Прежде чем убить старушку, Раскольников тренировался на арбузах

Чтобы сыграть Достоевского, актер Кошевой часами слушал Шнитке и Вивальди. (На фото справа от него - актер Сергей Перегудов, играющий Разумихина.)

На главную роль позвали сына Олега Кошевого

Актеров из Москвы на съемочной площадке фильма всего трое: Порфирия Петровича сыграет Андрей Панин, Свидригайлова - Александр Балуев, а мать Раскольникова - Елена Яковлева. Большинство же ролей играют молодые петербуржцы.

К примеру, Раскольниковым стал театральный актер Владимир Кошевой (интересная у него фамилия, а еще интереснее, что отчество - Олегович!). Светозаров увидел его в спектакле «Флорентийская трагедия», где он играл принца Гвидо Барди. Внешне актер показался режиссеру очень похожим на Раскольникова, каким тот описан у Достоевского. Светозаров уверяет: он сразу понял, что перед ним - идеальный кандидат на роль!

Однако сам Кошевой к такому повороту событий готов не был.

- В то, что утвердят меня, я даже не верил, - говорит он. - Тем более что все мои мысли были заняты предстоящим отпуском. Пробы состоялись в день отлета. И уже на отдыхе мне приснился странный сон, в котором я беседую с одной моей уже умершей знакомой. Рядом с нами стоял какой-то пожилой человек. И когда я поинтересовался у девушки, кто это, получил неожиданный ответ: «Это же Достоевский!» А на следующее утро мне позвонили от Светозарова и сообщили, что я утвержден!

Владимир - серьезный молодой человек. Ради роли Раскольникова он отказался от нескольких работ в кино.

- Если играешь Достоевского, иначе нельзя: «замолчать» нужно как минимум на год, а у меня не было даже этого срока! - рассказал Кошевой. - Я слушал Вивальди, Шнитке, Арво Пярта, Олега Каравайчука, старался как можно глубже прочувствовать роль...

Актеров бьют кнутами и поливают кровью

Кошевой «не расставался» с образом Раскольникова даже в перерывах между съемками. Как-то вышел в город за кефиром прямо в гриме и потрепанном пальто.

Участникам съемочной группы пришлось долго доказывать охранникам продуктового магазина, что они имеют дело не с местным бомжем, а с актером.

Впрочем, это было не самое страшное испытание. По сюжету в одном из эпизодов Раскольникова несколько раз бьет кнутом извозчик. Один из ударов оказался настоящим и очень болезненным.

- Шрам на шее заживал долго, что доставило массу хлопот нашим гримерам,- поделился актер. - Но чтобы не испортить кадр, я даже вида не подал, что мне больно. Однако режиссер мои страдания заметил и тонко пошутил: «Ну ничего, бейте-бейте, у меня актеров много!»

К убийству старушки-процентщицы актер готовился наиболее тщательно: говорят, с самого утра ходил по съемочной площадке с топориком и... тренировался на арбузах. «Накануне съемок я всю ночь не спал, очень переживал, - рассказал актер. - Наш режиссер Дмитрий Иосифович слывет мастером изображения натуралистических сцен. Он пообещал залить всю съемочную площадку кровью. А раз сказал - значит, сделает».

Готовились к самой кровавой сцене и другие участники: в комнате поставили несколько тазиков с топориками и несколько тазиков с «кровью». На тот случай, если одним дублем дело не закончится.

- Эпизод снимали в несколько этапов, - рассказывает Владимир. - Гримеры подготовили муляж головы актрисы Веры Карповой (она играет старуху). Мне дали в руки настоящий топор. И я со всего размаха ударил им по болванке. Муляж был резиновым, и топор отскакивал от него, как мячик!

Затем уже снимали эпизод с самой Верой Карповой. Я должен был замахнуться и остановить обух в нескольких сантиметрах от волос актрисы. А художники по гриму пропустили под одеждой Карповой тоненькие трубочки, наполненные кинематографической кровью. Когда она хлынула, мне стало не по себе. Кровь залила весь пол, камеру... Все было так реалистично! Я доиграл сцену до конца и... рухнул на пол без сознания, до смерти перепугав всю съемочную группу.

Как убрать из кадра костюмы Adidas?

- Мы в точности следуем маршрутам Раскольникова, - рассказал продюсер картина Андрей Сигле. - Сейчас же съемки проходят в основном на Конюшенной площади, в здании, которое еще со времен Достоевского не претерпело никаких изменений: ни парового отопления, ни электричества в нем нет и по сей день. На потолке комнаты даже сохранился крюк для керосиновой лампы. Так что все, что нам осталось сделать, - это немного «поддекорировать» стены и пол, а потом расставить реквизит.

Набережные канала Грибоедова и Мойки «гримируют» под XIX век почти каждый день. Однако избежать вторжения современности и современников не удается.

...Двухминутный диалог Свидригайлова с сестрой Раскольникова Дуней снимается уже несколько часов. Сцена довольно масштабная: Канал Грибоедова перекрыт с двух сторон, и по мостовой, где расположена съемочная площадка, носятся двуколки и не спеша расхаживают жандармы. Однако за ее пределами становится все больше и больше раздраженных жителей Петербурга сегодняшнего. Многочисленных зрителей и прохожих с трудом оттесняют за милицейский кордон. И взволнованный Александр Балуев наконец начинает свой монолог:

- Чему вы веруете, тому и я буду веровать. Я все, все сделаю! Но помните: судьба вашего брата и вашей матери в ваших руках...

- Стоп! Снимаем заново! - кричит режиссер. - На балконе опять появился тот парень в костюме Adidas. Он попал в кадр!

Однако и на второй раз сцену снять не удалось. Сразу после команды «Мотор!» съемочную площадку стремительно пересек один из возмущенных зрителей. Он остановился рядом с актерами и умоляюще посмотрел на режиссера:

- Мне бы за пивком! Уже час стою жду, пока вы снимете. Больше не могу...