Дело русских профессоров

А 13 сентября в Москве прошли открытые общественные слушания на тему «Русская история XX века - свобода исследования или свобода преследования?», на которой историки и общественные деятели выступили в поддержку опальных профессоров. Напомним, что учебное пособие «История России 1917 - 2009» Вдовина - Барсенкова получило весьма нелицеприятные оценки члена Общественной палаты, известного журналиста Николая Сванидзе, а также чеченского омбудсмена Нухажиева. По их мнению, авторы слишком увлеклись ксенофобией, оскорбив, в частности, чеченцев и евреев. На заседании ОП, которое состоялось 6 сентября и было посвящено учебнику, Сванидзе прямо назвал пособие «экстремистской литературой». А после того как чеченцы пообещали обратиться в суд, появилось и «покаянное письмо» профессоров, в котором те признавались в ошибках и обещали извиниться перед «оскорбленным» чеченским народом, лишь бы не доводить дело до суда. СВАНИДЗЕ НЕ ПРИШЕЛ «А что это вы не пригласили на слушания оппонентов Вдовина и Барсенкова?» - интересовались журналисты у организаторов слушаний. «На заседание Общественной палаты также не был приглашен ни один из сторонников ученых», - следовал ответ. Впрочем, как рассказал главред журнала «Русский обозреватель» и один из инициаторов обсуждения Егор Холмогоров, Сванидзе на слушания все-таки был позван, однако отклонил приглашение на том основании, что в этот день он будет отсутствовать в Москве. - Кроме того, - добавил Холмогоров, - были приглашены и Вдовин с Барсенковым, однако они по требованию деканата обещали ничего не комментировать до Ученого совета истфака МГУ, который состоится 15 сентября и где будет решаться профессиональная судьба этих историков. ПОД УГРОЗОЙ СУДА В ЧЕЧНЕ Политолог Павел Данилин напомнил собравшимся, как появилось то самое «покаянное письмо» опальных ученых. По его словам, небезызвестный чеченский адвокат Мурад Мусаев прежде провел с ними «разъяснительную» работу. Сначала он потребовал доказательства их утверждения о 63% чеченцев-дезертиров. Откуда цифры? «Из донесений НКВД», - ответили профессора... - «А мы им не верим!» - возразил Мусаев, - эмоционально пересказывал разговор Данилин. - И потребовал задокументировать всех дезертиров! Естественно, сделать это нереально. И тогда Мусаев пригрозил, что их будут судить в одном из судов Чечни. Так мы дойдем до того, что представители Татарстана однажды потребуют изъять из учебников главы о татаро-монгольском иге, потому что данные о гибели дружинников от их рук документально не подтверждены! По мнению собравшихся историков и представителей общественных движений, на примере скандала с учебником Вдовина - Барсенкова создан весьма опасный для науки прецедент. Если в дальнейшем любая историческая интерпретация событий будет оспариваться в судах «этническими корпорациями», то вскоре ученый мир столкнется с ситуацией, когда невозможно будет издать ни одну работу. И ЕЩЕ КНИГА ПРО РУССКИХ - Это наступление не только на право каждого из нас, это часть наступления на разум в целом! - оценил ситуацию известный эрудит политолог Анатолий Вассерман. - После прочтения я обнаружил там немало неточностей, но борьба идет с той частью учебника, которую оспорить невозможно! По итогам двухчасового обсуждения было решено обратиться с коллективным письмом в защиту профессоров в Общественную палату и деканат истфака МГУ. - Как себя чувствует Александр Иванович? - поинтересовался я после слушаний у его супруги Людмилы Вдовиной. - Нормально, - бодро отвечала она. - И никакого гипертонического криза, как пишут в Интернете, у него не было. Готовится к Ученому совету. А на днях закончил еще одну книгу в 40 печатных листов. «Русские в XX веке» называется. Теперь ищем издателя... ДРУГОЕ МНЕНИЕ Николай Сванидзе: «Я для них - враг» - Меня никто на эти слушания не приглашал. Хотя, если бы я был в Москве, я бы, наверное, пришел. Я понимаю, что аудитория там была абсолютно враждебная, но это меня не пугает. Мое мнение по поводу профессоров и учебника не изменилось... Что касается обвинений в мой адрес о предвзятости, то это бессмысленно, поскольку оправдываться перед этими людьми бесполезно, я для них идеологический противник и даже враг. Я могу сказать одно: я выпустил порядка 85 серий «Исторических хроник» и не получил ни одной рекламации по фактическим неточностям. По интерпретациям - сколько угодно, они со мной никогда не согласятся, но по фактам - ни одной. Поэтому все претензии насчет того, что я необъективен, я отметаю со спокойной совестью... Что я жду от заседания Ученого совета? Декан факультета - очень уважаемый мною человек, и я доверяю его профессиональному чутью. Любого решения я не поддержу, но и никакого давления оказывать не буду. Пусть истфак примет решение, а потом я выскажусь по этому поводу...