Что происходит с людьми, когда ссорятся государства?

English version: What happens to people when their governments fight?

Настоящая, нерисованная тоска поймала меня вовсе не в Грузии, когда демонстранты, выстроившись в живую цепочку, кричали «Стоп, Раша!», и даже не в Гааге, где в Международном суде ООН в этот понедельник встали друг напротив друга представители двух «братских» республик, а в грузинском ресторанчике в Москве. Абсолютно пустом в субботний вечер, вкусном, как водится, и пронзительно одиноком, как карусели зимой.  Все подчеркнуто вежливы - и повар, и официанты, и певец с грустным отныне и навсегда «Чито-брито». Все делают вид, что ничего не произошло, - как будто, получив свидетельство о разводе, зашли на прощальный бокал вина бывшие супруги. И ахнули: что ж мы натворили?

Или не мы?

- С нами надо было ласково, - пожурил меня в Батуми один  аджарский бизнесмен по имени Мурман, приватизировавший с советских еще времен неплохую гостиницу. - Россия могла бы все получить: и Абхазию, и Южную Осетию, и Грузию в придачу.

Ласково - это так, как действует Америка: много денег и вроде бы минимум обязательств. Пряник перед сном и сказка на ночь. Получается оружие пострашнее «першингов». Чтобы ответить на вопрос «Навсегда ли Грузия для нас потеряна?» и вычислить обратный код, надо понять, чем и как ее закодировали.

Метод пряника

Имея возможность наблюдать за Грузией в течение двух последних лет, я могу констатировать: пряник всем пришелся по вкусу.  Дело даже не в том, что народ получил возможность мыться под горячей водой и не бояться, что  погаснет свет. Школы стали школами, больницы - больницами. В Тбилиси бьют фонтаны, Сигнахи  стал напоминать красивый европейский город.  В глаза бросается другое: большое количество совсем крохотных детей.  Более точного определителя температуры стабильности общества в мире, пожалуй, нет.

На одних и тех же улицах бывшие соотечественники стоят под разными лозунгами, но между собой говорят по-русски...

Здравствуй, нация!

Представьте странную картинку: вот идете вы, к примеру, по улице какого-нибудь российского города и слышите, как мальчишки 5 - 6 лет, бегая по двору, в упоении кричат: «Россия!», «Россия!» - при том, что в этот день нет ни футбола, ни побед на каком-нибудь «Евровидении». Представили?

А я в Грузии это видела - после всегрузинского антироссийского митинга прошло уже часа четыре, а они все еще носились по улицам и радостно кричали: «Сакартвело! Сакартвело!» Вряд ли их этому учили родители: дети все видят сами. Насмотревшись досыта во время последней командировки в Грузию местного телевидения, я поняла: дело не только в западной пропаганде и навязанных извне русофобских клише. Мы имеем дело с гипнотизерскими способностями одного конкретного человека - Михаила Саакашвили, который КАЖДЫЙ ВЕЧЕР общается с народом в прямом эфире минут эдак по сорок... Не понимая по-грузински ни звука, к концу третьего дня я уже стала по нему скучать и научилась различать тончайшие нюансы его настроений. А если еще и понимать, что  именно он говорит! Надо признать, что гипноэффект его выступлений покруче Кашпировского или Чумака. В общем, если подобно звиадисткам (поклонницам экс-президента Звиада Гамсахурдиа. - Авт.) в Грузии скоро появится армия каких-нибудь «мишисток», удивляться не надо.  Приемчик, конечно, пр
имитивный, лобовой (больше всего эти ежедневные обращения к нации напоминают говорящую голову Туркменбаши. - Авт.), но как работает!

Каждой нации - свои бусы

Наблюдаю, как  1 сентября выстраиваются в антироссийскую цепочку представители батумских национальных общин, и цепенею от аналогий. В Прибалтике в начале 90-х было то же самое: всех «русскоязычных» разогнали по национально-культурным автономиям, разбив общую «нетитульную» массу на несколько подконтрольных групп. Теперь, ежели чего, к Москве может апеллировать только небольшая группка ивановых, петровых и сидоровых, которые в условиях официально объявленной войны с Россией даже не решаются, как другие, встать под свои национальные флаги... Украинцы со своими бедами стучатся в Киев, армяне - в Ереван, в греческом обществе распределяют, кого из пенсионеров послать бесплатно отдыхать на Крит. Все довольны. Но вот знакомят меня с одиноким пожилым евреем, и такая у него печаль в глазах - ну хоть вешайся! Может, и не был он никогда в  навязываемом ему Израиле, и на иврите не говорил - а вот поди ж ты: если повелели человеку быть евреем и махать израильским флажком - то и маши! Странное  чувство: стоит масса бывших советских людей, все между собой говорят по-русски,  все  читают только русские газеты и книги. И все друг другу чужие. Искусственно! То есть всех, кто потенциально являлся российскими соотечественниками, расселили отдельно. На всякий случай, который не заставит  ждать.

В методе «разделяй и властвуй»  нет ничего нового. Просто, по совету западных политтехнологов, сначала разделяй. А потом властвуй!

Наш корр. Г. Сапожникова - на нижнем фото вторая слева. Фото: автора.

Этот метод, впрочем, в условиях Грузии может наткнуться на острые камни, поскольку слепо переносить  технологии с одной почвы на другую не следует. Это в Прибалтике все разъезды по национальным квартирам обошлись без последствий - а если умножить это на 83 национальности, представленные в Батуми, и на южный темперамент? 

Зато он гарантирует абсолютную лояльность. Так как представители всех других национальных квартир от российских пряников независимы - нечего ждать от них и поддержки.  Больше всего мне как россиянке досталось не от грузин, а от одной пожилой гречанки - то, что  выкрикивала она, грузины говорить стеснялись. Я не в обиде, в сегодняшней Грузии у негрузин выхода три, и все нелучшие:  вернуться на историческую родину, уйти в глухую оппозицию строю или   демонстрировать абсолютную лояльность.  Последний путь самый легкий.

Не дайте мячику упасть

Фраза царя Александра III о том, что у России есть только  два друга - армия и флот, оказалась пророческой...

Пляжи без россиян опустели. Местным жителям не был нужен такой крест на нашей дружбе...

Но речь не об этом. О том, что принцип мячика, который должен коснуться земли, чтобы потом взлететь, конечно, действенный. Но не в этой ситуации, здесь принцип: чем сейчас хуже, тем потом будет лучше, - не сработает. Да, можно думать, что, если Грузия останется без наших виз, самолетов и газет, простые люди скоро поймут, что они потеряли. Но есть и обратная сторона. Уже сегодня наши русские, для которых Грузия в нескольких поколениях стала домом,  к нам ВООБЩЕ приехать не могут! Дело не в недавнем разрыве дипотношений с Грузией, а в том, что в городах, отдаленных от российского консульства, визы стоят от 800  до 1200 долларов! Откуда у них такие деньги при их пенсиях в 50?! На батумской набережной я познакомилась с двумя пенсионерками, которые вместо отключенного российского телевидения ходят теперь вечерами смотреть на закат, Любой первой и Любой второй. «Там, в России, умирают родные, - жаловались они, - а мы туда поехать не можем!»  В какие такие третьи страны эти две пенсионерки Любы теперь поедут за визами? Они бы и гражданство российское с радостью взяли - так ведь не дают им! Если уж говорить о безвизовом проезде  и «картах соотечественников», которые Госдума предлагает  раздавать в Прибалтике, то прежде всего их нужно везти сюда. Иначе из потенциальных  союзников  мы  получим армию русскоязычных русофобов. А как им оставаться патриотами, если телевизор по-русски не говорит, не летают самолеты, не приезжают театры и артисты,  политические журналы датируются апрелем, а из прочего чтива продаются только сборники рецептов?!  Из  местных газет здесь раз в неделю выходит на четырех страничках русскоязычное приложение к газете «Аджария». Печатается оно на госсредства, поэтому тому, что открывает его заметка с красноречивым заголовком «На помощь пришли друзья!»  (то есть американский миноносец, вставший на рейд в Батумском порту. - Авт.), удивляться не надо...

«Грузия - наша. И... ваша тоже!»

«На фиг мне это все - я в Россию хочу!» - расстраиваясь, говорили мне таксисты.  «Здесь все за вас!» - вторил им директор прибрежного кафе. Один на один мне в Батуми почти все так говорили. Даже не понятно, откуда тогда брались те, кто выходил на антироссийские митинги? Не надо списывать это на грузинскую двуличность. Здесь другое:  идеологическая граница выбора «с Россией или с Америкой?»  проходит не по возрастному критерию и не по географическому, а по социальному. Те, кто побогаче и постоличнее, поддерживают политику Саакашвили. Они и побежали первыми, как только до Батуми добрался слух о том, что будто бы приближается российская армия, загрузили в машины дорогие вещи и поехали в горы. «Чухают, чухают!» - возбужденно обсуждали это соседи - как русские, так и грузины.

Вывески в Грузии все еще напоминают о нашей дружбе.

С нами - те 80 процентов, что беднее.  В августе в Южной Осетии, по всей видимости, воевали именно они (богатые своих сыновей в армию не отправляют!) - отсюда и изумление на их лицах, которое мы с наших телеэкранов  принимали за искусную игру. А оно, скорее всего, было искренним: у  простых грузин ведь тоже в голове не укладывается, кто враг и почему.  Зомбирование, которому их столько лет подвергали, уперлось в душу, и наступил  паралич.  Вот стоят на митинге студенты, держат флаги «дружеских народов» - США, Евросоюза, Украины, Прибалтики. «А русский вам что, вражеский?» - сознательно провоцирую их я. «Да тоже хороший!» - заверяют меня они. И говорят совсем уже непонятные вещи: «Грузия - наша! И... ваша тоже!» У них в головах все перемешалось. Понимая это, Саакашвили и гипнотизирует нацию каждый вечер. То, что он делает, на языке политтехнологов, разработавших теории цветных революций, называется «контролем над виртуальным и информационным пространством».  Как все бывшие советские люди, жители Грузии слепо верят тому, что пишут в газетах и говорят по телевизору. Пока еще многие, слушая президента, чертыхаются: «Это же позор - выключить российское телевидение, чтобы люди правду не узнали!» Но еще через несколько месяцев такой пропагандистской атаки со стороны грузинского государства  и вынужденного российского молчания (листовки, что ли, как во время Великой Отечественной, с неба сбрасывать? - Авт.) политтехнологам здесь делать уже будет нечего. 

Насколько все безнадежно?

Сидим с Мурманом (богатым аджарским бизнесменом. - Авт.) в его собственном ресторане. Он читает мне наизусть тексты Тургенева, я ему - стихи Бараташвили. Все, о чем ни говорим, - больно, какой темы ни коснись: Параджанов - укол, Грибоедов - опять укол, Окуджава - совсем невозможно дышать...

- Окуджава бы умер сейчас, если б все это видел, - печально  констатирует Мурман. И итожит:

- У меня слезы не фигуральные, а натуральные, но сейчас мы с Россией должны расстаться...

Мы  расстаемся,  но я не ухожу плакать в номер.  Я улетаю из Грузии с улыбкой, потому что понимаю: это еще не все. Все еще возможно, даже несмотря на то, что, когда я дописываю этот абзац, нанятые Грузией международные адвокаты рассказывают в Международном суде ООН о том, что все войны мира начинались из-за того, что Россия уничтожала грузин... Вот что я вывезла из последней грузинской командировки.

Первое: русофобии в Грузии как не было, так нет до сих пор - она навязывается искусственно.

Второе: в отличие от Прибалтики и Украины у нас с Грузией остались общие ценности:  9 Мая здесь чествуют ветеранов и не пересматривают историю, по крайней мере в той ее части, что касается второй мировой войны.

Третье: государственный язык (отправная точка русофобии на постсоветском пространстве. - Авт.) для грузин не является комплексом. «Я недостаточно знаю грузинский, - рассказывала мне бывшая учительница русского языка Наталья Мирошниченко, - но меня  не отпускал из грузинской школы  коллектив». Представьте, как прозвучало бы это в Прибалтике...

Еще недавно в этих кафе ждали российских туристов и писали для них меню...

Четвертое: у грузин уникально короткая память.

- У нас демократия! Мы в отличие от вас можем выйти на площадь и выступить против правительства! - хвастаются мне  они.

- Ага, - соглашаюсь. - Помним мы, как вас травили газом 7 ноября 2007 года...

Минутная пауза. Об этом уже все забыли! Значит, забудут и то, что произошло в августе. Если, конечно, забудем и мы...

И, наконец, пятое. Судя по тому, как здесь все дружно мечтают отомстить Горбачеву, разрушившему уклад, который грузинам представлялся идеальным, возврат к прошлой системе человеческих отношений (не путать с желанием возродить Союз в границах империи!) в Грузии реален. А лекарства против болезни, которая зовется ностальгией, западными политтехнологами еще не придумано...