Милиционер пытался взорвать свою девятиэтажку

Сегодня утром милиция спешно вывела на улицу всех жителей девятиэтажки в самом центре Новокузнецка. На 7-м этаже в своей квартире забаррикадировался 38-летний сотрудник вневедомственной охраны, бывший снайпер Александр Шаталов. А потом позвонил начальнику своего финуправления и потребовал выплатить ему «боевые» за Чечню.

Иначе, дескать, взорвет хранящуюся дома взрывчатку. (К слову, Александр - мастер спорта по пулевой стрельбе. На его имя зарегистрировано более 10 единиц огнестрельного оружия, которое накануне изъяли из его дома за нарушение условий хранения.)

- Шаталов обвиняет начальника финансового управления горрайотдела милиции Марину Нестерову в умышленной задержке «чеченских», – объяснили «Комсомолке» в обладминистрации. - По его утверждению, Нестерова выплачивает деньги только тем, кто вступает в секту «Живая вода» (есть такое движение среди пятидесятников. – Ред.), которую она якобы возглавляет. А еще сообщил, что секта готовит покушение на Тулеева. Мол, он не раз писал об этом в МВД, но вместо проверок правоохранительные органы, по его мнению, выгораживали Нестерову. А самого Шаталова пытаются представить психически больным.

Прапорщик потребовал разговора с губернатором. Аман Тулеев связался с ним по мобильному. И Шаталов назвал точные маршруты движения Тулеева и места, откуда должен стрелять снайпер. В общем, доказал, что знал о подготовке покушения. Тулеев, говорят, очень удивился.

Потом милиционер пригласил к себе Новокузнецкое телевидение. На 7-й этаж к дверям заминированной квартиры поднялся руководитель одной из местных телекомпаний. Разговор происходил через дверь.

Но и после этого Шаталов не разбаррикадировался.

- Он разведен, есть сын-подросток, - рассказала нам одна из соседок. - Отношения у них с женой были никакие, расстались со скандалом. Он ей даже алименты не хотел платить. Она с него деньги через суд выбивала.

Милиционеры начали готовиться к штурму. Тем временем на место ЧП приехал и.о. начальника ГУВД области Александр Елин, чтобы вести переговоры.

Шаталову позвонил друг Дмитрий Васильев.

Саша сказал мне, что поговорил с Елиным, - поделился с нами Дмитрий. - И выдвинул ему требования - разобраться с начальником финчасти и начальником службы сосбственной безопасности УВД Новокузнецка. Также Саша пригрозил, что если начнется штурм, то он все взорвет. И заявил, что живым не сдастся.

Милицейские чины в свою очередь сообщили, что они проверяли деятельность бухгалтерии, и никаких нарушений не нашли. О чем гражданина Шаталова и известили.

В девять часов по местному времени (пять по Москве) все окружающие услышали звуки бьющегося стекла, громкий хлопок - и из окон на седьмом этаже повалил дым.

- Неужели взорвал?! - пронеслось по толпе зевак, собравшихся в округе.

На самом деле это была дымовая шашка - сотрудники милиции приступили к штурму. Группа захвата спустилась в квартиру Шаталова с крыши. Были привлечены даже снайперы – мы заметили их на соседних крышах. Операция была проведена всего за несколько минут. Александра Шаталова вывели из подъезда, и сразу же увезли на «Скорой» в первую городскую больницу.

КСТАТИ

На губернатора Амана Тулеева уже готовилось покушение. К его подготовке в 2000-м президент союза биатлонистов России Александр Тихонов привлек к своего младшего брата Виктора. Тот по заданию брата нашел для убийства Тулеева двух жителей Новосибирска и передал им в качестве предоплаты 179 тысяч долларов.

Покушение не состоялось, потому что наемные убийцы добровольно сдались милиции. Суд приговорил Тихонова к трем годам лишения свободы. Впрочем, его прямо в зале суда амнистировали.

"Сижу на бомбе. Долго не выдержу"

Угрожая взрывом, Александр позвонил журналистам с прощальной речью

Александр попал в зону внимания СМИ еще летом. Приехал в Москву и сообщил, что знает, кто ворует боевые у служащих в Чечне омоновцев. Как всегда, скооперировавшись с коллегами из передачи «Человек и закон», в которую он обратился параллельно, мы встретились с ним и выслушали.

Все обвинения, которые выдвигал Александр, были против начальника экономического отдела ОВД г. Новокузнецка Марины Анатольевны Нестеровой. Он обвинял ее в том, что она руководит сектой, которая готовит покушение на Тулеева. Но все обвинения были высказаны с таким ожесточением, что казалось, будто он пытается свести с ней какие-то личные счеты. Выглядел Александр вполне вменяемо и спокойно. Худощавый, блондин, с профессиональным прищуром, потому что он снайпер и чемпион соревнований по стрельбе в Кемеровской области. Ощущение сумасшедшего от него не было. И даже нервным он никогда не казался.

Мы решили потихоньку выяснять, насколько правдивы его слова, и «зарядили» своих людей в Новокузнецке. Но Александру казалось, что действие развивается слишком долго.

Больше всего он доканывал журналиста программы «Человек и закон» Андрея Павлова. - Он звонил мне днем и ночью, - говорит Андрей. - По разным поводам. Но в основном сообщал, куда он еще написал и кому пожаловался на Нестерову. Последние звонки до того, как выяснилось, что Александр собирается взорвать дом, были буквально накануне. 28 ноября днем он позвонил и сообщил, что его предупреждают, чтобы он покинул дом, потому что готовится какая-то провокация. В ночь с 28 на 29 сообщил, что он вернулся домой и к нему ломятся в дом.

Утром 29-го разговор начался со слов: «Мои дела нормально. Сижу на бомбе. Долго не выдержу. У меня больная спина. Упаду на растяжку - и им мало не покажется. Но я хочу, чтобы мои слова были услышаны, поэтому скажу прощальную речь».

Мы с Андреем Павловым записали его последние слова, хотя до последнего не верили, что он способен на теракт. Пока в информационные агентства не прошла информация о том, что дом действительно заминирован и жителей уже эвакуировали.

Прощальная речь Александра (дается с большими сокращениями в связи с тем, что была очень длинной)

«В течение последних трех лет я тщетно пытаюсь восстановить справедливость в отношении Марины Анатольевны Нестеровой, начальника экономического отдела ОВД г. Новокузнецка. Я пытался ее остановить. Я писал Путину, местным властям и своему непосредственному начальству, но никто меня не слушал.

Все последние годы секта ("Живая вода" - ред.) пытается организовать покушение на губернатора Кемеровской области Тулеева. Так получилось, что мне это стало известно. Я не могу раскрывать все каналы, но я знаю много фамилий больших начальников в местных УСБ, РОВД, которые в секте состоят.

Один мой знакомый, который сообщил, что у него было украдено из зарплаты (сектантами - ред.) более 50 тысяч, это не считая боевых, попытался что-то выяснить, погиб в Чечне от какой-то болезни, которой никогда не болел. Еще один офицер тоже затребовал бумаги, касающиеся этого дела, и тут же был убит. У меня есть все доказательства.

Но когда я пытался кому-то что-то сообщить, никому это не было нужно. Я обратился к священнику, который судился с этой сектой у нас в Новокузнецке. Он дал мне распечатку о ее Новокузнецком филиале. Там было сказано, что они стремятся к господству в Новокузнецке, в Сибири и во всем мире. Их люди есть даже в Общественной палате. Видимо, я слишком надоедал. 23-го ко мне вломились сотрудники милиции и отобрали мое охотничье и гражданское оружие.

Это случилось после того, как мне предложили вступить в секту. Меня хотели использовать как киллера, но я отказался. Поскольку я все равно уже покойник, я могу рассказать об этом. Я все равно умру, потому что не выдержу, не дождусь, пока это станет всем известно, и упаду на растяжку. Для меня это неприятная смерть. Потому что двадцать лет я был омоновцем и честно служил Отечеству».

Александр сообщил нам, что после того, как его предупредили, что против него будет провокация, он подготовился. И дом у него полон пороха, селитры и марганцовки. Кроме того заряды и гранаты. «У меня растяжки по всей квартире. Если кто-нибудь попытается открыть дверь или окно, все это рванет». Я не знаю, сколько это в тротиловом эквиваленте, о этот взрыв будут помнить очень долго».

Мы пытались уговорить Александра не делать этого. Пытались объяснить, что так он справедливости не дождется. Но в процессе нашего с ним разговора он то и дело отрывался на другие телефонные звонки по городскому телефону, и оттуда слышалось: «Спасибо, браток. Еще какое-то время продержусь. Главное, что теперь меня услышат. Прости и прощай!»

При нас же ему звонила некая Татьяна, которую он называл «сестричкой». Она очень долго уговаривала Александра не взрываться. Но он отказывался, и разговор с ней закончился тем же самым: «Прости, сестричка, и прощай!». Сейчас Александр совершенно не похож на того человека, с которым мы встречались. Он очень нервный, кричит, требует довести его слова до властей, выдать в прямой эфир. На переговоры не согласен. Открывать дверь кому бы то ни было отказывается:

«Мне теперь уже все равно. Мне важно только, чтобы эти слова были услышаны. А жить я теперь все равно не хочу, потому что знаю, что жизни не будет. Все сделают так, как будто бы я сумасшедший, и засунут меня в психушку до конца жизни. А это хуже, чем взорваться. Мне звонят друзья и постоянно поддерживают. Говорят, что я прав. Я и сам это понимаю. Теперь уже больше разговаривать не о чем».

Мы обещаем и дальше следить за судьбой Александра. Мы продолжим проверку его слов и обвинений, еще раз пересмотрим кипы документов, которые он нам передал, обратимся к чиновникам, которые должны были разбираться в этом деле, и непременно расскажем вам о результатах нашего расследования в ближайших выпусках.