Вадим Казаченко: «Организатор моих гастролей в Ростове угрожала мне расправой!»

Накануне международного женского дня участник проекта «Ты – суперстар!» Вадим Казаченко отправился на гастроли в Ростов.  На сольнике артиста разразился нешуточный скандал.

Как писала местная пресса: Казаченко прямо со сцены якобы начал требовать с организатора гастролей сверх уже уплаченных ему 150 тысяч рублей еще 100 тысяч рублей. И тут начался настоящий балаган – на сцену вышла директор ростовского агентства Раиса Ковалевская, которая предъявила поклонникам Казаченко  квитанцию об оплате части гонорара певцу и швырнула Вадиму увесистую пачку причитающихся ему купюр.

Однако,   требуемого певцом гонорара в 250 тысяч рублей в этой пачке не оказалось.
Организатор гастролей настаивала, мол, она расплатилась с артистом сполна. Казаченко сначала требовал свой гонорар по-хорошему, а потом вызвал ( уже после концерта)  на подмогу наряд ОМОНа. Сейчас заявление Казаченко рассматривает одно из ростовских отделений милиции. Вчера Казаченко пришел на пресс-конференцию в «Комсомолку», чтобы расставить все точки над «I» в этой некрасивой истории.

- Организатор концертов, вдруг решила нам объявить, что обязательства, о которых мы договорились, она выполнять, грубо говоря, не совсем собирается. Вдруг начала жаловаться на какие-то мнимые проблемы, - рассказал в редакции «КП» Казаченко.

- Так в итоге договор с нею был заключен или нет?

- У нас с ней был устный договор. Она отказалась приехать в Москву подписать контракт.

- По телефону вас пригласили на концерт, обещав какой-то гонорар?

- Совершенно верно.

- Афиши были расклеены?

- Да, шла реклама в городе, билеты покупались, нам звонили знакомые. Нам просигналили в середине февраля о том, что цена минимальная на билет составляет некую несусветную сумму – 1000 рублей. На мой взгляд, это многовато. Верхняя планка была 2,5 тысячи или 2800.

Зал Ростовской филармонии вмещает 800 зрителей. Когда мы уже поняли, что втягиваемся в аферу, но между нами все равно стоят зрители, которые придут на концерт, которые уже купили билеты, мы попробовали еще раз провести телефонные переговоры. Это практически не сработало. Потому что 5-го числа, накануне приезда, нам стали звонить ростовские журналисты и ростовская общественность, которая уже сообщала нам, что организатор концертов объявил им в городе, что я не собираюсь приезжать. Эта ситуация назревала еще даже накануне нашего приезда, произошла медийная атака.

Мы приехали, мы выступили, мы дали великолепный концерт.Вопрос оплаты так и повис в воздухе. В конце концов мы уехали из Ростова. Потому что нас ждал Майкоп, Краснодар, Санкт-Петербург 12 марта. И в промежутке между выступлением в Краснодаре 8 марта и выездом в Санкт-Петербург вдруг нам знакомые поклонники из Ростова стали присылать ссылки на Интернет-порталы, на телевизионные новости, ссылки на статьи о том, что началась настоящая клеветническая атака на нас, организованная Раисой Гавриловной Ковалевской. И в конце концов вышло несколько статей в ростовской прессе, в которых, чтобы сказать просто, практически нет ни одного слова правды.

- А что она вам вменяет? Денег она вам не заплатила.

- Денег не заплатила, концерт мы дали. И затем мы получили атаку. В газете «Вечерний Ростов» появилась статья, которая называется «Досыта накормив собаку, Казаченко устроил дебош».

- Говорят, что Вадим Казаченко требовал гонорар прямо с сцены. Было?

- Это ложь. Это не соответствует действительности. Такого требования со сцены ни разу не звучало.

- А в чем заключается дебош? Что было на самом деле?

- В 5 часов нам позвонил организатор: «Ну что, вы готовы?» Мы были готовы. Она сказала моей супруге Ирине, которая является моим директором: «Берите ноги в руки и валите сюда, в филармонию. Чего вы там сидите? Два часа до концерта». У нас был с собой довольно приличный концертный багаж. Организатор нам предложила прогуляться от гостиницы до филармонии пешком! Вместе с тяжелым багажом! Она не согласовывала с нами свои решения, просто требовала в ультимативном порядке. Когда мы добрались до филармонии шоу продолжилось: мы обнаружили крохотную гримерку «три на три», раздолбанный утюг, ржавый чайник и все…

Мы стали решать проблемы: найдите нам утюг, чайник. И все это было почти перед началом концерта. В 19.15 мы чувствовали шум и напряжение в зале. Раиса Гавриловна приготовила часть публики к тому, что Казаченко не приедет. А я взял и приехал. Тогда она решила нам создать сплошные проблемы. В 19.15 я вышел на сцену, чтобы успокоить зрительный зал, показаться, что я в городе, инструменты готовы, аппаратура настроена. Нам осталось погладить брюки, и концерт начнется. На концерте, увидев знакомых в зале, я стал вспоминать личные истории из моих прошлых гастролей в Ростове.

Мы припомнили случай, когда, выступая в 1994 году во Дворце спорта в Ростове, в конце первого отделения я взмахнул рукой, и с моего пальца слетело кольцо. Правда, тогда в перерыве ростовские зрители мне вернули это кольцо. И вот я беседую с публикой. Вдруг посреди моей беседы на сцену выбежала организатор концертов и с ходу начала кричать в зал: «Казаченко, перестань меня позорить! Иди работай! Я расплатилась с ним! Я заплатила ему!».

Стала называть вслух суммы, стала пугать людей цифрами. Я обомлел, потому что мой разговор с публикой касался совершенно других вещей. Я иногда в начале выступления просто беседую с людьми. А она выскочила, сделала вот такую шапку моему выступлению. Я обомлел, потому что такого в моей жизни еще никогда не было, чтобы меня прямо на сцене организатор концерта пытался обвинить в том, что я требую чего-то несусветного. Мы нормально отработали концерт. После этого пытались решить с ней свои проблемы. Мы должны были сделать то, чего мы не сделали заранее. Мы должны были накормить музыкантов. Потому что она этого делать после концерта не собиралась. Мне нужно было позаботиться, чтобы им выплатили зарплату. Мы занялись этой проблемой.

Если она избежала подписания договора до нашего выступления, то после концерта по факту она обязана была подписать с нами так называемый акт приема этой работы. А для этого нужно было составить и контракт, в котором необходимо было указать истинные суммы нашей договоренности. В статье про дебош ею названы какие-то цифры, которые были придуманы ею. «Он потребовал еще 100 тысяч рублей к 150, о которых мы договорились». Это не соответствует действительности.  Это ее фантазии и нарушение конфиденциальности договора. Она взяла из головы эти цифры. Меня обвинили, что я был чуть ли не пьяный перед концертов. В течение 5 марта накануне нашего вылета с 12 часов дня и до 2 часов ночи у нас все время звонил телефон. Нам звонили ростовские поклонники, управление культуры Ростова.

А на ночь глядя уже были звонки с угрозами: если ты, гад, не приедешь, то мы тебя… Организатор решительно не хотела рассчитываться за выступление, подписывать документы, составлять акт приема-сдачи работы. Она заперлась в комнате и не открывала дверь. Когда дверь была еще открыта, я заходил к ней и пытался убедить ее выполнить все условия. Потом через дверь я ей сообщил, что вызову милицию. Два часа ждали работников милиции. Я сам их вызвал по 02. звонили несколько раз, никто не приезжал. Я вышел на улицу, остановил первую попавшуюся патрульно-постовую машину.

Экипаж открыл рот: Вадим, что вы здесь делаете? Попросил помочь вытащить аферистку из комнаты. Только после появления милиции она открыла дверь. Милиционеры вызвали на место оперативно-следственную группу. Те приехали в филармонию, и мы написали заявление с просьбой разобраться в ситуации. Наше заявление сейчас рассматривается ОБЭП, идет по инстанциям. Я думаю, что против организатора этого выступления, которая организовала клеветническую кампанию в прессе, надо подавать иск в суд. Следствие идет.