: - Утопия, сначала эта идея была опубликована в виде фантастического романа.

Н. Андрущенко: - А как попал к вам «Проект Россия»? Поскольку речь идет о возрождении самодержавия, о монархии, нет ли здесь какого-то кремлевского заказа?

Книга была в Интернете. И распространялась по спецрассылке. В Интернете кусочки были. Она была не полностью.

Р. Злотников: - Нет, полностью тоже была. Я впервые о ней узнал, когда была ссылка. Мои взгляды известны и у меня на сайте много народа, который, так или иначе, их разделяет.

Л. Бурякова: - Получилось так, что, когда мы приехали к нему с книгой, он уже о ней знал.

Р. Злотников: - Да, там сразу через месяц после ее появления появилась ссылка. А сама книга попала ко мне через издательство. Я не знаю, где они ее нашли.

Н. Андрущенко: - Людмила Павловна, как к вам попала книга?

Л. Бурякова: - Нам ее дали, в конце концов. Сначала, может показаться бредом то, что у нас написано в предисловии от издательства. Но чем бредовее ситуация кажется, тем реальнее она на самом деле. Все действительно было так.

Нас одно время затерроризировали звонками: знаем ли мы, что такое «Проект «Россия»? И не мы ли его публиковали? Потому что знают, что в «Олма-пресс» публикуются многие политические и общественные деятели.

Но мы заинтересовались. Действительно, у нас много знакомых среди депутатов, мы эту книгу достали и посмотрели.

Н. Андрущенко: - У кого-то из депутатов? Кто-то вам дал свой экземпляр?

Л. Бурякова: - Да, свой экземпляр.

Р. Злотников: - А я его воплотил.

Л. Бурякова: - Не сразу, мы сначала сомневались, думали.

Р. Злотников: - Вы мне привезли, я сразу сказал «да». Я же не стал признаваться, что, я ее уже читал. У меня не было бумажного варианта, а сейчас есть.

Н. Андрущенко: - Людмила Павловна, а имя этого доблестного законодателя?

Л. Бурякова: - Нет, я имя доблестного законодателя могу только сказать с его разрешения.

Н. Андрущенко: - Не получили такого разрешения?

Л. Бурякова: - Нет.

Н. Андрущенко: - Коллеги, прошу вопросы.

«Комсомольская правда»: - Наталья задала вопрос, на который вы не ответили, к сожалению. Не стоит ли за всем этим проектом Кремль? Первоначально она была издана тиражом 3000 экземпляров и на издание книги и рассылки депутатам, политикам ушло не менее полумиллиона рублей. Сумма достаточно значительная. И, вероятно, был какой-то спонсор? Кто мог выступить этим спонсором, на ваш взгляд?

Л. Бурякова: - Мне трудно судить, кто выступил спонсором первого тиража, который был распространен анонимно. Лично я кремлевский заказ не выполняла. Для меня совершенно другие критерии существуют при отборе книги, чтобы ее запустить на книжный рынок.

А) это талант автора. Прочтя книгу, я поняла, что это действительно присутствует.

Б) Должен быть обязательный коммерческий успех. Тираж книги должен окупить затраты на нее. Это само собой. Я руководствуюсь только этим. Я не лоббирую интересы ни Кремля, ни кого другого. Я – обыкновенный издательский работник, который берет хорошую книгу и старается ее издать.

Иногда да, мы продавливаем через начальство книги. Иногда они не понимают нас. Но, тем не менее, мы стараемся, чтобы именно хорошая книга вышла ни книжный рынок.

«Политический журнал»: - Уже доказано историей, что абсолютная монархия - это утопия. Это опять же, как коммунизм. Речь, видимо, идет о конституционной монархии, которая всего лишь символ, или нет?

Л. Бурякова: - Нам имеет смысл говорить, о чем идет речь? Достаточно прочитать книгу, наверное.

Р. Злотников: - Дело в том, что монархия очень многолика. Как расценить абсолютную монархию Катара? Воплощенную. И как коммунизм? Два примера всего.

Например, любой гражданин Катара может учиться в любом университете мира. Достаточно желания, все оплачивает монарх. И любой гражданин Катара может лечиться в любой больнице мира, в госпитале, любой. самой дорогой швейцарской клинике.

При этом туда отправляют не только его, но и кого-нибудь из родственников, чтобы ему не скучно было. Наверное, идеальные представления не совпадают. А что касается всего этого, я тоже считал, что британская монархия - лишь не значащая традиция. Надо разбираться в законах, некоторых вещах. Например, ни в одной европейской, вроде как конституционной монархии не существует механизма преодоления вето короля. Король не подписывает закон, закон не действует.

У нас это можно преодолеть двумя третями голосов, любое вето. У них нет этого. И таких зацепок очень много. Просто мы об этом не знаем. Я знаю уже, а вот основная масса народа, которая считает, что ничего не значащая традиция финтифлюшка. Вдруг оказывается, что нет, это работает и работает довольно сильно.

Н. Андрущенко: - Роман, вы выглядите хранителем тайных знаний, хранителем печати. Поделитесь тем, что вы знаете.

Р. Злотников: - Монархию обсуждать здесь смысла нет. Потому что это все-таки пресс-конференция. Вопрос – ответ.

Н. Андрущенко: - То есть вы считаете, что для России монархия не утопия?

Р. Злотников: - Нет.

Мир новостей: - А какого-то конкретного кандидата в монархи вы видите? Лично вы?

Р. Злотников: - На самом деле. вариантов есть несколько, Да, более того, я такой вопрос ждал: а кто? На самом деле, это не так уж и важно. Для меня важно наличие позиции.

Поймите, что такое монарх? Это человек, который, исходя из своей позиции, должности, он не может отпилить кусочек страны в виде Газпрома. Потому что он в любом случае настолько системно меньше страны. Он либо страну держит, либо ничего не имеет.

Н. Андрущенко: - Потому что в стране все принадлежит ему. Он – монарх.

Р. Злотников: - Мы тоже когда-то говорили: «Широка страна моя родная! Все вокруг колхозное». Вопрос в том, что человек живет и действует, исходя из интересов своих детей. Он им может передать. Ведь каждый раз, когда меняется новый монарх, происходят, по существу, выборы. Этот наследник достоин того, чтобы продолжать дело родителей? И понятно, с кого он будет брать пример. С папы. Либо он не достоин. Тогда в этом случае все, выборы не состоялись.

«Мир новостей»: - Сейчас 2006 год. Выборы, наверное, в 2008 году, если ничего не изменят. Если вы говорите сейчас о монархии, например, то, что в книге все написано. Да, вот мы решили, монархия должна быть и прочее. Вы могли бы назвать каких-то кандидатов на роль монархов, из которых мы могли бы выбирать. И вы могли бы выбрать.

Р. Злотников: - Во-первых, монархия в 2008 нереальна совершенно.

Л. Бурякова: - Но тема назрела.

Р. Злотников: - Да, потому что, наверное, всем не нравится, что у нас до сих пор происходит со страной.

Н. Андрущенко: - Роман, от вас фамилии не добиться? Конкретно спрашивают имя.

Р. Злотников: - Фамилии не добиться.

Л. Бурякова: - Он фантаст, но не настолько же.

Р. Злотников: - Потому что я конкретными именами не занимался. Их - много, скажем так.

Я могу сказать, что еще лет 10 назад английский писатель, фамилию забыл, есть такая книга, называется «Икона». Может быть, вы читали. Вот он написал книгу о том, как в России восстановлена монархия, естественно, оттуда. Взгляд оттуда был. Даже они считают это возможным. Там в качестве одного из кандидатов назван конкретный человек.

Н. Андрущенко: - И кто именно? Книга-то не секрет.

Р. Злотников: - Брат Елизаветы Майкл Кентский. Даже они знают, что такие люди есть.

Н. Андрущенко: - «Мир новостей» удовлетворен ответом?

«Мир новостей»: - Не совсем. Насколько я знаю, сам автор в книге пишет о том, что он не видит кандидата на роль монарха в данной ситуации. И, в принципе, единственная цель на данном этапе - это остановить масштаб разрушений, которые сейчас в стране происходят, то есть не увеличить скорость этих разрушений.

Там приводится такая мысль, что в общем нужно оставить все, как есть в 2008 году. Не ответ ли это на вопрос: кто у нас претендует на роль монарха? И каким образом мы его будем выбирать?

Л. Бурякова: - Нет, это не ответ. Это просто мнение автора, но не руководство к действию.

Журнал «Огонек»: - Я не читал эту книжку. Просто выхватил большой абзац из контекста. Поскольку автор неизвестен, хотелось бы с ним поспорить, но он неизвестный, поэтому буду спорить с вами. У вас тут звучит идея, предложение избирать нового правителя по принципу Земского собора, звучит заманчиво. На 25 лет, это раз в 30-50 лет.

У нас всегда будут продолжать государственный курс. У древних такая модель называлась принципат. В целом, действительно, хорошая система. Такие люди, как Калигула, Нерон они как раз олицетворяли ту систему власти, которую вы называете хорошей. И Калигула, и Нерон истребили, по разным подсчетам, сотни тысяч человек. По крайней мере, элиту Римской республики при переходе к империи они вырезали практически всю под корень. И как вы можете таких людей называть хорошими правителями?

Р. Злотников: - Я могу сказать, что, в принципе, в каждом обществе присутствуют хорошие и плохие лидеры. Как в свое время в России был Николай II, который, в общем-то, с этим вопросом покончил. Так что не надо даже уходить далеко в древность. Это действительно беда. Одна из бед. Но на данном этапе эта беда, если не устраним, то купируем. Господа Калигула и Нерон были вообще никем не контролируемые. Они уже давно были людьми не религиозными, не верили в свою собственную божественную сущность

Журнал «Огонек»: - Они были верховными жрецами Августа. Они олицетворяли собой религию Рима.

Р. Злотников: - Кто такой император? Калигула и Нерон считали себя богами. Это раз. Второе, они не создавали империю. Они уже были в ней в некотором роде. Были такие люди, как Марк Аврелий. До них был Октавиан Август. До них было очень много хороших и плохих императоров. Более того, Римская империя простояла тысячу лет. При всех плохих императорах.

Н. Андрущенко: - Я прочла книгу. Там личности со знаком минус, со знаком плюс, то, что сейчас в нашем восприятии принято. Допустим, Гитлер и Махатма Ганди. Они, в общем-то, на одной плоскости. Масштаб личностей одинаков. Только один со знаком минус, другой – со знаком плюс.

Журнал «Огонек»: - Я не специалист в политике, а специалист в истории. Я хочу понять, насколько, может быть справедлива концепция политического развития, которое базируется на неверных исторических посылках. Насколько, вы считаете, она может иметь право на существование, если там содержится неверная аналогия?

Р. Злотников: - В истории фантастики есть такая книга Станислава Лема. Называется она « Звездные дневники Йона Тихого». Я думаю, что все читали.

Там есть эпизод, где Йон Тихий разговаривает, описывает то, как он с поставил на место одного из собеседников в Звездном вокзале, который говорил, что есть такие существа, медленные. И если бы один из них спросил, как дела? То на земле, допустим, родился рабовладельческий строй, потом возникли древние империи, Месопотамия, Египет и так далее. Александр Македонский дошел до Тихого океана. И только потом этот товарищ ответил ему: ничего нового. После этого Станислав пишет, что Йон Тихий встал и сказал: «Все, что вы говорите, от первого до последнего слова ложь, потому что Александр Македонский никогда не доходил до Тихого океана».

Н. Андрущенко: - Людмила Павловна, вы жанр книги определяете, как фантастику? Исходя из последних слов Романа. Или все-таки - это публицистика?

Л. Бурякова: - Нет, это публицистика по назревшей теме. Если какие-то вопросы возникают по тексту, я думаю, это просто тема для дальнейшего разговора, для дальнейшего обсуждения. Если мы не будем обсуждать эту тему, которая действительно назрела, ведь были какие-то отрывочные публикации, все прочее. Но если уже не только они появляются, но и книги пишутся, значит, тема действительно назрела. Надо ее обсуждать. Именно поэтому просим автора объявиться, чтобы можно было с кем разговаривать.

Н. Андрущенко: - Настолько назрела тема, что даже на прошлой неделе Сурков, представитель Кремля, предложил новую фигуру речи, «державный суверенитет» называется.

«Парламентская газета»:

- Известный соратник Березовского Гольдфарб прекратил свою деятельность в России. И это подозрительно совпало по времени с появлением «Проекта «Россия». Если ему уже нечего делать в России, что потом? Действительно установление монархии?

Л. Бурякова: - Как вы, Роман, спрогнозируете ситуацию?

Р. Злотников: - Если это признак того, что мы движемся в сторону монархии, меня это радует. Но я, честно говоря, господина Гольдфарба не знаю. Я читал его…

Н. Андрущенко: - Вопрос шире: сворачивается ли демократия при монархии? Даже та демократия, которая сейчас есть.

Р. Злотников: - Тут же есть люди, которые считают, что на самом деле западные монархии - это стопроцентные демократии. Поэтому я не политолог, чтобы настолько детально обсуждать. Я думаю, что это все будет выясняться постепенно, потихоньку, в обсуждении.

Во всяком случае, я скажу то, что есть у меня в ощущениях. Я думаю, что и у многих из вас. Тот вариант демократии, который мы на этих двадцати годах пробовали, наверное, несколько не годится. Потому что тот вариант демократии, который был при Ельцине изначальном, молодом, он один. При позднем - другой. И так далее. Пока меня ничего не устроило.

У нас, наверное, нет монархистов таких системных, которые с детства по примеру отцов и дедов исповедуют эти взгляды. В 1991 году мне было стыдно, что я не у Белого дома. Я вам честно скажу. В 1994-м или 95-м я перекрестился, что я туда не ходил.

Н. Андрущенко: - Да уже в конце 91-го все стало понятно.

Р. Злотников: - Я уже могу ошибаться со сроками, но у меня такое эмоциональное ощущение было. И тогда, и теперь.

Л. Бурякова: - Вопросы о том, что у нас сворачивается в стране, куда мы идем, - я думаю, это тема для того, чтобы поразмыслить. Мы хотим вернуться через месяц-полтора к этому и сделать круглый стол. Думаю, нужно продолжить обсуждение.

«Комсомольская правда»: - Насколько реально воскрешение монархии в России в XXI веке? Нынешние монархисты представляют опереточное зрелище.

Р. Злотников: - Те, которые сейчас олицетворяют монархию, на мой взгляд, очень близки к вашему определению. Из-за этого я, например, ни в одном из монархических российских движений не участвую, потому что не вижу в этом реальной силы. Но могу сказать, что думает над этим достаточно много народу.

Так или иначе, кто-то интересуется, кто-то ищет. Но и появление этой книги, и ваше присутствие здесь показывают, что интерес есть. И люди начинают, как говорится, репу чесать.

Л. Бурякова: - Доума это обсуждают.

Р. Злотников: - А когда идея овладевает массами, она становится движущей силой.

«Деловой вторник»:

- Возвращаясь непосредственно к тому, что «Олма-Пресс» рискнула и выпустила книгу, чем, прежде всего вы можете гордиться, издав «Проект «Россия»? Тем, что она проповедует монархию? Или чем-то еще?

Л. Бурякова: - Во-первых, в книге никто ничего не проповедует. А то, что затронута злободневная тема, я считаю, что это заслуга нашего издательства, что мы выпустили книгу на злободневную тему. Никто еще не рискнул, а мы сделали. Во-вторых, в принципе, как я уже упоминала, не вызывает сомнения талант автора. Поэтому здесь тоже наша неоспоримая заслуга. И если вы прочтете книгу, вы со многим согласитесь. Вы можете спорить и не соглашаться с какими-то идеями, мыслями и выводами. Но вы обязательно согласитесь, что написано здорово.

«Политический журнал»:

- Не так давно был подобный ажиотаж вокруг книги Михаила Веллера . Там тоже идея близкая. Там не монархия, там управляемая диктатура. Как он утверждает, по римскому принципу. На вопрос, а кто будет контролировать контролирующих, Михаил Веллер открыл рот и сказал: армия. А кто в этом варианте может контролировать монарха?

Р. Злотников: - Он всегда есть. На самом деле, поскольку у нас мозги по поводу монархии очень сильно замусорены в обществе, мы мыслим штампами. Если взять каждого конкретного монарха, у него всегда был какой-то контроль, хотя бы гвардейские полки. Я уже предельный вариант беру.

На самом деле и у народа никто права выбора не отнимает. Выборы будут регулярно. Просто во время выборов демократического так называемого правителя, мы как бы переизбираем правителя, но на самом деле не шибко что-то меняется. А в то время, когда не справляется со своими обязанностями монарх, просто меняют строй.

И второе. Все-таки монарх - это такая сакральная фигура. Это связь между небом и народом.

Политический журнал:

- Но в случае смены монарха его обычно убивают.

Р. Злотников: - Да. Тем лучше для него, стимул нормально управлять. Куда деваться. В каждой точке есть свои привилегии и свои опасности. Журналистов тоже убивают, но это же не останавливает вас.

"Комсомольская правда":

- В истории современного книгоиздательства были еще прецеденты, когда издавались книги анонимных авторов?

Л. Бурякова: - Были прецеденты. А наше издательство очень много публикует книг под псевдонимом. Неизвестных авторов - нет. Это первый случай.

"Комсомольская правда":

- И по поводу вознаграждения. Расхожая байка, что начинающим авторам, дебютантам издательство платит 300-500 долларов за первый роман. Хотя бы, о каком порядке цен идет речь?

Р. Злотников: - Скажем так, начинающие авторы не выходят тиражом 50 тысяч. Пять - максимум.

Л. Бурякова: - Да.

«Комсомльская правда»:

- Вы упорно уходите от этого вопроса.

Л. Бурякова: - Я буду уходить, потому что это коммерческая тайна. Любой издатель вам это подтвердит. Если я нарушу коммерческую тайну, то меня не поймут другие издатели.

«Комсомльская правда»:

- В Интернете на форуме анонимный автор общается с читателями этой книги. Связь существует с этим человеком? Или это фальсификация?

Л. Бурякова: - Не могу сказать. К сожалению, с нами он не переписывается. Абсолютно никакой связи нет. А чего бы мы тогда объявления писали? Мы в «Книжное обозрение» давали объявление до этого. Год ищем.

Газета «Известия»:

- Вы - известный писатель. Вы не заметили, что в процессе нашей пресс- конференции мы постоянно возвращаемся к какой-то тайне. Тайна человека, который написал эту книгу, как она к вам попала. А может быть, мы не будем искать автора? Может быть, через некоторое время господин Злотников признается, что он и есть автор?

Р. Злотников: - Не признаюсь, потому что это неправда. Ко мне обратились по совершенно конкретному поводу, потому что я известен своими взглядами. В вашей газете в свое время у меня статья вышла «Монархия - мать достатка». На нее ссылка есть на моем сайте. В разделе об авторе. Я ее с удовольствием опубликовал. Так что вы мне должны за рекламу вашей газеты.

- Все-таки газета «Известия» более раскрученный брэнд, чем Роман Злотников.

Р. Злотников:

- Не дали зашибить деньгу.

Л. Бурякова:

- Нет, потом, когда вы прочтете хотя бы одну книгу Романа Злотникова, не углубляясь в тонкости экспертизы, вы поймете, что стилистика совершенно разная. Вы изучите книгу Романа и эту и, пожалуйста, мы готовы к такому диалогу.

Н. Андрущенко:

- То есть это не инсинуация, от авторства вы отказываетесь сразу, и потом не возникнет этого момента, когда автор скажет: как я вас всех тут обманул.

Р. Злотников:

- Я могу сказать другое, что эта книга во многом подвигла меня на написание моей новой книги.

Л. Бурякова:

- Между прочим.

Р. Злотников:

- Она, может быть, не совсем про монархию. Но я попытался представить, как человечество могло бы развиваться в будущем, если попыталось уйти от такой дешевой рыночной психологии в другую. Можно назвать ее религиозной. Но при этом не потеряло почти ничего из того, что могло бы завоевать.

Л. Бурякова:

- А на какой стадии вы сейчас? Мы бы хотели узнать.

Р. Злотников:

- Она уже довольно продвинутая, то есть черновой текст написан на треть.

Журнал «Огонек»:

- Формирование монархического строя, как мы знаем из истории, невозможно без формирования сословного строя. Какие сословия вы намереваетесь ввести в России?

Л. Бурякова:

- Вы как-то тему передергиваете. Кто намеревается ввести?

Р. Злотников:

- Я не собираюсь вводить никакие сословия. Но я с вами согласен, что, как минимум, какой-то вариант дворянства должен присутствовать. Вопрос в том, какой? У меня нет готового проекта. Вот монархия в России должна быть такой и никакой другой. Более того, я думаю, что на самом деле, на данном этапе оно не может появиться. Мы будем к нему двигаться все вместе. Более того, может быть очень хороший вариант монархии, идеальный. Но общество скажет: а вот это нам не надо. Нельзя идти против желания людей. Всегда надо задавать себе вопрос, что можно хотеть. На данный момент невозможно хотеть....

Н. Андрущенко:

- В этой книге неизвестный автор пишет, что в России князьями первоначально становились те, кто был самым храбрым, кто шел на штыки, на ножи и кинжалы, ничего не боясь, за Отечество. Вот тот и становился князем. Сословность можно себе представить, кто не побоится отдать жизнь свою за Отечество, тот и будет аристократией.

Журнал «Огонек»:

- А как же они будут, если они отдадут жизнь за Отечество?

Л. Бурякова:

- Не будет бояться ее отдать, скажем так.

Журнал «Огонек»:

- Я не боюсь, возьмите меня в президенты.

Р. Злотников:

- Вы пошутили, а я серьезен.

Л. Бурякова:

- С фантастами шутить не надо.

Р. Злотников:

- Доказать надо, понимаете? Так, чтобы всем было ясно, и в первую очередь, императору, царю. Либо он думает о стране, в таком случае дворяне это лучшие люди. Либо нет. Значит, можно купить. Значит - все, он долго не продержится.

Н. Андрущенко:

- Два слова: честь и жизнь есть у этого неизвестного автора. Когда говорят, что честь дороже, то не спрашивают - а почем? И что дороже, жизнь или честь? Отдать жизнь, чтобы сохранить честь, или поступиться честью и сохранить жизнь? Вот это есть в этой книге.

«Политический журнал»:

- Дворяне это были крупные землевладельцы. Как с землей быть?

Р. Злотников:

- Я думаю, что вряд ли будет некое автоматическое восстановление всех, кто были графами. Вероятнее всего, это будет новое дворянство.

Дворянство тех людей, которые доказали всем, сначала себе, что это важнее для него лично, честь важнее жизни, Родина важнее достатка.

«Политический журнал»:

- С дворянами понятно. А как с холопами? Со смердами?

Р. Злотников:

- Прежде чем братья Строгановы стали графами, они были крепостными.

Журнал «Огонек»:

- То есть крепостные будут?

Р. Злотников:

- Я думаю, вряд ли. Для меня, в моем понимании на данный момент, дворянство это даже не столько кровь, хотя кровь тоже играет роль. Мы все знаем о генетике. Для меня дворянство это школа. У меня в одной из книг, совершенно не в сторону России, была описана система принятия потомственного дворянства, когда три поколения одной семьи стали дворянами личными, каждый раз зарабатывая дворянство. Это один из вариантов. Но опять не знаю, воплотим или не воплотим, реален - не реален. Читайте книжки, там многое сказано.

Л. Бурякова:

- Вы слушали частное мнение Романа Злотникова. Это поправка.

Р. Злотников:

Я в данном случае выступаю только от своего имени.

Газета «Мир новостей»:

- А если завтра объявятся пять разных авторов и заявят свое авторство, вы всем будете выплачивать солидный гонорар? И если нет, то каким образом вы будете определять, кто из них истинный автор?

Н. Андрущенко:

- Графологическая экспертиза уже не поможет.

Л. Бурякова:

- Прежде чем запустить книгу в рынок, мы проработали этот вопрос. Мы готовы сделать экспертизу, но тонкости я, конечно, объяснять не буду. Сами понимаете почему. Чтобы люди подготовились, нам этого не надо.

Н. Андрущенко:

- Стилистику такую же, пожалуйста.

Л. Бурякова:

- Стилистика это самое простое на данном этапе.

Н. Андрущенко:

- А как действительно определить, что это истинный автор?

Л. Бурякова:

- Мы проработали экспертизу определенную, которая нас, по крайней мере, вполне устроила. Как она в дальнейшем себя покажет, мы посмотрим.

«Мир новостей»:

- А то, что сами авторы в конце книги пишут, чтобы не верили никому, кто предъявит свое авторство, потому что они объявляться не собираются. Слова и музыка этой книги народные. Как бы вы это трактовали?

Л.Бурякова:

- Не объявятся, - выплачивать гонорар не будем.

«Мир новостей»:

- А зачем тогда давать объявление?

Л. Бурякова:

- Мы хотим найти автора и выплатить.

«Мир новостей»:

- А книга хорошо продается?

Л. Бурякова:

- Книга хорошо продается, она сейчас выставлена в московских магазинах и сделано несколько спецвыкладок: в «Библио-Глобусе», «Москве» и других. И в регионы ушла книга.

«Мир новостей»:

- Может быть, вы для этого именно давали объявление о поиске автора?

Л. Бурякова:

- Нет, о поиске автора мы давали объявление для того, чтобы его найти. А книга хорошо продается, это счастье для издательства.

Н. Андрущенко:

- И она будет представлена на книжной ярмарке?

Л. Бурякова:

- Да, на книжной ярмарке, 7-го числа у нас презентация с часу до двух на стенде «Олма-пресс».

Н. Андрущенко:

- А конкурентов много? Потому что книга безумно интересная.

Л. Бурякова:

- Я не видела конкурентов.

Н. Андрущенко:

- По-моему, Лужков выпустил книгу свою? Он может соперничать.

Л. Бурякова:

- Да, я вела проект Лужкова. Но как он может соперничать? Я очень уважительно отношусь к Юрию Михайловичу.

Н. Андрущенко:

- Я имею в виду книги-соперницы.

Л. Бурякова:

- Книги абсолютно не соперницы. У Юрия Михайловича своя идея, здесь - своя. Но оба издания красивые, оба интересные. Я очень довольна. Но не конкуренты.

Газета «Деловой вторник»:

- Вы не знаете спонсоров первого выпуска этой книги. А очень долго ищете автора. Явно напрашивается еще одна интрига, что деньги, гонорары для них не главное, а как в советские времена яркие литературные события самиздатом выпускались из-за того, что не было надежды на официальное опубликование. И вы в своем слове от издательства говорите и намекаете, что, может быть, это не первая книга из этого цикла. Значит, есть вторая, а, может, и третья. Если автор не найдется, а появится следующая книга «Проект «Россия», вы будете издавать ее?

Л. Бурякова:

- Это не только намек, в самой книге сказано, что планируется вторая и третья книги. Вот когда появятся, если они будут такими же интересными, то мы их обязательно опубликуем.

Н. Андрущенко:

- А почему это все так совпало вместе с текстами Суркова, выход книги, и спецрассылка - вот еще очень интересный момент. Книга откуда-то отправлена. От автора, авторов. Может, это группа авторов. Но она откуда-то отправлена. Вот откуда? У депутатов не попросили конвертик, как он ее получил?

Л. Бурякова:

- Нет, и не собираемся.

Н. Андрущенко:

- Я понимаю, что там может не стоять обратного адреса. Я не очень понимаю, что такое спецрассылка. Но не фельдъегерской связью наверняка. Как-то иначе, но примерно так же.

Л. Бурякова:

- В этом случае нас это не интересовало. Для меня важен продукт.

Н. Андрущенко:

- Вы же автора ищите.

Л. Бурякова:

- Да, ищем.

Н. Андрущенко:

- Так вот вам и ниточка, которая приводит прямо…

Л. Бурякова:

- Если она попала сразу во все властные структуры, то понятное дело, что мы и не найдем ничего. Каким образом мы можем найти?

Н. Андрущенко:

- Откуда отправлено.

Л. Бурякова:

- Нет, мы не проводили такой экспертизы. К сожалению, мы получили книгу уже через полгода после того, как это было произведено.

Н. Андрущенко:

- А от первополучателя получили, вопросов ему не задавали.

Л. Бурякова:

- Нет, мы просто когда искали книгу, было не до того, спрашивали: у кого есть? У кого-то оказалась, нам дали. Вот и все.

Н. Андрущенко:

- А не чувствуете вы себя таким образом, что, может быть, это наши властные структуры использовали издательство, извините за такое слово, «Олма-пресс» в своих целях, чтобы насадить эту идею среди людей? А вы об этом ничего и не знаете.

Л. Бурякова:

- Конечно, я понимаю, что когда такая книга, тем более, это первый случай, - возникает вопрос. Да, авторов нет, они либо боятся, или все куплено. Мне, как представителю коммерческого издательства, насадить ничего нельзя. Ориентир один – хорошая книга или плохая.

Вот если она плохая, я ее не выпущу. Кто-то другой - может быть, я - нет. Меня интересовал продукт, который, я считаю, отличный. Поэтому мы его и взяли. Не то, что нам сказали: ну-ка бери, печатай. Мы ее сами искали.

Н. Андрущенко:

- У вас сказано в предисловии, что телефоны в редакции оборвали звонки из Фонда Сороса почему-то. Причем тут Фонд Сороса? От либералов наших. Рекламного трюка вы хотели такого достичь? Зачем эта фраза?

Л. Бурякова:

- Мне не понятно, зачем звонили. Наверное, кто работает в редакции, знают, сколько бывает всяких звонков. Мне однажды, например, позвонили и представились родственниками полковника Парпарова, был такой энкавэдэшник. Это случилось после выпуска книги «Неизвестный Гитлер». Досье на основе показаний личного камергера и личного адъютанта Гитлера, которое хранится в ГАРФе в президентском архиве. Мне звонят и говорят: мы наследники господина Парпарова, нам гонорар положен. За что? За то, что допросы человек проводил?

Оказывается, за то, что, якобы, книжку редактировал. Когда такие звонки раздаются, мы не очень серьезно относимся к ним. Позвонил и позвонил.

Здесь в данном случае упоминалось название книги. Естественно, мы на это клюнули.

Н. Андрущенко:

- Роман, мне, например, как простолюдинке и гражданке России, очень обидно, что мою страну назвали проектом. Вам это как, как монархисту?

_________________________________________________________________________

Р. Злотников:

- Это проект назвали «Россия», а не страну проектом. А вообще, все вопросы к автору. Но я это воспринял так. Я не автор. Я могу говорить как эксперт, как человек, во многом разделяющий взгляды авторов этой книги. Не больше.

Н. Андрущенко:

- Но вам это словосочетание не досадно?

Р. Злотников:

- Я считаю, что, в общем, Россия уже дозрела действительно до масштабного проекта. Потому что то, что творится сейчас, за этим не видно никакого планирования, никакого проекта, ничего. Нами правит хаос.

Вопрос не в том, что этот проект надо воплощать, как каждый кирпич вставлять. Но надо же понимать, куда мы движемся, зачем мы нужны.

Журнал «Огонек»:

- А, может, оно и к лучшему, что нами правит хаос? Я помню, Российская империя была цель Балканских походов. Потом у коммунистов была цель. Ничего же не достигли, положили больше количество народа, не пойми, за какую святую цель. А об этих целях мало кто вспомнит.

Р. Злотников:

- Как вам сказать? Если вы думаете, что в то время, когда существовала Российская империя, если бы не было таких масштабных проектов, она бы продолжала существовать, то вы, я думаю, ошибаетесь.

Журнал «Огонек»:

- Было бы какое-то Московское царство.

Р. Злотников:

- Я говорил с одним человеком, который мне сказал очень хлесткую фразу, все вы ее знаете. Все же империи, рано или поздно, распадаются. Я так на него посмотрел. Я ее слышал, я над ней думал. Позиция, когда приходится думать. Потому что есть люди, которые стоят в позиции, когда думать не обязательно, достаточно метлой махать, и все нормально, жизнь продолжается. Есть страны, которые каким-то образом над своей судьбой все-таки властвуют. Конечно, не полностью, потому что всегда этих стран несколько, они друг с другом конкурируют. А есть страны, с которыми все случается. Есть маленькая тихая, небольшая страна в середине Европы, Наполеон пошел на Россию, потоптался через нее. Через два года - русские пошли обратно, потоптались через нее.

Шарах - викинги лет за 200 до этого пробежались через нее грабить Париж.

С ней все случается, она не владеет своей судьбой совершенно. Она маленькая.

Н. Андрущенко:

- Авторы книги пишут о том, что Россия лет через 20 превратится в маленькие княжества, если не восстановится монархия. Монархия в каком смысле? Говорят о том, что в таком большом государстве, на такой большой территории невозможна смена власти, нужна преемственность - 4 года это крайне мало. А 8 лет это обязательный срок, когда человек должен уйти. И все временщики в итоге оказываются. Это то, что пишется в этой книге. Поэтому нужен человек, который придет насовсем, навсегда, и будет относиться к России как к постоянному своему дому.

Политический журнал:

- Помните, песня была: никто не даст нам избавленья, ни Бог, ни царь и не герой... Немножко хотелось бы отойти от этого проекта. У меня к вам вопрос, как к фантасту. Близкий, конечно, вопрос. Есть в российской фантастике разные «тусовки», есть опричнинская черносотенная тусовка. Это те, которые «Дозоры». И есть, вы сами сказали, монархическая идея у российской фантастики. Есть ли какие-то другие идеи, допустим, демократическая? Как бы вы классифицировали по политическим направлениям российскую фантастику? Если можно, конечно, с персоналиями.

Н. Андрущенко:

- Такой литературоведческий вопрос.

Р. Злотников:

- Вы меня несколько поставили в такое озадаченное положение. Я никогда не рассматривал российскую фантастику с политической точки зрения.

Думаю, что есть, наверное, весь спектр. Присутствуют даже панк-романы в российской фантастике.

Политический журнал:

- А пример вы можете привести?

Р. Злотников:

- Есть такой автор, опять же псевдоним, но он не шибко скрывается, это Виктор Гурцев. Косенков и Гурносов. Сейчас они уже, по-моему, не работают. Они выступали именно в жанре панк-харора. Что все разошлось, Москва просто развалилась на районы: черный, арабский, между ними регулярная война, везде свои законы. Диапазон очень большой. Я, например, в этом смысле оптимист. Я считаю, что наша страна, посчитайте, все завоеватели Европы, потрясатели Вселенной, покорители мира, все здесь потоптались. Даже те, кто и не завоевывал, но все равно сюда пришли посмотреть. Тот же Тимуджин пришел, глянул, сказал: нет, ребята, я сюда не пойду. И, слава Богу, повернулся и ушел. А Наполеон был здесь, Гитлер был, турки. Это они для нас, как бы исходя из истории.

Н. Андрущенко:

- Тот, кто затевал геополитический передел мира, всегда терпел поражение под Смоленском. И Наполеон, и Гитлер, и монголо-татарское иго. Вот такая история. Всю Европу проходили, завоевывали, а под Смоленском русские возвращали их в исходную позицию.

Р. Злотников:

- Причем сюда приходили в пике своего могущества, завоевав все, что могли. Я думаю над тем, как нам лучше дальше жить. А не как катится в бардак.

Н. Андрущенко:

- А по вашим ощущениям, в России как не назови - генсек, президент, глава Совнаркома, - это все царь. По-вашему это не так?

Р. Злотников:

- Не совсем. Я ближе бы отнес к слову «диктатор», потому что царь это все-таки фигура сакральная. Если мы признаем, что мы не просто корм для червей, а можем стать чем-то большим. Потому что все, там ничего нет: закопали, червячки съели, травка выросла, коровка покушала, сделала лепешечку. Все, жизнь кончилась. А если мы действительно что-то большое, причем, это признают все, у нас с вами был разговор по поводу ученых. Просто кто-то называет на совершенно другом, нерелигиозном языке, скажем, всеобщий разум или всеобщий хаос. Значит, нужна фигура, которая осуществляет связь народа с будущим. Генсек это не то. Он может быть диктатором. Совершенно реально.

Н. Андрущенко:

- И царь может быть диктатором.

Р. Злотников:

- И царь может быть диктатором.

Н. Андрущенко:

- Разницы нет.

Р. Злотников:

- Но, извините, «помазанник божий», грубо говоря, он обручается с небом в момент принятия короны.

Н. Андрущенко:

- А вы полагаете, что, тот, кто становится генсеком, он не по воле Господа Бога им становится?

Р. Злотников:

- Нет. Только его допущением. Не по воле, а только его попущением. Есть люди, которые становятся во власти по воле Господа, и есть те, кто его попущением. Иногда мне кажется, что Господь просто дает нам возможность напрямую посмотреть, что бывает, когда про него забывают. Ребята, смотрите, вот забыли, дернулись в какую-то чистую мистику. Пожалуйста, вам концлагеря, ГУЛАГ и все остальное. Выбирайте. Так было.

«Комсомольская правда»:

- «Олма-пресс» не первый раз выпускает книги о политике, о будущем России. Наверняка там каждый из них имел либо глубокий ропот, либо наоборот, одобрительные аплодисменты. Сейчас отклики со стороны рядовых читателей, со стороны людей, увлеченных властью, уже были?

Л. Бурякова:

- Были. Пока люди реагируют таким образом. Нам звонили, мы общались с людьми. Первая реакция такая: я зачитываюсь. Вторая реакция: ну, все правда. Пока на обывательском уровне. Вы не расценивайте это как позицию издательства. Я, например, посчитала нужным, чтобы спорные отклики были, но пока возражений не поступало. Получается, что в сердцах читателей положительный отклик нашла эта книга.

Н. Андрущенко:

- Я тоже себя причисляю к читателям. Книга безумно интересная. Во многом спорная. Но читать одно удовольствие. Потому что то, что иногда не формулируешь для себя, а только чувствуешь, автор книги тебе предлагает уже в готовых фигурах речи. И понимаешь, а ведь и сам так думаешь…

Л. Бурякова:

- Вроде как ничего нового, все, что вы знаете, о чем говорите с друзьями, но все настолько хорошо логически расставлено, разложено по полочкам. У нас у каждого есть свое мнение. Мы можем спорить, можем соглашаться. О чем мы рассуждаем втихаря дома, здесь обо всем этом сказано четко и ясно. Мне даже один человек признался, кстати, из нашего издательства: знаете, прочитал до 10-й страницы, почувствовал, как волосы дыбом становятся.

Н. Андрущенко:

- Расскажите, что вы знаете о том, что в качестве лекции, эта книга была явлена в ФСБ, в Академии ГРУ.

Л. Бурякова:

- Это да, мы указали в предисловии от издательства. Только то, что смогли отыскать. Мы попробовали все-таки проследить, откуда книга появилась, и.в предисловии от издательства все это объяснили.

«Огонек»:

- Эта книга, случайно не дипломная работа одного из слушателей Академии?

Р.Злотников:

- А вы это несколько уничижительно сказали? Или как?

Л. Бурякова:

- Нет, человек высказал свое мнение, имеет полное право, я считаю.

«Огонек»:

- Не по отношению к книге, а по отношению к дипломным работам.

Р. Злотников:

- То, что работы дипломные, не факт, что они неверны, плохие. Потому что все зависит оттого, что за человек написал, за что взялся. Мы знаем массу фамилий..

«Огонек»:

- То есть вы попали в точку?

Л. Бурякова:

- Это ваше мнение.

«Огонек»:

- Вы попали в точку, наступили на больную мозоль.

Р. Злотников:

- Я просто говорю о ваших словах про дипломную работу. Если бы разговор шел о книге, я бы по-другому сформулировал.

Н. Андрущенко:

- Есть еще вопросы, коллеги? Я думаю, что есть много вопросов, обращенных к себе, мыслей для рассуждения и для прочтения книги. Странно разговаривать, пока не ознакомишься с этим трудом. Несмотря на сегодняшние, достаточно острые вопросы, я благодарю издательство, которое взяло на себя мужество, и люди теперь увидят, что это за такая страна Россия, какой она может быть в будущем. Хорошо, чтобы это было не фантастикой, а на самом деле. Желаю успехов книге, а, значит, и всем нам!

Л. Бурякова:

- Увидимся через месяц-полтора на круглом столе.