Домой, на свалку, или Мочалки Интернэшнл

К себе в отель возле Чек-пойнта Чарли (так называлось место въезда из Восточного Берлина в Западный, где до сих пор стоит будка постового) я хожу вдоль останков Берлинской стены по Вильгельмштрассе и Нидеркиршнерштрассе, где располагались офисы СС и Гестапо.

Кинофестиваль, проходящий в городе, где недалекой историей дышит каждый булыжник чистенькой мостовой, не может избежать обращения к «проклятым вопросам» прошлого и настоящего. О большой подборке фильмов, посвященных прошлому и настоящему фашизма, я уже писал в прошлой колонке. Как и о том, что в престижной внеконкурсной программе «Панорама» наша страна представлена картиной «Россия 88», посвященной молодым московским нацистам. Таким образом, если англичанин Стивен Долдри в сентиментальной мелодраме «Чтец» (The Reader) или австриец Михаэль Главоггер в тоже показанной в «Панораме» трагикомедии «Убей папочку на ночь» (Kill Daddy Good Night) разбираются с прошлым фашизма, то россиянин Павел Бардин – с его настоящим и, увы, будущим.

Проблематика нацизма – далеко не единственная в политкорректном ассортименте Берлинале. К услугам зрителей и жюри, в составе которого – под председательством Тильды Свинтон – никому не известный режиссер из Буркина Фасо и шеф-повар из Америки (последнее возможно только в Берлине):

– картина о тяжкой доле нигерийских проституток-нелегалок, торгующих собой в Дании, а также не менее печальной участи вернувшейся с иракской войны датской военнослужащей (в «Маленьком солдате» (Little Soldier) Анетты К. Олесен хорошо лишь название, придуманное когда-то Жан-Люком Годаром);

- фильм о расследовании прокуроршей Гаагского суда преступлений ускользающего от него сербского военного преступника (в хорошей, традиционной, с оглядкой на классику итальянского политического кино сделанной картине Ханса-Кристиана Шмида «Шторм» (Storm) прекрасно играют англичанка Керри Фокс («Интим») и румынка Аннамария Маринка («4 месяца, 3 недели и 2 дня»), обе заслуживающие приз за женскую роль);

- лента о молодых американских парнях, вернувшихся с фронта в Ираке и «переброшенных» на выполнение «почетного задания» - доставлять похоронки на убитых солдат их родным, подругам и женам (симметричных призов за мужскую роль заслуживают Вуди Харрелсон и Бен Фостер, сыгравшие в дебюте Орена Мовермана «Вестник» - The Messenger);

- вещь о случайной встрече в многомиллионном Лондоне немолодой фермерши из английской глубинки и пожилого афро-француза – оба потеряли своих детей после теракта в британской столице (политкорректная мелодрама арабского француза Рашида Бушареба «Лондон-река» (London River) просто не может уехать из Берлина без приза)…

Была в конкурсе и вопиющая по слабости картина внушавшего некогда надежды шведа Лукаса Мудиcсона «Мамонт» (Mammoth) – рыхлое, бесформенное повествование об отправившемся в Тайланд нью-йоркском компьютерном вундеркинде-миллионере (Гаэль Гарсия Берналь). Пока он спит там с работницей местной секс-индустрии, а его супруга, хирург «Скорой помощи» (Мишель Уильямс), подумывает об усыновлении зарезанного собственной матерью мальчика, их собственная дочь изучает родной язык ее филиппинской няньки. Чьи собственные дети, конечно же, плачут горючими слезами и умоляют маму вернуться домой, на свалку. «Актуальное» антиглобалистское «послание» поставило под вопрос художественную репутацию автора «Чертова Омоля» и «Лили навсегда». Точно так же нудный и раздутый «Интернационал» Тома Тыквера не украсит фильмографию автора «Беги-Лолы-беги». И Тыквер, и Мудисон сняли по одному-два приличному фильму на родине и отправились искать славы за океаном. Лучше бы они оставались дома и снимали картины о той реальности, что знакома им лучше всего.

Всегда неравнодушный к судьбам гастарбайтеров Берлинале в этом году зафиксировал факт бурной режиссерской миграции. Кроме Мудисона и Тыквера сменили язык и прописку француз Бертран Тавернье (в его атмосферном детективе «В электрическом тумане» (In the Electric Mist) снялся Томми Ли Джонс, а действие разворачивается в штате Луизиана аккурат после урагана Катрина) и арабский француз Бушареб («Лондон-река»). Англичанка Салли Поттер мысленно перенеслась в Нью-Йорк (постановщица «Орландо» представила серию снятых на кислотном фоне «говорящих голов» под названием «Ярость» (Rage).

На протяжении битых 100 минут головы обсуждают и осуждают современную модную индустрию – среди них затесался и Джуд Ло, переодетый в симпатичную манекенщицу). Автор «Опасных связей» и «Королевы» англичанин Стивен Фрирс в новой шикарной мелодраме Сheri («Дорогуша») экранизировал роман француженки Колет, разворачивающийся в Париже времен «Бель эпок». Другой англичанин, Ричард Лонкрейн, в симпатичном, но слишком приятном для публики для того, чтобы попасть в берлинский конкурс фильме «Единственный и неповторимый» (My One and Only) в поисках нового мужа для Рене Зеллвегер отправился с ней в путешествие по всей Америке. А датчанка Лоне Шерфиг («Итальянский для начинающих»), наоборот, переместилась в Англию, чтобы снять приятную во всех отношениях мелодраму «Образование» (An Education) с чудными актерскими работами.

Радикальнее всех поступил еще один выходец с Туманного Альбиона, дебютант Питер Стрикланд. Он и вовсе отправился в Трансильванию, чтобы разыграть там с венгерскими актерами несвежий (кто-то скажет - древний и архитипический) сюжет насилия и мести в ленте «Каталин Варга» (Katalin Varga), которую оценят поклонники «высокохудожественного искусства», к которым автор этих строк, к счастью, не принадлежит.